Юлия Давыдова – Принц империи демонов (страница 7)

Брачис низко поклонился:

– У меня нет ответа, мой принц.

– Ненавижу, – прошипел Обран, – ненавижу его.

Талан молчал, не возражая младшему Мезамеросу. Сейчас в нём говорила не только ненависть, но и боль. И он был прав. Император по-прежнему надеялся на своего старшего сына и прощал ему многое. Но в этот раз принц Нардэн действительно зашёл слишком далеко, и решение Мельседея о личном визите говорило о том, что лимит его терпения исчерпан.

– Я не позволю ему, – внезапно произнёс Обран.

Брачис поднял голову, вопросительно глядя на принца.

– Я не позволю ему больше позорить наш род, – на лицо Обрана вернулось спокойная злость. – Если и в этот раз отец простит его, я сам лично его уничтожу.

– Ваше высочество, – Талан покачал головой. – Вы не должны опускаться до угроз брату.

Обран поднёс руку к разбитым губам, облизнул их, пробуя собственную кровь, и зло усмехнулся:

– Сын императрицы изменницы мне не брат.

***

Испуганная Элюзаль, выскочив за дверь, попала в объятия дамы Тэды. Та буквально схватила девушку и, крепко держа за руку, повела на женскую половину дворца. Служанки просто бежали за широкими шагами высокой управляющей гарема.

Едва они вошли в общий зал, дама Тэда отпустила руку Элюзаль, но сжала её щёки в ладонях так, будто готовилась расцеловать:

– Ты умница! У тебя получилось!

– Что получилось? – девушка искренне не поняла, чему так рада управляющая.

– Ты вызвала у принца мужское желание! – воскликнула та.

Дама Тэда, конечно, не зря стояла у дверей кабинета, тонкая щёлка меж створок была очень кстати. Она видела, как отреагировал принц на прикосновение и поцелуй. Все его движения говорили о том, что он испытал возбуждение.

– Не знаю, как тебе это удалось, – управляющая сделала шаг назад и придирчиво оглядела Элюзаль. – Ты красива, но в меру. Были девушки и красивее тебя, и пышнее. И умнее, разумеется! Обученные и воспитанные, умеющие поддержать разговор. А ты о чём говорила? Крестьянка из сельской коммуны! Рассказала историю своей жизни? Пожаловалась? Ты должна быть благодарна за то, что тебя допустили к услужению!

Элюзаль молча опустила голову.

– Так или иначе, ты всё равно умница, – подытожила дама Тэда, – будешь продолжать так же. Завтра утром понесёшь принцу коктейль и будешь с ним нежна, ты поняла?

Девушка коротко вздохнула:

– Конечно, госпожа.

Служанки, столпившиеся вокруг, с интересом разглядывали Элюзаль и перешёптывались.

– Это в твоих интересах, – дама Тэда снова шагнула к ней и, взяв за подбородок, подняла лицо. – Если ты сможешь соблазнить принца и заставить его взять тебя, ты сделаешь счастливым самого императора.

Девушка удивлённо хлопнула глазами.

– Принц Нардэн – первенец его величества правителя Мельседея, он наследник трона, – строго сказала управляющая. – И с шестнадцати лет он не взял ни одной наложницы. Ты понимаешь? Он должен продолжить род Мезамеросов, а он не берёт женщин! Вообще! Он здоров, вопреки тому, что о нём говорят. Он просто не хочет.

Элюзаль по-прежнему смотрела вопросительно.

– О! Ты глупая крестьянка! – вспылила дама Тэда. – Как заключить брак с кем-то из знатных семей империи, если принц не даст наследника?! Император крайне озабочен этим!

– А, понятно, – коротко выдала Элюзаль.

– Слава богам и великим правителям Мезамеросам, ей понятно! – управляющая возвела глаза и руки к потолку, но опустив их, снова обняла девушку за плечи. – Ты явно понравилась принцу! Теперь мы должны сделать так, чтобы он захотел тебя и взял в свою постель.

Дама Тэда взглянула на служанок:

– Принесите госпоже наложнице его высочества ужин и белково-углеводный коктейль. К утру её бледность должна смениться румянцем. Да, и завтра омоем тебя и введем тебе интимные украшения.

Последнее относилось уже к Элюзаль. Та сделала глубокий вдох и застыла с ним.

– Не волнуйся, это приятно и красиво, – успокоила её управляющая. – У тебя изменится походка с ними, станет более заманчивой.

– Ох… – девушка боялась всё больше, но выдохнула и смирилась.

Ей не о чем роптать. Ещё несколько часов назад она мучилась в объятиях его высочества принца Обрана и думала, что её жизнь закончится под столом для трапезы. Принц Нардэн спас её и очень удивил собой. Дама Манора не приказывала целовать его руку, Элюзаль сама захотела сделать это, в благодарность за то, что он прекратил её боль и не причинил сам.

