Юлия Динэра – Сезон расплаты (СИ) (страница 13)

Хорошо, что хоть задница немного прикрыта. Не хочу привлекать внимание еще этим.

— Куда мы едем? — Ни чуть не сомневаясь, запрыгиваю на сидение «Ягуара».

— На репетицию. Я смылся всего на полчаса. — Пожимает плечами.

Я напряглась.

— Где вы репетируете?

— «Еллоу Бич»

Закрываю глаза, набираю воздух в легкие.

— Все нормально?

— Не хотелось бы встретить кое-кого. — И правда и ложь. Я не хочу встречаться со многими людьми в этом городе, это трусливо с моей стороны, но после того, кем я была раньше и кто я сейчас… Никто не будет скрывать своей ненависти, никто не станет держать язык за зубами.

— Там никого нет, кроме моих ребят, мы забили зал до шести. — Смотрит, словно на самом деле понимает меня, будто знает о моих страхах. Я молчу. — Я не буду настаивать, если..

— Нет. Нет. Все в порядке. — Уверяю скорее себя, нежели его. Я не дикарь, я не стану прятаться вечно. Я должна это сделать. Я ведь уже была там. Я встречалась с Лиззи, видела Кэтрин и… Дени, я не трусиха.

Охранники не стесняясь осматривают меня с ног до головы, я делаю вид, что не замечаю их чрезмерного внимания. Возможно, у меня паранойя. Николас кивает двум здоровенным парням и, мы проходим дальше. В зале почти такой же полумрак, как и в рабочие часы, в период громких и пьяных вечеринок. Клуб оформлен в коричневых тонах, полностью — ничего не изменилось. Брюнет улыбается и машет рукой своей группе, они в это время смотрят на меня.

- Ребят, одну минуту. Это Луиза, она послушает нас, о’кей. — Он не спрашивает, но показывает, что считается с их мнением.

Девушка с ярко-синими волосами продвигается вперед по сцене, сузив глаза, смотрит на меня, в прошлый раз она была рыжая, должно быть парик. Она спускается со сцены, не затруднив себя воспользоваться ступеньками. Замечаю ее раздражение, когда подходит к Николасу.

— Что она здесь делает? — Кивает в мою сторону.

— Кэндис.

— Что «Кэндис»? Ник.

— Отойдем на минутку.

Девушка проходит вперед, за сцену, Николас следует за ней, не подумав, хватаю его за руку, затем быстро отпускаю. Он оборачивается.

— Мне лучше уйти.

Да, я признаю свое поражение, еще до начала войны.

— Нет, ты останешься. Она всегда ведет себя так.

Киваю, как обычно.

Нет, не всегда. Кэндис Девелпорт, у нас была совместная биология в школе. Лора Вудс — отличница по всем предметам, главная школьная зазнайка и ботанша, а так же мой главный объект для насмешек, она была первой в моем «списке» лузеров, Кэндис следовала сразу за ней. Я не помню, чего хотела от обеих, но мне поднимало настроение издевательство над обеими. Кэндис всегда выглядела странно, ее волосы были в ужасном состоянии, черные, как крыло ворона и слишком пышные, для того, чтобы я не обратила на них внимания, ее одежда часто гармонировала с черной подводкой на ее глазах и бледной кожей, но никак не гармонировала с моим видением нормальной одежды. Она точно узнала меня, и она стопроцентно знает обо мне то, что я хочу стереть из своей памяти.

— Ты обещал, Ник! — Выкрикивает она, прерывая нервный шепот. Николас смотрит на меня, я отворачиваюсь, словно мне вообще не интересно о чем они говорят.

Через пару минут оба возвращаются. Девушка смотрит на меня, ее глаза бегают по моему лицу, и у меня ощущение, что она хочет плюнуть в него, как однажды… Боже. И она это делает. Я закрываю глаза, позволяя слюне стекать по моему лицу, сглатываю ком в горле, пытаюсь дышать. В ушах появляется дикий звон, я слышу голоса и не слышу их вовсе, злость окутывает меня с ног до головы. Вдох-выдох, вдох-выдох. Она ждет ответного «удара»? Медленно открываю глаза, ошарашенный Николас тащит за руку Кэндис, в это время его взор прикован ко мне. Девушка упирается.

— Извини. — Выплевывает она. — Это меньшее, что ты заслуживаешь.

— Уйди Кэн. — Рычит брюнет. Он подходит ко мне, и осторожно, краем своей футболки вытирает мне лицо, легкая улыбка касается его губ, словно говорит мне «Все хорошо».

