Юлия Диппель – Песня, призвавшая бурю (страница 83)
– В сторону!
Арезу тут же освободили место. Его глубокие черные глаза изучающе блуждали по всей комнате. Мое сердце подпрыгнуло. Оно билось очень слабо, но билось для него. В этот момент я ничего так сильно не хотела, как найти утешение в его объятьях. Такое глупое желание. Желание, от которого у меня сжималось горло, потому что я знала, что оно не осуществится.
Но вот взгляд Ареза нашел меня, как будто он услышал крик моего сердца, умоляющий о помощи. Он быстро направился ко мне, но на полпути вдруг замедлил шаги. Может быть, увидел оружие в моей руке, и это побудило его еще раз оглядеться. Может быть, дело было в моем несчастном лице. И когда он увидел у окна королеву и Кьяна, изменилось все.
Он так и остался стоять. Черты его лица ожесточились. Внешне он не показал ни одной эмоции, ни малейшего намека на эмоцию, но я даже на расстоянии чувствовала боль, которая его переполняла. Первый ужас вокруг нас превратился в тревожную суету. Искали выживших или какие-либо свидетельства того, что случилось. Только для Ареза время как будто остановилось. Недоумение в его взгляде я еще могла вынести, но не то, что последовало потом. Его руки медленно сжались в кулаки. Глаза потеряли всякий цвет. В конце не осталось ни страха, ни тревоги, ни облегчения, ни благосклонности… Только жгучий серебристо-белый.
Раненую меня заметил кто-то еще. Кто-то другой послал за лекарем. И еще кто-то зажал мою рану, чтобы я не истекла кровью. Мне было все равно. Я пыталась поймать взгляд Ареза, чтобы показать ему, как мне жаль. Но тщетно. Передо мной вдруг возник пожилой мужчина с плетеной козлиной бородкой и золотой булавкой на лацкане. Я знала его по публичным казням. Это был принципал Вальбета.
– Кто это? – поинтересовался он у стражника, который меня нашел.
Его вопрос остался без ответа.
– А ну прочь с дороги, неумехи, – вакарка с косой, утыканной наконечниками стрел, бесцеремонно расталкивала всех в стороны. Когда Заха увидела мои раны, она недовольно фыркнула.
– Да у тебя жизней больше, чем у кошки, – проворчала она и зачерпнула немного своей жуткой коричневой пасты, которая однажды сотворила чудо и спасла меня.
За ее спиной возникла мрачная фигура Ареза. Одно только его присутствие вытесняло весь воздух, которым я еще могла бы дышать.
– Заха!
Его резкий тон заставил вакарку остановиться.
– А что? Син ведь столько крови потеряла. Она даже бледнее, чем я. Если в тебе есть хоть капля милосердия…
– Она стреляла ему в спину.
Он не смотрел на меня, но от него исходил такой холод, что это было похоже на смертельный удар.
Заха умолкла. Ее лицо стало еще мрачнее, чем у ее Сира. Рука медленно сжала маленький пакетик, где она хранила свою пасту.
– Останови кровотечение, – распорядился Арез. – Сохрани ей жизнь. Больше ничего. Или трибунал и твоей смерти потребует.
– Вы знаете, кто эта девушка, барон Арезандер?
Рядом снова оказался принципал и заглянул через плечо Захи.
Арез кивнул.
– Моя пленница.
– Вот оно как, – проговорил принципал. – Но это ненадолго, ваша милость. Я только что выяснил, что два человека выжили, и они даже в бреду твердят, что эта девочка героически встала между преступником и королевой.
– Это была не королева! – рявкнул Арез.
Что?! Но ведь…
– Да-да, знаю, и ваша уловка с платьем и этим порошком, отбивающим запах, была очень хороша и сработала. Но девочка рисковала жизнью ради короны. И ей удалось то, чего не смогли добиться двадцать моих лучших людей, – он простер руку в сторону Кьяна. – Она остановила это обезумевшее чудовище, прежде чем оно могло убить еще больше людей. Эта девушка – героиня.
Несколько стражников искренне его поддержали. Кто-то начал аплодировать. Другие подхватили.
Только вакары молчали, а Арез холодно смотрел на меня.
– Да, восхвалим же нашу героиню.
Море красных знамен
Я сидела в кресле, прижимая к себе сверток с моей одеждой, где до сих пор прятался и Ниви. Я бы с удовольствием освободила блуждающего огонька от его обещания, но опасность пока не миновала. После того как Арез молча исчез, меня отвели в другую комнату, которая тоже была полна людей. Слуги и стражники сновали туда-сюда. Я чувствовала их взгляды на себе и слышала перешептывания, но с огромным трудом все это осознавала, все было как в тумане. Кто-то предложил принести мне новую одежду. Кто-то другой решительно протестовал против этого, потому что эта драматичность якобы могла быть полезной. Кто-то третий дал мне стакан воды. Я половину разлила. Потом мне предложили бутоны туфина, но мне не нужно было обезболивающее, потому что мое тело по-прежнему было как будто онемевшим. Из-за потери крови я очень спокойно воспринимала тот факт, что в голове у меня пустота, вместо того чтобы строить планы побега – или бороться с невыносимым давлением в груди, которое не могло унять ни одно лекарство на свете.
