Юлия Диппель – Песня, призвавшая бурю (страница 37)
Боги милостивые!
Внутри будто все взорвалось. До чего же сладостная месть… Я застонала и почти не ощутила, как Арезандер прижал меня спиной к стене. В тот момент, когда его крепкое тело прижалось к моему, я понимала, что не стоила и десятой доли того, что он мог бы мне предложить. Все начало вращаться. Губы Арезандера чуть отстранились от моих, и…
…и…
…и он взял мои руки, убрал их со своей шеи и отступил назад. Я растерянно открыла глаза, чувствуя, что упала с ореола наслаждения на горькую землю. Из мечты обратно в реальность. Арезандер стоял передо мной и водил большим пальцем по моей нижней губе. Он вяло улыбался, и эта улыбка была чем-то средним между восторженным одобрением и насмешкой.
– Даже слаще, чем казались… – пробормотал он. И хотя его золотые глаза светились желанием, все остальное излучало холодное безразличие. Не говоря больше ни слова, он развернулся, направился обратно к своей кровати и снова углубился в свои записи.
– Что?..
Я и сама не знала, что хотела спросить. Пока не могла связно мыслить. Понимала только одно: всего несколько мгновений назад я безвольно прижималась губами к его губам и была готова ради него на все. Но вместо того чтобы воспользоваться этой возможностью, которой он с таким трудом добивался, он просто отверг меня?!
Арезандер на миг оторвался от своих документов и хмыкнул, глядя на меня. Похоже, его очень забавляло, что я вдруг потеряла дар речи.
– Это называется поцелуй, – обаятельно улыбаясь, пояснил он. – Два создания, которые чувствуют влечение друг к другу, периодически делают это.
Я недоуменно уставилась на него. Жалкие остатки догоравшего желания близости медленно превращались в холодный гнев. Одем же уже давно бурлил у меня под кожей, но сейчас он еще и угрожал вырваться наружу – со всеми вытекающими из этого последствиями. Это нужно было предотвратить любой ценой. И то только, чтобы доказать себе, что я еще в состоянии себя контролировать.
Этот высокомерный подонок!
Вот недостаточно ему было наглядно продемонстрировать мне, как мало у меня выдержки и самообладания. Теперь он еще и потешаться надо мной из-за этого будет?!
Да, его неслыханное высокомерие буквально в последнюю секунду не дало мне окончательно потерять голову. Но все же мне сейчас ужасно хотелось стереть с его лица эту заносчивую ухмылку.
Очень даже заманчивая затея – если бы только его близость не пугала меня так сильно.
Смогла. Я не превратилась в разъяренную и свирепую онидку. Хоть что-то.
Собрав все достоинство, что у меня было, я подняла с пола шарфик. Затем книгу, которую я тоже мимоходом выронила. Чуть помедлив, я забрала и одеяла с кровати Арезандера. Раз уж он так любезно мне их предложил, пусть отморозит себе задницу. Я в последний раз презрительно на него посмотрела, развернулась на каблуках и пошла прочь. В спину мне летел тихий смех. Тем жарче вспыхнули мои щеки, несмотря на ощутимый холод. Да что это на меня нашло?! Я застряла в проклятой человеческой ночлежке, где вдобавок, вполне возможно, прячутся вакар-убийца и зловещее Эхо крови, которое, похоже, хотело лишить меня жизни, а я не придумала ничего лучше, чем целоваться, забыв обо всем, с самим Сиром сиров.
Он. Был. Врагом.
Врагом онидов, врагом моего ремесла, врагом всех бхиксов и всех кидхов, которые очень любили свою свободу. Кроме того, он вкусил моей крови. И я уж точно никак не могла с ним немного развлечься, а потом удрать, как обычно делала это со всеми своими любовниками. Не говоря уж о том, что понятие «немного развлечься» кардинально поменяло смысл этим вечером. Я всегда была очень избирательна во всем, что касалось мужчин. Но именно благодаря этому все мои высокие требования и походили на наивные представления обеспеченной дочери какого-нибудь чиновника. Каждый поцелуй, который я испытывала до этого, сейчас казался лишь дешевым способом поскорее от меня отделаться по сравнению с тем, что со мной только что сделал Арезандер. Губы до сих пор немного покалывало. Да что там губы – все тело покалывало. При том, что он даже не касался всего того, что ниже шеи.
Покорно вздохнув, я сняла облегающий корсет. Спать в этом я уж точно не собиралась, хотя в блузке мне было совсем не тепло. Наконец я расправила одеяла и тщательно ими укрылась. Ветер снаружи, похоже, начал стихать, но проникавший сквозь обледенелое окно холодный воздух все же обещал очень неуютную ночь. Поди знай, когда эта метель закончится.
