Юлия Эллисон – Врачеватель Его Высочества (страница 29)

— Так, смотрим сюда, неучи, — обернулась на бледную толпу у входа. — Сюда идите, как смотреть-то будете? А ты, Даниэль, готовься ловить их из обморока, — весело хихикнула. — Сейчас будем проводить интубацию трахеи и подключать его к аппарату ИВЛ. Берем вот такую трубку…

Не факт, что местный наркоз также расслабляет мускулатуру, как это делается у нас, что может вызвать остановку дыхания, но экспериментировать сейчас не стоит. Операция предстоит долгая и сложная, так что отвлекаться ни на что нельзя. На чем-нибудь коротком потом проверю. Хорошо еще, что эти психи, похоже, грабанули всю больницу, иначе я никак не могу объяснить наличие внезапно появившихся кушеток и недостающих аппаратов. В другой комнате просто сложили изначально? Ладно, подумаю об этом потом.

Речь плавно текла, пока я отточенными движениями выполняла все необходимые манипуляции, подключая оборудование, глядя на мониторы, фиксируя пациента… Раньше, конечно, я никогда не делала это все одна, но любой хирург обязан уметь работать в разных условиях.

Странно, но пока все держались. Темно-русый Фаг с коротким ежиком волос на голове стоял бледный, но в обморок не упал никто. Я хмыкнула, глянув в глаза вроде бы внешне спокойного Даниэля.

— Ну а теперь переходим к самому интересному, — объявила и взяла в руки скальпель. — Время начала операции одиннадцать часов тридцать минут, — привычно объявила и обработала место будущего разреза спиртом. — Поехали…

Грохот упавшего тела позабавил.

— Ничего. Вытащите его за дверь и продолжаем, — хмыкнула. — И да — будет тошнить — тоже вон. Мне нужна стерильная среда!

Трое из четырех исчезли из комнаты. Остался только Верт, который изначально понравился мне больше всего. Вот и ладненько!

Заливалась соловьем, рассказывая про мышцы, связки, соединительную ткань и прочие прелести жизни, показывая наглядно будущему врачу все что можно, при этом оценивая ситуацию с крылом.

Если кратко — все было не то чтобы плохо, но печально, и без имплантации здесь не обойтись. Хотя бы временной, но где взять титановый сплав здесь, в средневековье?

Отчаянно посмотрела на моего дракона, закончив чистить перелом от гноя. Удивительно, что воспаление длится вот уже столько лет, не переходя в гангрену или что-то подобное. Но это даже к лучшему. Все же надо учитывать, что я имею дело не с человеком, хотя это не отменяет проблемы.

— Мне нужно три стальные стерильные спицы длиною примерно сантиметров тридцать. А еще крепкий молоток и пара сильных рук. Тут надо ставить металлоконструкцию. Другого способа восстановить подвижность, я не вижу. Ткани-то заживут, связки я подошью, к счастью, они не порваны, просто растянулись, мышцы мы тоже сможем восстановить. Но с костью… придется удалять довольно большой участок, и надо, чтобы процесс остеосинтеза прошел в зафиксированном намертво положении.

— Он получит возможность летать? — Даниэль посмотрел на меня с надеждой.

Я пожала плечами.

— Пока рано судить. Я не знаю, как заживает кость дракона. Может, они вообще, как у птиц, никогда не восстанавливаются, у вас другая, пористая структура. Но мы попробуем.

Мужчина задумался, но по его мрачному виду было заметно, что, где взять нужный мне металл, он не знал.

— Вязальные спицы пойдут? — неожиданно уточнил Верт, спокойно глядя на раскуроченное крыло дракона.

Вот уж у кого стальные нервы.

Я прикинула.

— Ну, если они достаточно прочные — то вполне. Главное — убедиться в их полной стерильности.

Даниэль кивнул, сурово глянув на парня.

— Ты ведь знаешь, где их достать? — уточнил спящий красавец у человека, впервые обратившись к нему напрямую.

Я уже заметила, что драконы зедсь не слишком страдали вежливостью по отношению к менее долгоживущей расе. Лишь к некоторым представителям людей это не относилось. Видимо, чем-то заслужившим уважение этих чешуйчатых. Но обращение «лерд» было именно для драконов к людям.

— Да. Моя мать вяжет. Но это займет какое-то время. У нас небольшой дом в пригороде, мне довольно долго туда добираться пешком. — Парень явно не стеснялся своего бедственного положения.

Кстати, я как-то не задумывалась о том, что все эти люди не живут во дворце, а ездят сюда на работу по этому их дикому морозу. Жуть!

— Я выделю тебе самую быструю лошадь, идем!

Дракон посмотрел на меня.

— У нас ведь есть час?

Прикинула, временно убирая расширитель из раны и оценивая показатели Авриэля, отражающиеся на мониторе.

— Да. Но не больше. Мне ведь еще надо будет поставить эту конструкцию. Езжайте, а я пока подумаю, как их лучше вбить в кость и зафиксировать. Начну чистить пространство от лишнего. Не забудьте молоток и его тоже простерилизуйте.

И вот я осталась одна.

