Юлия Давыдова – Принц империи демонов (страница 11)

Сквозь глухие удары собственного сердца, Элюзаль внезапно услышала свой хриплый судорожный вдох и ощутила медленное падение. Она оказалась на коленях, не могла дышать и едва различала свет сквозь тёмную пелену перед глазами.

– Тихо, тихо… садись…

Посадив девушку на палубу, Нардэн расстегнул и вытащил все ремни из-под её платья. Освободил её грудь и промежность, убрав всё, что мешало дыханию и сдавливало её тело. И пока Элюзаль приходила в себя, растирал ладонями её плечи.

Девушка наконец осознала, что жива, но от неожиданных прикосновений принца к себе дрожала и сжималась от страха.

– Прости меня, – мягко произнёс Нардэн, – я должен был проверить.

Элюзаль подняла на него сверкающие влагой глаза, полные обиды и возмущения.

Принц отпустил девушку и сел напротив, тоже внимательно глядя на неё. Его подозрения не оправдались. Молодые женщины в специальной службе императора очень хорошо обучены, и его попытка задушить такую закончилась бы плохо для него. Он дал повод – признался в преступлении, о котором сотрудница специальной службы может донести императору. Это уже стало бы лакомым куском. И сейчас он плевался бы кровью, а она связывалась бы с куратором и докладывала о случившемся.

Но Элюзаль не сопротивлялась и рыдала от страха и обиды. Эти чувства создавали биотоки в теле человека, как и любые другие, и Нардэн, будучи эгрессером, прекрасно чувствовал их. Держа девушку в крепких объятиях, он принимал только эти ощущения своей жертвы. Она не обманывала.

А сейчас девушка сделала попытку отползти от него, но боялась отвернуться и пятилась, путаясь в своем пышном прозрачном платье.

– Это мне нужно бояться тебя, – вздохнул Нардэн. – Моя жизнь теперь зависит от тебя. Старая вера – враг Мезамеросов. Если мой отец узнает о том, что я исповедую её, он казнит меня.

Элюзаль всё-таки отползла на несколько шагов и смотрела по-прежнему с обидой.

– Вы его сын! – хриплый шёпот получился у неё гневным. – Вы наследник империи! Он так не поступит!

Нардэн вымученно усмехнулся:

– А моя мать была его женой. Он любил её и даже сейчас хранит память о ней. Но он не простил ей предательство, которым посчитал её убеждения. А моё станет для него ещё большим разочарованием.

Элюзаль не верила в слова принца.

– Почему?! – громко прошептала она. – Что такого в старой вере?

Нардэн думал ещё мгновения, решая идти ли теперь до конца. Но он уже зашёл слишком далеко и поэтому может ответить на все вопросы. С Элюзаль больше нет пути назад.

– Я покажу, – Нардэн поднялся, расстегивая кафтан.

Девушка с удивлением смотрела за тем, как принц разделся полностью и шагнул на край палубы. При дневном свете его худое тело выглядело ужасно. Тонкая сухая кожа, казалось, была просто натянута на скелет, и кости выступали так, будто под ними совсем не было мышц.

На борту летакора располагалась лестница для спуска в воду, но Нардэн ею не воспользовался. Легко оттолкнувшись, он прыгнул в бирюзовые волны.

Элюзаль, как не была удивлена, подползла следом. Принц отплыл от корабля, и она смотрела за тем, как он раскинул руки и медленно тонет, погружаясь всё глубже в прозрачной воде. Но внезапно вокруг него возникло яркое голубое свечение, а поверхность над ним словно вскипела. Сильная рябь образовала идеальный круг, в котором отчётливо вспыхивали белые разряды, поднимая пену и бурлящие фонтаны.

Элюзаль, затаив дыхание, ждала. На долгие минуты Нардэн исчез из виду, но вот постепенно вода успокоилась, и там, где находился принц, толща снова стала прозрачной. Девушка встала на самом краю палубы и с волнением искала его глазами. Фигура, видимая далеко на глубине, грациозными движениями устремилась вверх.

Элюзаль смотрела, как Нардэн подплыл к лестнице и встаёт на её ступенях. Он поднялся в полный рост, и, увидев его, девушка застыла.

Вода стекала с молодого тела принца, оставляя блестящую кожу, плотную и гладкую, без складок и морщин. Короткие густые волосы, словно горели красным огнём, настолько ярким был их цвет, и радужная оболочка глаз потемнела в насыщенный оттенок синего – драгоценный кобальт.

Нардэн поднялся на палубу, и Элюзаль отступила, поражённо оглядывая его. Гресс-жилы источали красное сияние, освещая глубокие ложбинки сильно округлившихся крепких мышц. Тело принца переполняла сила и энергия.

– Откуда?.. – прошептала Элюзаль. – Откуда вы питались?

Нардэн засмеялся тому, что девушка не верит в то, что видит. Ведь это невозможно по учению Мезамероса.