Да, стреляла. Но это была просьба Кьяна. И единственный способ. Хотя я сомневалась, что это будет иметь значение. Арез предельно понятно объяснил мне, что такое бесчестная смерть, и я отчетливо помнила его слова. Каждый вакар будет считать своим священным долгом на меня охотиться…
И вдруг меня стащили со стула. Забрали мои вещи и вытолкнули меня в центр комнаты. Открылась дверь, которую я не сразу заметила. Внутрь хлынул поток людей во главе с несколькими слугами, которые вели на поводке стаю белых борзых. За ними шел Арез, как всегда самоуверенный, властный и внушающий страх. Давление в груди на миг ослабло, чтобы потом вернуться с новой силой. Я бы с удовольствием закричала, потому что я не думала, что тепло его присутствия может ощущаться таким холодным. Мои глаза тут же наполнились слезами, и я ненавидела себя за свою слабость. Я с трудом удержалась, чтобы не разреветься у всех на глазах. Никто, возможно, этого и не заметил, потому что напряжение, вызванное появлением Ареза, вдруг переросло в благоговейный страх, и распространилась потрескивающая тишина.
– Ее Высокородное Величество, правительница Энебхи, – торжественно объявил глашатай, и в комнату вошла закутанная фигура. Низенькая женщина в пышном черном платье, которое, как и ее вуаль, было расшито бесчисленными драгоценными камнями. Камни, которые блестели точно звезды в ночи.
Королева. Настоящая королева.
На сей раз в этом не возникало никаких сомнений.
Все тут же почтительно начали кланяться, но старуха не стала делать большой шумихи вокруг своей персоны. Она зашагала вперед, как рассерженная бабушка, которая собиралась задать взбучку расшалившимся внукам – да такими энергичными шагами, что тут бы любой полководец побелел бы от зависти. Она явно была очень заинтересована во мне, и ее широкие юбки уже задевали кончики моих сапог, прежде чем она наконец остановилась. Ее колючие глаза, темные как обсидиан, смотрели на меня сквозь вуаль. Поскольку ее кожа была почти такой же черной, как и ее одеяние, ее взгляд казался еще пронзительнее. Она едва доставала мне до кончика носа, но аура ее могущества буквально поглощала меня. Возможно, мне тоже стоило ей поклониться, но у меня на это элементарно не было сил.
Королева пренебрежительно щелкнула языком.
– Не подлежит сомнению, что в ее жилах течет кровь племени Пламени Солнца.
Ее голос был ледяным и распространял абсолютную власть и контроль. У меня отнялся язык – но не потому что она меня пугала, а потому что этими равнодушными словами она разрушила то, что я защищала всю свою жизнь. Моя тайна больше не была тайной. Я невольно покосилась на Ареза.
Она небрежно взмахнула рукой в перчатке. В следующее мгновение я почувствовала холодный металл клинка у своей шеи.
Ох ты. Я испугалась с опозданием и так медленно, что меня уже и отпустить успело. При других обстоятельствах я бы раньше заметила телохранителя, который подкрался ко мне со спины. Но обстоятельства были именно такими, их нельзя было изменить, и поскольку он не собирался напрямую меня убивать, я решила не тратить свою энергию на бессмысленную панику. Сейчас я бы даже с карликовой козой не справилась.
Только вот цели этой попытки запугивания я пока не понимала, тем более что за этим не последовало никакой дерзкой угрозы. Королева медленно огляделась. И когда никто не пошевелился, ее это, похоже, удовлетворило.
– Так-так, хорошо. Значит, онидка еще никого не зачаровала.
Так это была проверка?! Не бросится ли кто-то мне на помощь? Во имя всех богов! Я даже глаза не стала закатывать. Можно было подумать, у нее более серьезных проблем сейчас нет.
Телохранитель убрал клинок с моей шеи, и королева повернулась к Арезу, который невозмутимо наблюдал за всем происходящим.
– Вы сказали, что ее песня больше не может причинить вреда вам?
– Так и есть.
Его ответ больно уколол меня. Значит, он действительно выдал меня королеве. И даже не только меня, а
– Хоть одна радостная новость за сегодня, – проворчала старуха. – Тогда продолжим?
Она направилась к стеклянной двери. По пути ей протянули подушечку, на которой покоилась золотая корона, украшенная рубинами. Королева взяла ее и без особых торжественных и пышных церемоний надела себе на голову. Затем стеклянную дверь открыли. Кто-то подтолкнул меня вперед, и прежде чем я осознала, что происходит, я почувствовала железо. Я стояла на открытом воздухе, прямо у фасада дворца. Я машинально подавила в себе реакцию одема и опустила глаза, а потом вспомнила, что это все излишне, потому что сейчас все уже и так знали правду.