Юлия Давыдова – Хранитель талисманов 2 (страница 2)
– Вот как? – мужской голос был приятным и весёлым. – Именно так ответил бы настоящий волк. А чего такой горячий?
– Воспаление.
Елена осознала тот факт, что понять горячий ты или нет, можно только потрогав, и страх очень быстро сменился на ярость. Кто посмел дотронуться до её ребёнка?!
– Так ты, мышка, болеешь? Ну что же, давай-ка выпей лекарство, – раздалось из комнаты.
И молодая женщина ворвалась в неё со стаканом наперевес, но… застыла, увидев картину. На диване сидел Никита, свесив ножки, и улыбался, а напротив него на полу расположился мужчина в светлой рубашке и брюках. Чёрная куртка лежала рядом с ним на коврике, а сам он держал перед мальчиком какую-то склянку с красной жидкостью, и по комнате расходился аромат малины.
На поток воздуха, внесённый Еленой, незнакомец обернулся. Оказался симпатичным, а когда встал, ещё высоким и широкоплечим. Женщина невольно отступила. Против такого противника ей точно не выстоять.
– Здравствуй, Елена, – незнакомец улыбнулся.
У него была очень приятная улыбка. Показались ямочки на щеках.
– Знаете меня? – Елена строго оглядела мужчину. – Вы кто?
– Я родственник, меня зовут Иван.
– Я вас не знаю.
– А я не твой родственник, – незнакомец сказал это насмешливо и кивнул на Никиту: – Я его дядя.
Ребёнок как раз засунул нос в баночку с красной жидкостью.
– Никита! Не пей!
Иван успел подхватить склянку, потому что от вопля мамы мальчик отбросил её от себя.
– Уходите! – Елена рассердилась и испугалась одновременно.
Иван отрицательно покачал головой и снова сел на коврик перед кроватью:
– Не бойся, я просто в гости.
– Я о вас никогда не слышала! – голос Елены задрожал.
– И я о тебе мало знаю, – улыбнулся Иван. – Давай познакомимся?
– Вон! – крикнула женщина в панике.
От напряжения ноги стали ватными, и стакан начал оттягивать руку своим весом.
– Ладно, сначала я, – почти ласково произнёс мужчина. – Меня зовут Иван Рилевский. Я отцу твоего сына приходился четвероюродным братом. Далёкие связи, конечно, но роднее никого нет. Так что Никите я дядя.
– Четвероюродный? – прошептала Елена.
– Да.
– Зачем ты пришёл?
– Я думаю, помочь.
– Мне не нужна помощь!
Иван встал, а Елена от страха выронила стакан.
– Я тебя понимаю, – кивнул Рилевский. – Ты уже четыре года прячешься. С того момента, как убежала из роддома.
Он сделал к женщине шаг:
– Наверное, у тебя есть причины так поступать, а мне пока доверять не за что.
– Откуда ты знаешь? – едва выговорила Елена.
От страха губы просто отказывались ей подчиняться. Она ждала резкого движения незваного гостя, уже готовясь отбиваться, бежать на кухню за ножом…
Иван поставил баночку на тумбу.
– Это и правда лекарство, – спокойно произнёс он. – Очень хорошее, сразу поможет.
И, забрав куртку с пола, не торопясь направился к двери.
– Я там гостинцы привёз, – между делом заметил он. – Только не выбрасывай. Сама не будешь, отдай кому-нибудь.
Это Рилевский сказал уже из подъезда, и его удаляющиеся шаги заставили Елену подскочить к двери и захлопнуть её. Она сразу же побежала на кухню посмотреть в окно. Возле дома «родственник» сел в УАЗик, минут пять прогревал двигатель, но Елена даже не сомневалась, что он смотрит в её окна. А потом он уехал. И только тогда женщина опустилась на стул.
Её трясло ещё полчаса, но постепенно разум взял верх. Она вспомнила, что надо кормить сына и посмотрела на четыре раздутых пакета на кухонном столе. Стала разбирать их. И по мере того, как на столе выкладывались горками продукты, у Елены начала появляться мысль, что она, наверное, не всё правильно поняла. Хотя это лучше, чем ошибиться в самом начале. Если ты жертва, секунда промедления стоит ровно столько, сколько вся твоя жизнь в целом.
Елена давно усвоила это правило выживания и сейчас не пожалела о том, как встретила в квартире незнакомого мужчину. У неё были все права на грубость.