Хмыкнула, глядя на бессознательного пациента. Вот ты и дождался колоноскопии, дружок… Любопытно же, как работает кишечник у драконов. Также, как у людей, или нет?

Глава 31

Я уже вся извелась в ожидании, даже велела принести прямо в операционную книгу и села читать, попутно следя за показателями, благо что стерилизатор мне сделали весьма удобный — кладешь предмет в коробочку и достаешь спустя минуту уже стерильный. Нам бы такой в мир, красота же! Вот и книжку простерилизовала, а теперь сижу, читаю про обычаи ушастых, сравнивая, насколько местные эльфы отличаются от драконов в быту.

Пока получалось, что никак, но это ж мы только с одной стороны видели, наверняка разница должна быть. А так… тоже недолюбливают людей, все из себя важные задиры, правда, природу любят, но драконы вроде тоже комнатные цветы не душат по ночам…

— Мы нашли! — Верт завалился в операционную едва дыша, протягивая целую охапку разнообразных спиц. — Взяли все! Надеюсь, что-то подойдет.

За ним в комнату спокойно просочился Даниэль, окидывая меня ревнивым взглядом, но я последние полчаса тихо сидела, читала… А про то, что делала до этого, ни за что не расскажу!

— Все нормально? — Дракон осмотрел помещение, словно надеялся найти какие-то улики моей неверности. Ага, сейчас! Пусть я и не Шерлок Холмс, но проколоться в такой малости себе точно не позволю.

— Да. — Быстро встала, глядя на спицы. — Простерилизовали?

— Конечно! — Верт преданно кивнул. — Так что с ними делать?

Я вздохнула. Да уж. Может, и воспитаю нормального врача, жаль лишь, что у нас ни литературы, ни учебных пособий, но научится со временем. Может быть, даже получится не просто ассистент, а второй хирург для этого мира. Тогда отдам ему простые операции. Будет здорово.

— Смотри. Этот участок кости сросся неправильно, и получилось неровно, — вновь раскрыла пациента и указала на гладкую часть кости, а затем на ту, что бугрилась волнами. — Я уже почистила все от лишнего, смотри, но вот тут связки придется подшивать после того, как уберем этот бугор. Выпилим участок, выберем более-менее здоровую часть и попробуем пересобрать кость так, чтобы не было укорочения и костная ткань могла срастись нормально. Вот тут место крепления мышц, нам повезло что место выбрано так, что на них не попало…

Очень долго объясняла теорию, видя, что парнишка действительно заинтересован в этих знаниях. Аж глаза горят. Затем взяла пилу, расчертила места, где следует провести удаление кости, и велела ему пилить, внимательно следя, чтобы он был осторожен, отчего Верт и вовсе пришел в восторг, но не отнесся к этому, как к заготовке леса, а со всем вниманием и аккуратностью.

Затем мы долго забивали молотком спицы, сшивали связки, финально промывали… Так что зашили пациента, уже когда действие снотворного вот-вот должно было закончиться.

Устало сползла на стул, ощущая, как спина горит от многочасовой работы, по лбу стекает пот, а желудок уже орет от голода. Рядом упал Верт, но, в отличие от меня, у парнишки глаза горели явным азартом.

— А у людей тоже так можно? — уточнил он.

— Можно, — кивнула. — Даже нужно, если есть необходимость. Но это мы с тобой лишь крошечную часть всей хирургии затронули. Как научишься читать, засажу тебя зубрить кости, связки, мышцы… сначала сдашь мне теорию, а потом уже будешь допущен к практике. Постараюсь поделиться всеми знаниями, что смогу. Но нам бы учебников… — вздохнула о несбыточном.

И в этот момент наш пациент наконец очнулся, тихо застонав и попытавшись пошевелиться.

— Спокойно! — сразу подскочила к нему, забыв про голод и усталость. — Лежи, не шевелись. Сколько пальцев?

Показала три пальца. Не знаю, как действует местный наркоз, но надо изучить.

— Три, — прохрипел дракон. — Горло болит…

— Это от трубки. Дыши спокойно, скоро пройдет, — пообещала. — Пить пока нельзя, так что потерпи.

Авриэль едва заметно кивнул.

— Как прошло? — Он устроился на кушетке чуть удобнее, прикрыв глаза и сжав зубы. — Болит…

Кивнула, набирая в шприц обезболивающего. Вот что болит — верю.

— Сейчас поставлю укол… — приспустила простынь с его округлого зада, с хлопком всандаливая ему обезбол. Дракон вздрогнул.

— Эй! — возмущенно шикнул он.

— Лежи! — рыкнула в ответ, потирая уже свою поясницу. Болела та знатно. Еще бы — несколько часов внаклонку, проводя операцию…

— Ольга, все хорошо? — неожиданно решил подать голос Даниэль, подходя поближе. — Болит? — обеспокоенно уточнил он.

— Болит, — вздохнула. — Но главное, что операция прошла хорошо, — успокоила Авриэля. — Я не знаю, как работают эти ваши магические штучки и не исчезнут ли спицы, если ты уберешь крылья, так что не вздумай этого делать, пока не заживет все окончательно. Экспериментировать будем на чем-то попроще, а мне совсем не улыбается начинать все с нуля, если спицы исчезнут.