Yuliya Eff – Путь Владычицы: на крыльях Тьмы (страница 1)
Юлия Эфф
Путь Владычицы: на крыльях Тьмы
1. Две промашки мастера Оржана
Порыв воздуха раздул парусом занавески и прошёлся по приёмной террасе. Оржан Лотт, мастер над рабами, невольно повёл головой, подставляя лицо под ласкающий сквозняк, рука машинально оттянула горловину и опустилась – будь он у себя, давно бы снял кожаный дублет, под которым рубашка насквозь промокла от пота. Но на переодевание после прибытия корабля не было времени – оно ушло на разбор потасовки между новенькими рабами и бродарями1.
На верхних этажах намного прохладнее, чем внизу, у раскалённой земли. Но даже после нескольких минут пребывания в холодных стенах тело по-прежнему хранило память об уличном зное, ибо долог путь от пристани до замка и от ворот замка до проклятущей сотни ступеней сначала в него, а потом – в королевскую башню с Сердцем Тьмы.
Фрейи делают вид, будто для гостей подъём на верхний уровень – необходимое усилие. На самом деле, испытание лестницей придумано для того, чтобы сбить спесь с высокомерных визитёров и вызвать у них туманящие разум жажду и одышку. Для своих, разумеется, подъёмника не стали делать, ведь главные жильцы верхних этажей – только фрейи, а у них есть крылья, которые позволяют королевской семье вообще не опускаться на грязную землю и парить между посадочными террасами на разных этажах. К большому сожалению фрейлеров (тоже детей Тьмы), крыльев тем не полагалось, как и шанса однажды занять престол, принадлежащий только потомкам могущественных фрейев.
Существовал, правда, небольшой подъёмник из кухни наверх для доставки еды и сбора посуды, но кататься на нём дозволялось королевским отпрыскам и лишь когда они были несмышлёными бескрылыми детьми. Горан однажды на возмущение мастера Оржана, пыхтящего от кажущегося бесконечным подъема, ядовито предложил воспользоваться услугой кухни, и Оржан Лотт больше не жаловался, чтобы не провоцировать помощника Его величества на другие шутки.
Король заметил машинальный жест уставшего посетителя и снисходительно улыбнулся:
– Мы не будем вас задерживать, Оржан-дан. Ваш доклад был исчерпывающим, как обычно. Хотите ли добавить нечто, требующее отдельного внимания?
Мастер задумался всего на мгновение и вежливо поклонился:
– Благодарю, ваше величество. Не могу отметить ничего особенного. Рабы отправлены на отдых, вечером смотр. Будут ли у вас особые пожелания, ваше величество?
– Никаких. Ты же знаешь, Оржан-дан, я давно пресытился. Тем более, если нет «ничего особенного», – ирония в голосе короля заставила мастера над рабами тонко улыбнуться, но глаз он не поднял, продолжая смиренно стоять в ожидании мелких указаний.
Король пошуршал одеждой, вставая с трона, и спустился к стоящему у ступеней мастеру. Приблизившись, похлопал его по плечу:
– Лишь бы мои девочки были довольны. Им нужно набираться силы. Ступай, Оржан-дан, благодарю за службу, – король обернулся на помощника, что-то записывающего за высокой стойкой. – Горан, на сегодня аудиенции закрыты. Закончи с Оржан-даном, проследи за полной выплатой и можешь быть свободен до вечера. В восемь жду тебя.
Не объясняя никому из присутствующих, куда он направляется и зачем, король прошагал к занавескам. Случайно или нет, очередной порыв ветра раздвинул их, и Его величество, король фрейев Асвальд Второй, замер у края террасы. За мгновение до того как он нырнул в пустоту, за спиной короля взметнулись чёрные крылья, сотканные из тьмы, Асвальд воспарил и улетел по направлению к горам на востоке. К нему присоединились две похожие крылатые фигуры, и вскоре три тени исчезли за дымкой облаков.
– Его величество – неутомимый страж наших мирных судеб, – пробормотал мастер Оржан, разбавляя паузу, ибо Горан продолжал скрипеть пером. Король ежедневно делал обход, то есть, облёт Фрейнлайнда, а то и дважды – утром и перед заходом солнца. Но деньгами не распоряжался, за него это делали другие. Поэтому гость остался топтаться на месте. – Всё ли благополучно на границах?
– Вполне, – пробормотал Горан. К дописанному поставил печать, сложил бумаги и канцелярию в ящики под крышкой стойки, закрыл их на ключ и только потом обратился к взмокшему от жары посетителю.
Двадцатипятилетний фрейлер и помощник короля, внешне напоминающий Асвальда тёмными волосами, пристальным взглядом чёрных глаз, стройной фигурой и некоей неуловимой силой, исходящей от голоса, спустился по ступеням к подножию. Оржан в который раз подумал, что Горан становится всё более похожим на дона Инграма, старшего сына короля.
Но чужие тайны, даже плохо спрятанные, не дело низшей касты, и даже возвысившимся простолюдинам, не положено совать нос, куда не просили. Поэтому Оржан подавил подобострастие перед силой тьмы и добродушную улыбнулся, а затем, наконец, расстегнул пару верхних пуговиц, позволяя сквозняку охладить мокрую шею.
