Юлия Данцева – Тень Кукловода. Игра теней (страница 15)

Смысл оставленной записки дошел до Артема не сразу. Аля… Какая еще Аля?

Осознание обрушилось ледяным душем, выбило воздух из легких, ударило по затылку бейсбольной битой, да так, что зашумело в ушах.

Идиот. Приласкал, дал надежду. Девочка у Тишмана сразу после детдома, значит, вообще не знает ничего, кроме рабства. А ведь у нее достанет и силы воли, и отчаяния, и изобретательности, чтобы покончить собой.

Еще одна жертва… Опять в памяти всплыло бледное испуганное лицо Анны, отданной им в качестве десерта на юбилее Шталя. Нет, он не может допустить, чтобы девочка осуществила задуманное.

Но как ее остановить? Сдать снова Тишману? Подло… Но как… как?

Артем запустил пальцы в волосы, отчаянно пытаясь найти выход. Больше всего хотелось самому вломиться к этому садисту, набить его наглую морду и забрать девочку. Но это точно не было вариантом.

Потом схватил телефон. Пока нужно было остановить девочку. А потом уже решать, что делать дальше.

— Господин Тишман, простите, что беспокою.

Голос прозвучал хрипло, Артем откашлялся и продолжил:

— У меня появились идеи для совместных фотографий боттома и девушки. Не могли бы вы все же привезти завтра модель?

— Совместных? — удивился Тишман. — Вещь в роли домины?

— Думаю, справится.

— Хм… — Тишман помолчал, видимо, засомневался и скептически хмыкнул. — Может, лучше пригласить модель? Или вашу помощницу попросим? У нее очень подходящий типаж.

— Администратор — не модель, — отрезал Артем. — А приглашать — новые расходы. Вы и так очень щедры. Да и время потратим, новый кастинг…

— Да, — неохотно согласился Тишман. — Лишние расходы и время… Ну, что ж, давайте попробуем.

— Все получится, — заверил Артем. — Только никаких следов наказания, никаких ошейников. И дайте девочке как следует выспаться, мне показалось, она утомлена.

Тишман тихо рассмеялся.

— Хорошо, хорошо. У меня, конечно, были свои планы. Но ради искусства готов на жертвы. К которому часу?

Артем едва не выпалил: «немедленно», но вслух произнес как можно спокойнее:

— Давайте как обычно. К десяти.

— Договорились. До завтра.

Артему показалось, что Тишман недобро усмехнулся.

Ночь прошла в кошмарах. Он снова был с Анной в квартире Шталя, только теперь уже не девушку, а его распинали на кресле похотливые руки. Тишман с окровавленными руками держал за волосы отрезанную голову Лоли. Видел отчаянные глаза девушки, она оглядывалась на краю распахнутого окна, он тянул к ней руки, но хватал пустоту.

В салон Артем приехал на час раньше назначенного времени, разбитый и с недобрым предчувствием. Сердце ухало куда-то в желудок, будто на скоростном лифте. В голове назойливо кружилась одна мысль «Только бы жива…». Не зажигая свет в приемной, сразу прошел в кабинет: сегодняшний сет был не продуман совершенно. Помучался над эскизами, заполнил корзину смятыми листками бумаги, сломал три карандаша. Понял, что пока не увидит Лоли-Алю, ничего не выйдет.

Услышал, как тренькнул колокольчик у входной двери, вскочил и почти бегом выскочил в приемную.

Жанна стряхивала капли дождя с ярко-розового зонта с принтами Эйфелевой башни и кучерявыми надписями «О, Пари!».

— Доброе утро, босс. Что-то случилось? На тебе лица нет.

«Размязня, — выругал себя Артем. — Истеричная баба».

— Все в порядке. Свари кофе и от головной боли что-нибудь дай.

Он поморщился и потер лоб.

— Опять пил весь вечер? — ворчливо спросила Жанна и презрительно сузила глаза.

— Не твое дело, — грубо оборвал ее Артем.

Она обиженно надула губы, швырнула зонтик в плетеную подставку, вскинула голову и, громко стуча каблуками, прошествовала на кухню.

Ему стало неловко. Подумал было, не пойти ли извиниться, но колокольчик снова звякнул.