– От воды, – ответил он. – Моя мать научила меня. Она умела питать себя любой энергией. От всего: воды, огня, самого воздуха. Потому что энергия везде. Нет пустого сосуда для неё, она заполняет всё. Старая вера учила, как брать энергию из любого источника и запрещала брать из живого тела. Потому что это убийство. Страшный грех для старой веры. Она учила никогда не кормиться ни кровью, ни плотью, ни биотоками живых существ. Ни людей, ни животных. А наше новое учение…

Принц замолчал, потому что Элюзаль подошла к нему, потянулась дрожащей рукой к его груди и коснулась. Хотела убедиться, что глаза её не обманывают.

– Учение требует человеческих жертв, – произнёс Нардэн. – Оно создано для воспитания послушания в подданных империи. Для того, чтобы скрыть то, что эгрессеры превратились из защитников государства и народа в паразитов, пирующих на людях, которые верят в то, что мы не можем по-другому и живём, только поедая их. Они принимают нас, как неизбежный порядок вещей.

Элюзаль снова вздрогнула от таких слов. От волнения у неё заболело в груди и дышать стало совсем тяжело, но она посмотрела в глаза принца. Ярко-кобальтовая радужка, тёмная к внешнему кругу и прозрачно-голубая к расширенному зрачку, сверкала серебристыми жилками биотоков. И это завораживало.

– Нам не нужно питаться людьми, чтобы жить самим, это ложь, – Нардэн мягко обнял шею девушки ладонями и погладил щёки большими пальцами. – Мы можем брать энергию отовсюду. Но надо учиться этому, чувствовать и знать энергоорнаменты стихий и явлений. Я не имею и трети этих знаний и мне неоткуда их взять, но даже этого мне достаточно.

Элюзаль закрыла глаза. Кажется, вся жизнь осталась где-то там – до этого момента. Всё, что она знала и понимала рушилось прямо сейчас. Под ярким солнцем, среди плеска бирюзовых волн, будто в каком-то совсем другом мире, молодой мужчина с кроваво-красными волосами говорил ей слова, за которые в её мире не могло быть прощения.

– Подождите… – девушка схватилась за плечо принца, потому что голова у неё закружилась и она снова не почувствовала ног.

Нардэн прижал Элюзаль к себе, поняв её состояние. Ещё немного и она упадёт в обморок. Это рассмешило его и он снова посадил девушку на палубу. Потом сходил к своей одежде, надел брюки, вернулся и расположился напротив Элюзаль, не сводившей с него глаз.

Она, наконец, сделала долгий вдох и внезапно очень уверенно сказала:

– Мой принц, вам надо бежать.

Теперь понимание этого стало для Элюзаль таким же ясным, как свет солнца над головой, и её обида за удушение прошла окончательно. Нардэн действительно в опасности. Последователи старой веры – враги империи, потому что знают об обмане, на котором она стоит. И как же страшно будет знати эгрессеров, если они узнают, что будущий правитель исповедует запрещённую религию.

– Вы угроза, – Элюзаль подползла ближе к принцу. – Вам надо бежать. Ведь вам не удастся скрывать вашу тайну вечно.

Нардэн улыбнулся, подумав о том, что угодливая кротость девушки, которую она так явно выставляет напоказ, помешала ему сразу увидеть её острый ум.

– Верно, – подтвердил он. – Угасающие эгрессеры, отказавшиеся от питания, не доживают до тридцати лет. У меня в запасе самое большое ещё год, и многие спросят почему я не умираю..

– Но ведь вы можете питаться, – Элюзаль взяла ладони принца в свои. – Брать по чуть-чуть, не убивая.

– Нет, – твёрдо ответил Нардэн. – Моя вера запрещает это. Даже капля биотока человека – это грех.

– А… другая энергия? – девушка покраснела. – Эгрессеры берут её и ваш брат тоже.

– Любовные биотоки? – принц отрицательно покачал головой. – Мой брат даже не знает что это. Брать эту энергию можно, но моя вера говорит, что питать любовные токи друг друга могут и должны супруги.

– И только так? – Элюзаль задышала чаще.

– Нет, – Нардэн улыбнулся, глядя на неё. – Но сама суть в том, чтобы совпали биотоки мужского и женского энергоскоплений. Тогда они усиливают друг друга и питают. А это возможно, если мужчина и женщина любят друг друга. Тогда любовные токи рождаются в их скоплениях и притягиваются. И только тогда возможен их обмен. Учение Мезамероса не говорит об этом. За любовные токи оно принимает искусственно вызванные тёплые токи возбуждения. Именно для этого сделаны интимные украшения наложниц – чтобы они всегда испытывали желание и были готовы кормить господина. Никакой это не обмен любовной энергией. Это то же самое питание, которое совершается эгрессером через половые органы. И это строго запрещено моей верой.

– И поэтому вы не берете наложниц! – поняла Элюзаль. – Мужское желание и голод эгрессера едины. Если не будет любовного тока, то вы возьмёте у них энергию жизни и нарушите заповедь.

– Да, всё так, – ответил Нардэн. – И это не единственная причина.