– Ну, а для меня, Оржан-дан, неужели для своего друга вы не привезли ничего стоящего? – помощник насмешливо наблюдал за гримасой облегчения. – Удивлён, что вы до сих пор не адаптировались к лету.
– Я привык в это время прохлаждаться на корабле… Проклятые карамалийцы! Тьма побрала бы их всех вместе взятых! Пока сюда плыли – драка за дракой, на пристани…
Горан сделал приглашающий жест следовать на выход, и двое направились к лестнице, не обращая внимания на замерших статуями охранников.
– Вы думаете, какой-нибудь карамалиец придётся мне по вкусу? Что же это за рабы, ради которых вы второй раз за полгода топите корабль? Так на вас и флота не напасёшься, – со смехом сказал Горан, обрывая ворчание мужчины, который умел напускать на себя свирепый вид и успокаивать рабов одним взглядом.
Оржан не оценил шутки:
– Малерийцы первыми напали на нас, как я и докладывал его величеству. А контрибуция их рабами, выловленными из океана, была вполне справедлива, по словам самого принца Ядрана…
– Не повторяйтесь. Я всё слышал с первого раза.
– Значит, и про причину потопления первого корабля вы тоже в курсе, – Оржан позволил себе ответный укол. Пока фрейи не признают Горана своим, Оржан будет держаться своей первоначальной линии поведения с очевидным бастардом.
Горан ухмыльнулся:
– В курсе. Но я о том, что у вас привозить контрибуционных рабов уже входит в привычку, – усмехнулся. – Жаль, что среди пленных карамалийцев нет девушек. Кар-малерийцы2 самое вкусное оставляют себе.
– О, относительно десерта можете не переживать, специально для вас…
Топот бегущих ног и тяжёлое дыхание кого-то, спешащего по лестнице наверх, но пока не видимого из-за колонны, оборвало неспешный диалог мужчин и вынудило замереть в ожидании. Горан небрежно заложил пальцы за пояс – в задних ножнах покоился клинок, привычка, навязанная Его Величеством.
Из-за колонны вылетела юная темноволосая девушка, за ней небольшой клубок тьмы, и Горан мгновенно переместил руки перед собой в замок. Увидев мужчин, фрейя лет семнадцати резко остановилась. Её смущение напополам с плохо скрываемым любопытством заставили улыбнуться смешливого Горана. Не дожидаясь вопроса, куда она бежит, первой выпалила, обращаясь к мастеру над рабами:
– Мастер Оржан-дан! Сёстры сказали, что вы привезли малерийца с белой косой!
Мужчины переглянулись, и мастер успел ответить первым:
– Ваши сёстры, моя доннина, обладают отменным чувством юмора. Увы, малерийца с белой косой в этот раз нет и вряд ли будет в ближайшие годы. Только карамалийцы. Есть с косами, есть – без. Среди них несколько слабеньких магов. Вы сможете выбрать себе любого вечером, сразу, как только товар приведут в порядок.
– Оржан-дан, боюсь, что выбор пока не зависит от моей доннины, – Горан насмешливо поклонился, намекая на юный возраст принцессы, в котором не полагались рабы.
– Я и не собиралась. Просто хотела посмотреть!.. Аша, за мной! – фыркнула девушка, развернулась и пошла обратно, бормоча коварные обещания в адрес старших сестёр, заставивших её взбираться на башню. Монолог, судя по всему, предназначался клубящейся тьме, послушно порхающей за хозяйкой.
Тем временем, мужчины неспешно продолжили свой путь, тоже вниз.
– Ещё немного, и принцесса Кайа получит свою тьму, – спокойно сказал работорговец, – надеюсь, её запросы не будут выбиваться из общего ряда. Иначе мне придётся топить корабли десятками.
Горан засмеялся:
– У вас есть два года, чтобы свыкнуться с этой мыслью.
Мужчины дошли до первой широкой площадки, и помощник короля снова сделал приглашающий жест – на этот раз в сторону коридора, уходящего к персональным покоям. Среди них были выделенные помощнику, как фрейлеру, вынужденному всегда находиться под рукой его величества.
– Не желаете испить холодного рафа3 с дороги?
Мастер Оржан невольно провёл языком по сухому нёбу и с сожалением поклонился:
– В другой раз, Горан-дан. Боюсь, после вашего рафа я не смогу добраться к себе, чтобы снять этот шархалов панцирь. А нагревается он на местном соларисе, поверьте, быстрее, чем раф в руках малерийца-огневика.
Помощник хохотнул, хлопнул собеседника по плечу, повторяя жест короля, и пообещал сохранить своё предложение до следующего раза, хотя бы до вечера. Мастер Оржан согласился, что после оплаты его работы это будет самым уместным поводом. На том и порешили – после осмотра рабов мастер Оржан получает свои монеты, а завтра окажет честь и нанесёт другу визит в более комфортном, нежели сегодня, одеянии, подходящем для распивания прохладительного рафа.