Yuliya Eff – Хендлер, или Белоснежка по-русски (страница 23)
В общем, Настя была погружена в работу, никто к ней не приходил. Фикс, слава богу, начал выматываться так, что между тренировками только ел и спал. Постепенно время тренировок стали увеличивать, и вот тут сломалась Маргарита Павловна.
На пятый день она ушла с площадки, прогулялась по магазинам, вернулась — на спине у Насти мокрое пятно от пота, Фикс крутится на одном месте, пытается поймать свой хвост. «У него такая привычка, когда он злится сам на себя», — уже объясняла Настя.
— Всё, домой! Отдыхать, — скомандовала она, заметив хозяйку пса.
Почему-то разбирать покупки в присутствии Насти и хвастаться дорогими вещами уже не хотелось — девушка поставила барьер. Но слишком поздно додумалась до этого Маргарита Павловна. Осторожно спросила, не будет ли хендлер возражать, если Карамзина поедет к себе домой.
— Маргарита Павловна, вам волноваться вообще не стоит. Я же не только за деньги работаю, но и на свою репутацию. Вам не обязательно нас контролировать, я каждый вечер буду публиковать результаты тренировок, вы можете наблюдать дистанционно, — спокойным ровным тоном опять отшила её, Карамзину(!), эта козявка. — У вас ведь сын есть, за которым надо следить, а с собакой ничего не случится, это я вам гарантирую… С квартирой тоже.
Вот как! Маргарита Павловна почувствовала себя слегка оскорблённой, но, разумеется, изобразила радость и облегчение, и потом три дня не появлялась в Москве, тем более что с Кириллом происходило загадочное.
Пока мать обитала на квартире, он, по словам Нины, возвращался домой ежедневно. Всегда рано, трезвый, молчаливый, быстро ужинал, брал с собой кофе в комнату и бренчал там на гитаре, иногда спускаясь в кухню, если проголодался.
Однако стоило матери вернуться в субботу домой, как сын собрал вещи и уехал на два дня контролировать закладку фундамента под коттеджи на новом объекте.
— Все занятые, у всех дела… Никому нет дела до матери, — ворчала наедине с собой и вздыхала Маргарита Павловна. Позвонила Артуру. — Сыночка, ты когда проездом будешь?
— Завтра мы все приедем, мам. Я сейчас в офисе.
— А ты не мог бы забежать на квартиру и посмотреть, что там да как?
Артур пообещал сегодня же проверить, чем дышит Фикс и с кем общается Настя в отсутствие хозяйки. И, разумеется, потом отзвониться о результатах.
Разведка донесла: всё в порядке и как обычно. И всё-таки материнское сердце неспроста чувствовало дурное. После разговора со старшим сыном Маргарита позвонила невестке. Оказалось, что Артур остался в Москве, в своей же старой квартире, якобы в офисе корпоратив, смысла нет ехать домой на четыре часа.
Вместе с Настей! Фикса, конечно, можно не брать в расчёт.
— Оленька, а тебе не кажется это странным? — осторожно намекнула на пикантную ситуацию свекровь.
— Что Артур остался в Москве? Он часто так делает. А что такое, мам?
— Так в одной квартире с малознакомой девушкой…
На том конце провода посмеялись: Артуру доверяют, и изменять жене он не будет.
— Ну да, конечно, — пробормотала Маргарита Павловна и полезла в соцсеть проверять, есть ли новости за день.
Да, было тренировочное видео на частной площадке, где Фикс учился петлять по слалому и проходить тоннель. Пёсель делал успехи, количество подписчиков прибавлялось… Но отчего-то не чувствовалась радость за достижения Фикса, всё стало слишком пресным. Полистав от скуки страничку хендлера, Маргарита Павловна наткнулась на рекламу, которую перепостила позавчера Настя — вечеринка в каком-то ночном клубе и на разогреве молодая группа «Лешие».
— Куда же нам податься, тем, кому за пятьдесят? — совсем взгрустнула Карамзина и выключила телефон.
А потом вдруг Артур остался в Москве, на своей квартире и с понедельника на вторник, потом со вторника на среду… Кирилл продолжал работать на объекте… Тревога Маргариты Павловны набрала оборот.
Днём она съездила на квартиру, никого не застала. Всё было как обычно на первый взгляд — чистота и порядок, но… Сумка Артура и его вещи находились в одной комнате, а в комнате Насти витал тонкий запах любимой туалетной воды старшего сына и… валялся мужской носок возле угла кровати, на видном месте.
Жар ударил в голову, та закружилась, и Маргарита Павловна опустилась на кровать, чувствуя, что, если сейчас не сделает этого, то потеряет сознание. Какая-то хендлерша соблазнила её сыночка! Её самого умного, самого талантливого и самого верного до сегодняшнего дня сыночка!
Понадобился час, чтобы успокоиться. Она и наплакалась, и напилась валерьянки. Что может быть страшнее для женщины, чем измена любимого мужчины? Был порыв позвонить Оленьке и предупредить, однако какими-то неимоверными усилиями и благодаря подсказке житейского опыта, Карамзина передумала. Надо удостовериться — шанс ошибиться всё же имел право на существование, — а потом сделать так, чтобы незаметно для святой невестки сохранить их брак.
