Юлия Давыдова – Тайна Тересара (страница 15)

– Тогда идёмте, – позвал Турмистров.

Он провёл всех к столу в дальнем углу зала, где уже расположились Гораев и Меликов. Мужчины встали при виде Ровены.

– Школа господина Корфа, – смеясь, заметил Гидеон.

– О чём вы? – не поняла Бельская.

Александр, проходя мимо неё, внезапно остановился и с какой-то совершено удивительной для простого действия грациозностью отодвинул стул от стола, освобождая Ровене место для подхода. И когда она шагнула на это пространство, так же плавно подвинул стул под её колени.

Бельская села и ещё секунду не могла перестать улыбаться. Некоторые навыки, такие как знание этикета, например, невероятно приятно выделяли их обладателя.

Турмистров, усаживаясь, продолжал смеяться:

– Его благородие в первый же совместный ужин прочёл нам лекцию о правилах поведения с дамами в приличном обществе. И вот теперь остановить никого не могу! Все хотят выглядеть прилично. Сядь Гораев, дама-то села уже. Отбой тревоги. И вообще, ладно Даниэль у нас тоже благородных кровей от армянской аристократии, а ты-то?

Платон иронично возмутился:

– И что? Вон наш господин барон говорит, что благородными не рождаются, а становятся.

Стражи, конечно, согласились с таким утверждением и беседа за столом развязалась непринуждённо. Но а Рафаэль подумал о том, что Корф усвоил для себя далеко не все правила приличия в отношении дамы. Наблюдая за тем, как он не сводит с Ровены глаз, Кайсаров даже усмехнулся. Ну что ж, пусть его благородие помучается. Полюбуется женщиной, поласкает её слух комплиментами, а потом посмотрит, как она пойдёт в объятия к другому.

Бельская под взглядом Александра не понимала своих чувства. Она должна была быть недовольна его вниманием. Оно абсолютно неуместно. Каждое действие стража подчинялось строгому кодексу профессионального поведения, и за время работы Ровена не нарушила его. Даже отношения с Рафаэлем очень долго преодолевали эти правила и стали исключением из них.

Но Александр… Бельская внезапно поняла, что не чувствует никакой неловкости или недовольства от его действий и слов. Наоборот, хотелось чуть больше! Она скучала, она хотела знать, что происходило с ним этот месяц. Что он делал? О чём думал? Что сейчас на душе у демона Араэля? Его улыбка, проявляющая ямочки на щеках, выглядела так ожидающе. Словно он сам ждал момента, когда можно будет обо всём рассказать и спросить её вспоминала ли она о нём? Скучала ли?

Ровена усилием воли заставила себя отпустить эти мысли и больше не поддаваться на изумрудный взгляд Корфа. Подали блюда ужина, Гидеон завёл разговор о деле, и Александр подробно повторил для стражей всё, о чём они говорили с Турмистровым и князем Алевиным утром в штабе мониторинга.

Гидеона и остальных мужчин в большей степени интересовала конкретно техническая часть работы, но Ровена оставила этот вопрос до прибытия на место. Оказавшись там, они разберутся. Современные диагностические приборы определят точный порядок активации заклинаний замка на вратах аванпоста и тип использованной в них энергии. Это вряд ли будет проблемой. А дальше Корф знает дорогу.

Бельскую больше интересовала причинно-следственная связь событий. Всех событий. Не только нынешних, но и тех, которые в своё время стали началом деятельности библейского общества. Для Ровены месяц назад мифическая теория обличения параллелей стала неизведанной частью реальности, и это не давало ей покоя.

– Александр, ты сказал, граф Демидов пропал вместе со всеми людьми, – Бельская обратила внимание остальных на этот момент. – А мы с вами направляемся именно туда, где это случилось. Я пытаюсь представить уровень угрозы, с которой они столкнулись. Опытные и обученные люди, с кем или с чем они не смогли бы справиться? Граф Демидов слал рапорты?

– Разумеется, – подтвердил Корф. – Но эти документы сразу были засекречены и мне не известно их содержание.

Ровена взглянула на Гидеона:

– Вы их не нашли?

Тот ответил весьма иронично:

– Хм! Наш аналитический штаб работает всего месяц, и на самом деле не так просто отыскать затёртые в истории факты и события. Документы общества уничтожены и даже упоминания о них не найдены. Вот и донесения графа Демидова о слиянии нашего мира с астральной плоскостью Тересар в истории не существуют, как собственно и сам факт слияния плоскостей. Это всё знаменитая теория обличения параллелей – миф, конспирологическая теория.