— Это была твоя идея, придурок! — После этих слов, она как ни в чем не бывало, поднимается на сцену и берет в руки микрофон.

Чувствую, как мои глаза расширяются, жжение в груди поднимается все выше, к горлу, я отступаю назад.

— Лу..

— Да пошел ты.

Выбегаю на улицу.

— Луиза! — Идет за мной, я ускоряю шаг.

— Отвали. — Вытираю рукой лицо, ощущая на нем остатки чужих слюней. Это отвратительно.

Николас хватает меня за предплечье, когда я уже приближаюсь к дороге и пытаюсь остановить какую-нибудь машину.

— Не трогай меня. Не приближайся, понял?

— Я не знал… Я просто сказал, чтобы она была справедливой в своем отношении к людям, я не знал, что она..

— Плюнет мне в лицо? — Почти кричу.

— Ты сделала это? — Он задумался.

На мгновение замолкаю, позволяю себе отдышаться.

— Это было еще в школе. — Признаюсь я.

Однажды я плюнула Кэндис Девелпорт в лицо, за то что та наступила на мои новенькие «Джимми Чу»¹. На самом деле это был предлог, я плюнула, потому что просто захотела.

— Отвези меня обратно. Сейчас.

1. Джимми Чу — малайзийский дизайнер обуви, основатель компании Jimmy Choo Ltd.

Глава 9

Не задерживаюсь в машине, выхожу в тот же самый момент, когда она останавливается, Николас пытается что-то сказать, но я не позволяю себе дослушать, я слишком зла. Прекрасно понимаю, что не могу, не имею права злиться на него, мы знакомы всего ничего и он не мой друг, но не могу избавиться от этого, оно глубоко внутри, очередная обида, сваленная в кучу других.

Быстро набираю ведро воды, одно за другим, чтобы напоить животных, и побыстрее исчезнуть отсюда, приношу заготовленную на вечер траву для Марты и Стефании, а так же для остальных. Ни на кого не обращаю внимания, хотя замечаю, что Тиффани снова изучающе пялится.

— Смотри сколько угодно, мне все равно.

Возвращаюсь в дом, чтобы забрать сумку. Миссис Макэвой встречает меня у старого камина за столом, она ставит на стол две чашки с чем-то, что пахнет, как райское зелье в аду, и присаживается на стул, указывая мне рукой на другой, стоящий напротив.

— Сядь. — Испепеляет меня взглядом, не смею ей противиться, хватит на сегодня, молча отодвигаю стул и сажусь.

— Ты была с моим сыном. — Не вопрос. Опускает глаза к кружке, затем поднимает их на меня. Я ничего не отвечаю.

— Вы поладили, не так ли? — Говорит так, словно ее это бесит, больше, чем мое нахождение здесь.

— Он не плохой парень. — Это все, что пришло мне в голову.

— А ты? — Наклоняет голову в бок. Я ненавижу этот разговор и ему подобные.

— Я знаю, к чему Вы клоните, не волнуйтесь, мне ничего не нужно от Вашего..

— У него есть девушка, имей ввиду. Она очень мила и красива, но это ничего по сравнению с ее добрым сердцем.

Он ничего не сказал мне. О девушке. А должен? Конечно, нет. Кажется, я немного скукоживаюсь. О чем думаю, понятия не имею.

— Я поняла Вас, могу я идти?

— Иди.

Никто раньше не смел мне приказывать, но теперь это происходит, будто моя новая жизнь — расплата за все старое, что я когда-либо делала, говорила. Кого я должна ненавидеть? Эту женщину или все же себя?

Хватаю с дивана маленькую сумку с длинной ручкой, вешаю ее на плечо и быстро удаляюсь из дома. Было ли у вас такое, когда вы не знаете, куда вам пойти? Вы выходите на улицу и просто понятия не имеете, что делать дальше и куда идти. Это чувство теперь преследует меня слишком часто. Раньше я бывала в одиночестве среди кучи людей вокруг, но я никогда не была одна.

За полчаса раздумий, я отправляюсь в единственное место, которое все еще готово меня принять, пешком, не так уж близко.

С тех пор как я покинула ферму, прошло около двух часов, с тех пор как впервые мне позвонила мама — около получаса, сейчас она звонит в третий раз, я кладу телефон на траву, обнимаю свои колени и продолжаю смотреть на почти высохшее озеро.

— Я делала много… не хороших вещей. — Говорю в пустоту, как часто раньше здесь делала.