– И что ты молчишь? – управляющая снова крепко сжала пальцами подбородок девушки. – Ты всё поняла? Что ты должна сделать?

– Понравиться его высочеству, – ответила Элюзаль.

– И?

– Сделать так, чтобы он взял меня.

– Хм… – дама Тэда улыбнулась. – Всё верно. Я же говорила, ты умничка, Элюзаль.

После разговора новую наложницу окружили всей возможной заботой и заданиями. Управляющая отменила другие дела и занималась только Элюзаль. Для начала заставила её выучить устав гарема. Несмотря на усталость за этот кошмарный день, девушка запомнила каждое слово и проговорила вслух все правила.

Дама Манора при этом кормила её с ложечки, заставила съесть вкуснейший ужин и напиться сладкого коктейля. Потом отвела в сауну и приказала сделать ей массаж.

Старший доктор явился в женское крыло по вызову управляющей гарема, проколол Элюзаль уши для серёжек и открыл протоки сосков для интимных украшений-капсул. Девушка боялась, но дама Тэда потребовала обезболивающий укол на все процедуры и всё время пробыла рядом. Стояла за спиной Элюзаль и гладила её плечи, успокаивая волнение.

– Ты будешь самой красивой, – шептала она девушке. – Твоя грудь сведёт его высочество с ума…

Всех наложниц и служанок принца Обрана, недовольных повышенным вниманием к новенькой, Манора предупредила весьма сурово:

– К даме Элюзаль Палакс относиться с почтением! Она единственная наложница его высочества принца Нардэна!

Наложницы Обрана, конечно, возразили, что пока ранг новой рабыни не подтверждён – она просто рабыня. А не дама! Пока её статус «жертвы на трапезу» – тот, в котором она прибыла во дворец, включает только право дышать.

И теперь, после заучивания устава гарема, Элюзаль знала, что установить её ранг при дворе и привилегии должен сам принц Нардэн. Чего он не сделал. Он даже не сказал в каком качестве её принял – служанки или наложницы. Но управляющая гарема восполнила этот пробел своим личным приказом:

– Дама Элюзаль должна быть счастлива и нести его высочеству свою улыбку и ласку. Того, кто омрачит её лицо, скормлю собакам на хоздворе!

После всех вечерних дел девушке позволили несколько часов сна. Дама Тэда выделила ей отдельную комнату и приставила к ней трёх служанок. Вместе с ними и сама пришла до восхода солнца, чтобы подготовить наложницу к утреннему визиту к принцу.

Элюзаль разбудили, провели все утренние процедуры, намыли в душистой пене, навели кудри на светлые волосы и одели. Управляющая выбрала на утро красно-золотой наряд из прозрачной органзы и украшения под цвет платья. Грудь девушки и промежность плотно обтянули ремнями в драгоценных камнях, чтобы подчеркнуть формы.

Интимные украшения дама Тэда подобрала такие большие и размашистые, чтобы их было видно издалека. Ходить с ними между ног было крайне неудобно, уже хотя бы потому что элементы украшений при каждом шаге щекотали и вызывали возбуждение. Но Элюзаль не жаловалась и сдерживала стоны. Даже когда в её соски вставили золотые украшения-капсулы с красными алмазами, только коротко сказала «ой» и замолкла, тяжело дыша. Через несколько минут соски покраснели и припухли, и довольная госпожа Манора сама смазала их сладким кремом для блеска и вкуса.

Пока Элюзаль готовили, в женскую половину дворца пришел вельможа Брачис и отозвал управляющую гарема на разговор. Его слова долетали до слуха служанок, расправляющих пышное платье новой наложницы. Оценив великолепный вид девушки, Талан позволил себе улыбку, а потом тихо рассказал даме Тэде о визите императора, и та схватилась за сердце:

– Ох… я не готова порадовать его величество! Принц только выбрал наложницу, но пока не взял её.

– Тем не менее, если император спросит об этом, скажите ему, – посоветовал Брачис. – Но только если спросит. Подозреваю, что он прибудет в самом дурном расположении духа. Принц Обран выдвигает обвинение против брата, на этот раз официально.

Манора действительно расстроилась:

– Как невовремя! Из-за неё?

Элюзаль вздрогнула и взглянула на обоих.

– Она будет только частью обвинения, – покачал головой Талан. – Оскорбление императорской особы тоже требует наказания, но главное…

– Осквернение себя, – тяжело вздохнула дама Тэда. – Но ведь это не доказано?

– Думаю, это будет не сложно доказать, дорогая госпожа, – ответил Брачис.

Манора расстроенно поджала губы. Вельможа прав. Сомнений в том, что обвинения небеспочвенны после вчерашнего не осталось ни у кого.

Но прямо сейчас управляющая красиво расправила плечи и вернула улыбку на лицо:

– Дорогой Талан, его высочество просыпается в это время. Нам пора.