В салон вошел Тишман, встряхнул большой черный зонт. Артему показалось, что время замерло. Он успел насчитать восемь ударов сердца, пока заказчик не шагнул вперед, и за ним следом не появилась закутанная в плащ девушка. С капюшона стекали капли; она, не поднимая глаз, неуверенно прошла несколько шагов и привычно замерла позади и слева от своего хозяина.

Артему показалось, что с его плеч сняли тяжелый мешок, он облегченно выдохнул, вдруг осознав, что все это время не дышал.

Тишман заметил его состояние и нахально осклабился.

— Доброго утра, господин художник. Вот, как обещал. Вещь подготовлена согласно вашим указаниям. И надеюсь, угадал с упаковкой.

Он развязал шнурок, что стягивал плащ Лоли у горла, и скинул капюшон. Плащ с тихим шуршанием скользнул на пол.

Талию девушки, и так тонкую, красный кожаный корсет утягивал до обхвата двумя ладонями, пышная грудь, ничем не прикрытая, вызывающе торчала вперед. «Как она дышит?» — изумился Артем. Лайковые перчатки до локтей в тон, подобие стрингов и сапог-ботфортов из тонких ремешков, усыпанных заклепками. Высоченные каблуки с устрашающего вида шипами довершали наряд Госпожи.

Тишман с самодовольной улыбкой наблюдал за реакцией Артема, а тот напряженно вглядывался в лицо Лоли. Но она спряталась за опущенными ресницами и маской бездушной куклы.

Молчание Артема явно затягивалось и становилось неприличным. Усилием воли он стряхнул оцепенение и произнес хрипло:

— Потрясен. Прекрасно, то, что нужно. Думаю, модель вдохновит такая Госпожа.

— Подумал, что раб в черной сбруе и госпожа в красной коже вместе будут смотреться очень выгодно, — заулыбался Тишман. — А вот и наш мальчик— боттом.

Артем не без труда оторвал взгляд от девушки и посмотрел на вошедшего парня. Тот тоже был явно ошарашен нарядом Лоли — замер на месте с полуулыбкой и не мог отвести глаз.

— Ну, и прекрасно. Вдохновения вам, господин художник. Жду вашего звонка.

Тишман раскланялся и направился к выходу. Но в дверях вдруг обернулся и произнес загадочно:

— Совсем забыл. У меня подарок для вас — вещи сегодня разрешено говорить.

— Вы так великодушны, — сквозь зубы процедил Артем.

— Ну, что вы, — нагло ухмыльнулся Тишман, — все ради искусства. А вечером вас ждет еще один сюрприз.

Сердце снова ухнуло вниз, оставив тошнотворное ощущение пустоты в груди.

В студии все было готово. Кирилл присвистнул от удивления при виде Лоли.

— Ничего себе перевоплощение. Вооружена и опасна. Класс.

— Хватит пялиться, — нетерпеливо скомандовал Артем. — Задача на девушку — волосы в высокую прическу, один локон спусти на плечо. Соски, губы выдели потемнее и поярче, в тон корсету. Парню — легкий медный тон по всему телу. Если есть волосы на теле — убрать, везде.

— Нет, конечно! — возмутился Мацуев. — Это же некомильфо!

— Отлично, — кивнул Артем. — За работу. Ванька! Свет мне нужен бековый и мягкий, когда поставлю в позу — скажу что высветить.

— Ок, шеф! — отозвался осветитель из своего «гнезда».

Артем уселся в складное кресло рядом со штативом и прикрыл глаза, чтобы представить будущие кадры.

Из карусели образов выбил голос Кирилла.

— Шеф, готово, только не разберусь в этом… этой…

Визажист с опаской, словно нечто ядовитое, двумя пальцами и на вытянутой руке держал кожаную сбрую, привезенную Тишманом.

— Давай сюда, — со вздохом сказал Артем и махнул Мацуеву.

— Подойди.

Парень без энтузиазма поглядывал на это странное переплетение ремешков, хотя совершенно не стеснялся полной наготы. Даже свойственный всем мужчинам жест футболиста в «стенке» перед пенальти был ему чужд.

Артем видел такие «одеяния» на собраниях сообщества, оставалось только понять, как все это одеть на модель.