Но содержимое пакетов всё равно приятно радовало. Иван, похоже, скупил всё, что попалось на прилавках и даже привёз что-то домашнее. Аромат сладких пирогов обнял кухню. Елена с сомнением достала один, откусила кусочек и застыла. Волшебно растаявший на языке, он вдруг унёс её в незнакомый бревенчатый дом с жаркой печкой. Там румянилось сладкое тесто, на столе, покрытом вышитой скатертью, стояли чашки с ягодами и кувшины с молоком…
– Мам!
Голос сына вернул молодую женщину в реальность, и она вздрогнула. Видение растаяло, оставив чувство летнего тепла и волшебного света, наполнявшего тот чудесный дом.
– Вкусно, – заявил Никита и поставил на стол пустую узорную баночку.
Елена шёпотом выругалась. Как же она забыла про так называемое лекарство?! На лице сына играла улыбка и появился румянец. Елена положила руку на его лоб, подумала и взяла градусник. Через несколько минут убедилась окончательно, что температуры нет.
– Это не возможно, – сказала она сама себе, понюхав остатки напитка, от которого исходил сильный и очень приятный запах малины.
Никита уселся за стол и тоже начал разбирать еду. Просто играл с кучей предметов разных форм и размеров. Елена внимательно следила за ним, думая вызывать скорую или нет. Кто знает что было в этой склянке? Может, медленный яд?
– Я свихнулась, – наконец призналась себе женщина. – Меня давно пора лечить, а я скрываюсь. Ну пришёл к нам родственник, может, и правда родственник.
Елена постаралась точно вспомнить всех, кого знала со стороны своего мужа Ярослава. Среди них не было никакого Ивана Рилевского. Даже никогда не упоминали. Но с другой стороны, все, кого она знала, мертвы. Все довольно страшной смертью. А он очень, очень дальний. Может, его не нашли? Хотя могут. А он тут…
Елена похолодела. Если Иван действительно тот, за кого себя выдаёт, то ему очень опасно находиться рядом с ними. Его тоже убьют! Если, конечно, он не один из тех…
Женщину опять затошнило. Несмотря на то, что этим воспоминаниям было четыре года, они, похоже, намертво закрепились в её голове. И никакому времени не удастся хоть чуть-чуть, хоть каплю смазать их.
– Мам, – позвал Никита, вытряхнув из пакета пачку денег.
У Елены возникло ощущение нереальности происходящего. Может, Иван дьявол? Хочет купить душу? Платит едой и деньгами. Так может… продать? Да уж, если он убийца, то очень странный.
Следующий день был таким же хмурым. Елена не находила себе места на работе и даже выбежала на пять минут пораньше. Но по закону подлости долго не было автобуса, так что она успела порядком замёрзнуть и понервничать на остановке.
Когда приехала, уже стемнело. До дома оставалось метров двести, и молодая женщина мчалась на всех парусах. Сердце вздрагивало всё сильнее. На улице совсем никого. Холодно, дождь.
Елена понимала, что нельзя просто мчаться вперёд, надо оглядываться по сторонам, только так вовремя увидишь опасность. Но страх был сильнее разума, и она почти бежала, думая только о крыльце своего дома.
Параллельно её дороге тянулась освещённая аллея. Свет фонарных столбов горел тускло, но фигуру человека всё же обозначил…
Елена, заметив его, резко остановилась, и по спине пробежал холодок. Человек стоял неподвижно, наполовину скрываясь за столбом. Непонятно было, куда направлен его взгляд, но движение головы последовало за Еленой. Это мог быть пьяный парень, отдыхающий у столба, пока его сильно укачивает, или трезвый парень, ожидающий девушку на свидание, или же… охотник, поджидающий добычу.
Елена стояла. Осветив столб, вспыхнуло синее пламя, и уже совсем другая тень скользнула в темноту. Наверное, человек, увидевший это впервые, испугался бы, но и всё же испытал бы интерес. Из-за простого любопытства или каких-то фантастических предположений.
Только Елена уже видела это. Четыре года назад. Поэтому она знала: если у тебя ещё есть ноги – беги!
Туфли отлетели в стороны. По мокрому асфальту она бежала босиком, не чувствуя ни боли, ни холода. Мелькнули яркими пятнами окна домов, словно мираж появилось крыльцо…
– Лена! Стой!
Чьи-то сильные объятия внезапно поймали её в тиски.
– Да что с тобой?