Вспомнила, как на заре успешной юности супруг тоже чуть было не подцепил двух прошмондовок, но Маргарита Павловна оказалась бдительной и жестоко наказала наглых девиц. Теперь предстояло собраться и повторить тот подвиг.
Для начала позвонила Артуру и спросила, где он находится, потому что она хочет заехать к нему в студию через часа два. Тот уклончиво сообщил, что он не на месте и предложил знакомую кофейню для рандеву.
— Если ты там… Господи, если ты там!.. — после разговора она помчалась на аджилити-площадку, на которой занимались с Фиксом. На холодильнике предусмотрительно висел график занятий со временем и адресом. И звонить хендлерше не пришлось.
Уже подъезжая к частной территории, она узнала машину Артура и схватилась за сердце. Понадобилось некоторое время, чтобы успокоиться, натянуть маску наивности и добросердечия и подавить желание вцепиться в волосы прошмондовке. Но нельзя пока, нельзя… Та ведь хитрая, выкрутится, ещё и в суд подаст, если окажутся свидетели… Все провинциалы в этом деле знают, как обезжирить состоятельных…
— Артурчик! А ты что здесь делаешь? — с трудом изобразила искреннее удивление, когда сын обернулся с камерой в руке.
Сын поцеловал её в щёку, подозрительно и криво улыбнувшись, и объяснил, что ему пришла в голову блестящая идея сделать небольшой игровой фильм с Фиксом и Настей в главных ролях — о том, как правильно тренировать собаку, а потом, возможно, использовать самые удачные кадры в рекламе собачьего корма или спортивной обуви.
Маргарита Павловна сделала вид, что поверила. Терпеливо просидела до самого конца, отвечая на заботливые вопросы сына, хорошо ли она себя чувствует: «Немного давление поднялось, ничего, пройдёт, я таблетку уже выпила…»
Настя тоже подошла, когда Фикс, узнав хозяйку, примчался к ней от снарядов.
— Как дела, Настенька? — спросила покрасневшую будто бы от нагрузки разлучницу.
Та и глазом не моргнула:
— В принципе, неплохо, Маргарита Павловна. Ошибки Фикс делает, но впереди ещё два дня, постараемся подучить. Вы сегодня останетесь здесь?
Ух, спросила, а сама глаза отводит! Маргарита Павловна еле сдержалась:
— Скорее всего, да, устала там одна… А знаете что, Настенька, поедемте сегодня домой? Устроим праздничный ужин? Фикс, наверное, уже забыл про родные стены…
— Хорошо, конечно, — в её серых глазах промелькнула явная неискренность.
Но главное — она и сын переглянулись! Что это было? Торжество или сожаление? В голову опять ударил жар. Заметив её ухудшившееся состояние, сын бросил съёмку, собрался вызвать скорую. Маргарита Павловна отказалась: ничего, она сейчас тихонечко посидит тут, на лавочке, а потом вместе с Фиксом и Настей поедет домой. А Артур сбегает в аптеку и принесёт таблетки…
— Мам, ну как я тебя отпущу в таком состоянии? К-конечно, поедем все вместе. — беспокоился за мать, а сам поглядывал на девицу.
Отдышавшись, в ожидании возвращения сына с лекарством, она позвонила Нине, сообщила про ужин, спросила, какие продукты привезти дополнительно, и всё это время наблюдала за девушкой. Сегодня определённо появление Карамзиной спутало все планы прыткой разлучнице!
Всю дорогу домой у хендлерши было подозрительно сконфуженное состояние, а её улыбка её показалась Карамзиной загадочней ухмылки Моны Лизы.
— Как у вас дела на личном фронте, Настюш? — с напускным добросердечием поинтересовалась Карамзина.
— Всё отлично, спасибо! — еле выдавила из себя красная, как рак, девица, поправляя колечко на безымянном пальце.
А ведь в прошлые дни оно было другим, заметно попроще. Сейчас на серебряном ободке блестели камни, ну очень напоминающие мелкие бриллианты.
— Какое красивое кольцо, Настенька! Не видела его у вас. Это вам его жених подарил?
Настя кашлянула, избавляясь от першения в горле:
— Да, Оскар на днях приезжал ко мне. Подарил…
— Какая прелесть! Он же, кажется, итальянец? Покажите, пожалуйста, фотографии. Так хочется посмотреть на этого молодого человека!
И хендлерша заметно испугалась, забормотала, мол, фотографии делал Оскар на свой телефон и обещал перекинуть ей, но забыл.
— А вы ему напомните, Настенька. Мужчины — такие безалаберные, всё забывают, если им не напоминать! — с трудом сдерживая гнев, и с нажимом сказала Маргарита Павловна, выбивая обещание позвонить жениху.
Пообещала и уткнулась в телефон, опять там что-то пишет в соцсети, рекламу себе делает… Уже сделала, называется!