Ровена сделала глоток вина:

– Знаете, господа, когда мы с Кайсаровым искали информацию… о том, кто совершил эктоатаку на пятивокзальную площадь…

Александр улыбнулся. Речь шла о нём и Валее.

– Мы говорили с хранителем нашей местной библиотеки, – продолжила Бельская, – очень ярым поклонником теории обличения параллелей. И мне не дают покоя некоторые из его слов.

– Например? – спросил Гидеон.

– Плоскость Бога, – сказала Ровена.

Эта часть тогдашнего разговора более всего запомнилась ей.

Александр, услышав это, нахмурился.

– Библейское общество совершило нечто абсолютно невероятное, – заметила Бельская. – И такое не делается без причины. Я ещё могу понять их желание прекратить свою деятельность и исчезнуть из истории. Хотя и это с натяжкой. Но зачем они начали?

– Мы сами пытались понять это, – задумался Турмистров. – Но раскрыть смысл философии общества так же сложно, как обнаружить следы их деятельности.

Рафаэль внезапно усмехнулся и, не заботясь о приличиях, показал пальцем на Корфа, который сидел задумавшись:

– А вот он не знает? Зачем его отцу и остальным старшим магам понадобилось вскрывать астральные плоскости, как консервные банки и смешивать их содержимое в одну.

Александр не обиделся на грубое обращение, наоборот, взглянул на Кайсарова с усмешкой.

– Мне нравится твоя прямолинейность, – произнёс он.

Рафаэль иронично кивнул:

– Я рад.

– И ты, конечно, не поверишь мне, – продолжил Корф, – но мне известно далеко не всё. У истоков рождения общества стояли старшие магистры. А мне говорили только то, что я должен был знать.

– Они говорили о плоскости Бога? – всё-таки вернулась к этому вопросу Ровена.

– Что это? – уточнил Гораев.

– Часть теории обличения параллелей, – ответила Бельская. – Тайное общество магов было наказано за попытку добраться до астральной плоскости Бога насквозь через вселенную. Наказано тем, что в какой-то момент на их пути появилось измерение, населённое монстрами, с которыми нельзя было ни договориться, ни приручить их.

Даниэль, услышав это, заинтересованно спросил:

– Вы сейчас об измерении Араэль?

Он перевёл взгляд на Александра:

– И о демоне, с которым вы были заперты в камере, Корф?

Александр утвердительно опустил голову.

– Ох, должно быть это было… тяжело, – Меликов искренне побоялся представить насколько.

И Ровена вдруг спохватилась, подумав о том, что её любопытство может причинить Корфу неприятные чувства – вызвать страшные воспоминания о его плене.

– Александр, – взволнованно произнесла она, – я зря начала этот разговор, прошу прощения.

Но Корф только улыбнулся, с приятным чувством принимая её волнение:

– Всё в порядке, дорогая. Вы далеко не первая, кто хочет знать о тайном обществе. За этот месяц я столько рассказывал о нём и Гидеону, и комиссии ФАЭБ. Кажется, вспомнил даже то, чего не знал.

Александр улыбался, и Ровена, глядя на изгиб его чувственных губ, не могла не ответить тем же.

– Да, мы, кстати, ввели новую аббревиатуру, – заметил Турмистров. – Библейское общество – название-прикрытие. В нынешних изысканиях мы используем соответствующие реальной деятельности наименование – общество старших магов. Или ОСМ.

– И они действительно искали измерение единого Бога, – внезапно добавил Корф.

Он откинулся на спинку стула, задумался на мгновение и, наконец, продолжил:

– Это было краеугольным камнем философии общества. Записано в книге заветов, первым из которых был поиск божественной энергии, способной не просто сливать параллели, а создавать их.

– Ты серьёзно? – удивлённо спросил Рафаэль. – Что, сошли с ума? Это же безумие.

– Более, чем серьёзно, – ответил Александр. – Но возвращаясь к вопросу зачем? Возможно, ты прав, Кайсаров. Обладание властью ударило в головы старших магистров ровно так же, как это случилось с князем Валеем, и они просто перестали понимать, что творят.

На секунду за столом установилась тишина.

– Хорошо, господа, давайте вернёмся из философии, – Ровена щёлкнула пальцами.

Наблюдая за Корфом, она почувствовала, что он всё-таки расстроен и решила прекратить этот разговор.

– Мы начали с того, что можем столкнуться с тем же, с чем имел дело граф Демидов, – перешла на другую тему Бельская, но не успела продолжить.

На руке Гидеона внезапно осветился входящим сообщением экситоновый экран рунабра, и, прочитав его, Турмистров нахмурился:

– Оперативный штаб получает новую информацию.