Юлия Еленина – Афера по букве закона (страница 2)

А потом он просто… Бросил трубку? Серьезно?

Телефон, что ли, в стенку запустить? Я бы, наверное, так и сделала, если бы рядом со мной не возник Костик. Он держал в руках стакан вроде бы апельсинового сока, и мне оставалось только понадеяться, что он сейчас не станет мне рассказывать о полезных свойствах цитрусовых. Моя нервная система не восстановится, даже если я сгрызу корень валерианы.

– Перешел на сок? – кивнула я на стакан.

– Кто? Я?

В глазах Константина Ивановича я, кажется, упала ниже плинтуса даже за подобную мысль. Клементьев достал из внутреннего кармана пиджака маленькую флягу и плеснул оттуда прозрачную жидкость в стакан.

– Водка? – спросила я.

– Помилуйте, мадам, – наигранно удивился Костик, явно пытаясь скопировать кота Бегемота. – Это чистый медицинский спирт. Фреш для Гражины Эдуардовны.

Теперь стали понятны способы усмирения мамы-дракона.

А я хочу домой. Утром выпил – день свободен. Надеюсь, бар здесь работает, потому что мне нужен кофе. Двойной эспрессо.

Я вернулась в ресторан и, не глядя в сторону банкетного зала, свернула направо. Людей здесь не было, но бармен за стойкой натирал бокалы. Устроившись напротив него на высоком стуле, я попросила:

– Кофе, пожалуйста.

Он посмотрел на меня и ответил:

– Но мы сегодня не работаем.

– У вас открыто – раз. Вы на рабочем месте – два, – начала я загибать пальцы, придумывая дальнейшие аргументы.

– Минуту.

Парень отставил бокал, и я увидела бейдж с именем.

– Спасибо, Никита.

– А вы умеете быть вежливой, в отличие от… – ответил бармен тихо, уже отвернувшись к кофемашине, но я услышала.

– Извините?

– Что?

Выглядел парень как сама невинность, но я уже вцепилась в него. Только его взгляд вверх, на камеру, остановил меня от допроса. Я открыла клатч и положила на стойку визитку, одним глотком выпив кофе.

– Позвоните мне.

Этот парень знает меня, и мне, конечно, стало любопытно. Видимо, этот Никита приходил в мою фирму, раз уж узнал меня. Интернет, конечно, тут ему был в помощь. Но кто же из моих юристов его разочаровал?

Пора вернуться и навести на работе порядок. Папа отчалил в Чехию, а Ботаник в предсвадебном мандраже все пустил на самотек, пока я вроде как в медовом месяце была, хотя, по сути, просто не вылезала из постели.

– Ивонна, – перехватил меня Костик. – Тамада приехал, только не убей его. И молодожены уже на подъезде.

– Мама ликвидирована?

– Уже пускает слезу в обнимку с Татьяной.

Я стойко перетерпела плоские шутки тамады и, когда пришло время поздравлений, обрадовалась появлению Леши. Даже старалась не думать о том, что за то время, пока он отсутствовал, можно съездить до Питера и обратно.

– Главное, чтобы вы ценили внутренний мир друг друга… – донеслась до меня часть поздравления Костика.

Внутренний мир в устах патологоанатома? Можно же громко смеяться? Костик каждый день его ценит, только у незнакомых людей.

Гражина Эдуардовна целый вечер обнимала Инессу и называла дочкой – конечно, все это благодаря стараниям Клементьева, который в итоге запер тамаду в туалете, потому что тот был недостаточно веселым.

В принципе, Константина Ивановича я за это не осуждала. Будь моя воля, даже сбегала бы за амбарным замком в ближайший магазин.

Вот только мне совсем не нравилось настроение Леши. Он даже ни разу за весь вечер не намекнул мне на секс в туалете, в подворотне или еще где-нибудь, хотя мы не виделись почти двенадцать часов. Я не задавала вопросов, пусть и очень хотелось. Вытерпела до конца вечера. Молчала в такси.

Да, я понимала, что сейчас будет какое-то дерьмо, но такое…

В квартире сразу обратила внимание на две сумки в коридоре и обернулась, посмотрев на Лешу, который так и не закрыл дверь.

Этим все сказано. Я уже поняла, но ждала.

Он тоже смотрел на меня. Долго, невыносимо долго.

– Ивонна, сегодня в ЗАГСе я подал на развод. У нас ничего общего нет, детей нет – нас разведут без суда.

Что мне сделать? Закатить истерику?

Нет, я молча смотрела, как Леша забирает вещи и уходит. Ну что поделать… Которая по счету попытка не удалась? Третья или четвертая? Я сама со счета сбилась.

Значит, к лучшему.

А может, потому, что я растолстела?

Я истерически рассмеялась, опустившись на пол.

Ничего, и не с таким справлялись. А не в первый раз уже не так больно.

Глава 2

– Ванька, может, шоколадку? Говорят, от депрессии помогает, – посмотрела на меня сестрица такими глазами, как будто я не развелась, а умираю от неизвестной болезни.

– Нет у меня никакой депрессии, – отмахнулась от Таньки.

Даже в выходной день не дают поваляться на диване, как будто боятся оставлять меня одну. Еще и своего пушистого монстра сестрица притащила с собой.

– Ну тогда пообнимайся с Тимошей. Говорят, что коты помогают.

Я закатила глаза. Сейчас наплюю на гостеприимство и выставлю Таньку с этим мохнатым на лестницу.

– Таня, отвали, а? Я за неделю так устала, что даже нет сил с тобой спорить.

– Видишь! – подняла она указательный палец вверх. – Ты уходишь в работу, потому что страдаешь. Это называется сум… суни… Блин, забыла.

– Сублимация, – подсказала я. – Ладно, сделай кофе, раз не отцепишься.

– Конечно, Ванька!

Ну хоть какой-то плюс в ситуации. Все такие милые вокруг. Танька прыгает вокруг меня, Ботаник, перед тем как уехать на Мальдивы, все дела закончил, еще и моих половину забрал, даже сосед Эд сказал, что я могу безвозмездно пользоваться его интернетом. Хотя зачем, спрашивается? У меня свой есть.

Таня принесла чашку кофе и заботливо спросила:

– Пледик дать?

– Ты ненормальная? На улице плюс двадцать.

– Жаркий сентябрь. Даже не верится, что уже месяц прошел. Вот козел! – повысила сестрица голос, что я чуть не расплескала кофе.

– Кто?

– Леша.

Ох, эта песня хороша – начинай сначала.

Развить тему «Все мужики – козлы» не дал мой телефон. Таня посмотрела на экран и сказала:

– Это Клементьев.

Вот, кстати, Костик, пожалуй, был единственным адекватным человеком в моем окружении за последний месяц. Лешу козлом не называл, в душу не лез, предлагал не пледик, а коньяк.