Когда я закончила все приготовления ко сну и мне оставалось только погасить масляную лампу на столике перед собой, я поняла, что не могу заставить себя этого сделать. Я понимала, что после этого буду смотреть в освещенный коридор к комнате Арезандера и думать о его невероятных губах. Тосковать. Терзаться. И знать, что он, вероятнее всего, испортил остаток моей жизни. Пока я найду того, кто будет соответствовать моим новым требованиям, у меня уж все между ног паутиной зарастет.
О чем ты думаешь, Синта! Вот именно таких мыслей следовало любой ценой избегать! Нужно было отвлечься. Я быстро схватила книгу Арезандера и начала с перевода первой же страницы:
Когда я проснулась в первый раз, в соседней комнате еще горел свет. Во второй и третий уже царила непроглядная тьма. После четвертого раза я уже даже не думала, что снова смогу заснуть. Я так замерзла, что дрожала всем телом. Даже зубы стучали, как бы сильно я ни сжимала челюсти. Несмотря на сильную усталость, я начала растирать себе руки, чтобы немного согреться. Не помогало. В какой-то момент я уже не выдержала и решилась на радикальные меры. Я встала, набросила одно из одеял себе на плечи и как можно бесшумнее двинулась к камину. Если мне повезет, то я успею погреться у огня и снова лечь спать, не разбудив при этом Арезандера. Дело это было совсем непростое, учитывая, что у вакаров обострены все чувства, однако судьба, по-видимому, решила в этот раз благоволить мне. В слабом отсвете пламени я видела только расплывчатые очертания его фигуры, до самой шеи укрытой его черным плащом. Его спина мерно вздымалась и опускалась. Больше абсолютно никаких движений. Я возблагодарила Эрисс и повернулась к огню. Он уже почти догорел, но выделял еще достаточно тепла, чтобы прогнать холод. Как завороженная уставилась я в камин. Дрожь постепенно отступала. И тут мой взгляд упал на продолговатый черный предмет, прислоненный к стене рядом с каминной кочергой. Меч Арезандера. Пламя Железных Теней. По спине пробежал холодок. Вид меча вызывал благоговение и трепет. Этот клинок сделал его Сиром сиров. Как до этого было с его братом, отцом и всеми теми, кто был до них. В рукоять был вставлен гладкий темный камень. Поверхность мерцала в свете огня, но внутренняя часть, чернее самой ночи, казалось, поглощала весь имеющийся свет. Прекрасно и так неповторимо. Может быть…
– Возьмешь и умрешь!
Я отпрянула назад и только сейчас осознала, что действительно протягивала к мечу руку. Сердце забилось чаще, я отдернула руку и оглянулась.
Арезандер стоял на расстоянии вытянутой руки от меня. В полный рост и почти неодетый, как вчера, но вид у него был мрачнее ночи. Я совсем не слышала ни как он встал, ни как подошел ближе.
– Клянусь черными пальцами Нхимы! Обязательно было так меня пугать?! – сердито бросила я.
Арезандер сделал два угрожающих шага в мою сторону, и я сама не понимала, что меня больше взволновало – его обнаженный торс или мрачно сдвинутые брови. Инстинктивно я отступила дальше от него.
– Значит, ты тут тайком шныряешь, пока я сплю, кокетничаешь с моим мечом, а потом жалуешься, что я тебя пугаю? – осведомился он, понизив голос до опасного шепота. В его светло-серых глазах сверкали молнии гнева, и мне стало страшно.
– Но я… я не… – пробормотала я, прежде чем осознала, что именно это я только что и сделала. Но почему он так разозлился?! Он что, решил, что я хочу расправиться с ним его же собственным клинком?! – Клянусь, я не собиралась…
Он протянул руку мимо моего плеча и плавным движением вытащил свой теневой меч. Запаниковав, я уронила одеяло и попыталась отстраниться. Арезандер оказался быстрее. Железные когти сжали мою руку. Одем в крови моментально забурлил. Я инстинктивно зажмурилась, чтобы подавить подступающую реакцию.
– Это все блеск, – поспешно объяснила я. – Это он меня привлек. Я же знаю, что меч убьет любого, кто решит использовать его незаконно. Я уж не говорю о том, что вы бы убили меня еще до этого…
Арезандер тяжело вздохнул, и этот вздох больше напоминал звериный рык. Он резко отпустил меня, так что я едва на ногах удержалась.
– То-то и оно. Великолепная возможность для Эха крови избавиться от тебя. Оно вселяется в тебя и провоцирует меня на убийство.
Освободившись от железных когтей, я медленно осознавала, что именно сказал Сир. А осознав, уставилась на него в ужасе.