Юлия Данцева – Тень Кукловода. Игра теней (страница 17)
Кирилл подбежал с двумя махровыми халатами в руках, Артем взял у него один, накинул на плечи Але и кивнул в сторону безвольно повисшего Мацуева.
— Отстегни его. Вань, опускай! Кир, и сбрую помоги снять модели.
Осторожно под локоток визажист проводил Стаса в душ, ноги того не слушались, он пошатывался, но счастливо улыбался.
»Клиент дозрел, — мрачно усмехнулся Артем. — Будет в сообществе новый саб, причем би. Подарок!»
Алю он закутал в халат и увел к дивану.
— Жанна, мы закончили! — крикнул Артем в приемную. — Кофе свари и чай сделай! И коньячку принеси. Тащи там все, что есть в холодильнике. Пировать будем.
Пока Аля была в душе, Кирилл позвонил в «Якиторию», Ванька заказал большую пиццу в «Мама миа», в общем, получился целый пир. Коньяк добавил градуса веселью и растворил смущение. Даже Аля перестала дичиться, звонко хохотала над шутками, доверчиво прижималась к Артему и заглядывала ему в глаза. «Да что же ты делаешь, девочка», — в отчаянии думал он. Но оттолкнуть ее опасался. Нужно было поговорить с девушкой наедине, пользуясь разрешением Тишмана.
Стас вскоре распрощался со всеми, перед Алей грациозно упал на колени и поцеловал руку.
— Прекрасная госпожа, — промурлыкал он.
Девушка отдернула руку, запахнула поглубже халат, смутилась и беспомощно оглянулась.
— Госпожа отпускает тебя, раб, — подыграл Артем.
Парень просиял, вскочил на ноги и уже в дверях послал воздушный поцелуй.
»Точно, спекся», — усмехнулся Артем.
Вскоре убежал Кирилл — его срочно вызвонила какая-то очень важная клиентка, а за ним тихо слинял и Ванька. Жанна словно почувствовала желание босса побыть наедине с Алей и назло не спешила уходить. Время неумолимо истекало, а упускать возможность поговорить с девушкой, было никак нельзя.
— Так, Жанна, приберись тут. Я пойду в кабинет, обработаю отснятый материал. Аля, хочешь посмотреть?
— А можно? — осторожно спросила девушка.
— Ну, раз зову — можно, — снисходительно улыбнулся Артем. — Только не в халате. Жанна, поройся в костюмерной. Кажется, спортивная одежда оставалась, рекламу снимали, заказчик не забрал.
— Там осталось несколько вещей, самые маленькие, S-ки, — недовольно пробурчала Жанна.
— Тащи, подойдет, — скомандовал Артем.
Жанна уничтожила взглядом Алю и с неохотой пошла в костюмерную.
— Мне нельзя надевать другую одежду, — виновато сказала Аля. — Только ту, что выбрал Хозяин.
— Забудь о нем, — Артем поднял ее лицо за подбородок. — Хотя бы на время, пока ты тут. К его приезду переоденешься, он не узнает.
Аля грустно покачала головой.
— Не могу. Все равно узнает. Мне кажется, он читает мои мысли…
— Глупости! — вспылил Артем. — Никто не может читать мысли.
— Может! — упрямо возразила девушка. — Иначе как бы он узнал…
Она запнулась и смутилась.
— О чем? О чем он узнал?
Артем сжал ее подбородок, не давая спрятаться от его прямого взгляда.
Глаза Али наполнились слезами.
— О нас… о том, что я…
— О нас?!
Сбывались самые плохие предчувствия. Что эта глупышка наплела садисту?
— Что я люблю… — девушка всхлипнула, ее губы задрожали, — вас… тебя… люблю. И не хочу жить…без тебя… Просила его меня убить…
Аля разрыдалась, хлюпнула носом и уткнулась в его плечо.
Артем уже понимая, что катастрофически попал, и, проклиная тот день, когда он согласился на этот заказ, прижал девушку к себе и погладил по волосам.
— Глупая… Не плачь, ты придумала себе все… Маленькая, не реви…
Худенькие плечики сотрясались от рыданий, футболка Артема намокла от слез. Он все шептал и шептал ненужные и бессмысленные слова и буквально чувствовал, как затягивается на его шее петля придуманной Тишманом ловушки.
Вдруг Аля, не переставая рыдать, обняла его и стала целовать, исступленно, неистово. Ее губы были мягкими, теплыми и горько-солеными.
Скрепя сердце, Артем осторожно отстранил девушку.
— Не надо, маленькая… не надо.
Она отшатнулась, сжалась в комочек в углу дивана и разрыдалась с новой силой.
— Не нужна… конечно, дура… кому нужна… рабыня… Все равно не стану… жить…
Артем схватил ее за плечи и сильно встряхнул, голова девушки мотнулась из стороны в сторону как у куклы, от неожиданности она перестала рыдать и смотрела на него огромными испуганными глазами.
— Прекрати немедленно. Даже думать забудь. Слышишь?
Девушка молчала и, кажется, даже перестала дышать.
Артем отпустил ее, достал платок и вытер слезы с ее щек. Потом вложил платок в руку Али.
— Нос утри. Развела тут сырость.
Девушка послушно высморкалась и протянула Артему платок, потом смутилась и зажала его в кулаке. Артем взял ее руку, накрыл ладонью.
— Послушай. Дело не в тебе, малышка. Не в том, что ты рабыня и никому не нужна. То, как ты живешь… Это неправильно. Так не должно быть. Но изменить это ты должна сама. Почему ты не заявишь в полицию? Он же тебя истязает, удерживает насильно. Это уголовное преступление.
Аля зло вырвала у него руку.
— Полиция?! Рассказать тебе, как они меня ловили, словно дикого зверя, когда я сбежала в первый раз? Как улюлюкали и издевались? И ругались между собой о том, кто первый меня схватил и кому достанется приз — трахнуть на глазах у Хозяина?
Артема перекосило от картинки, что безжалостно подсунуло воображение. Испуганная полуголая девчонка, почти ребенок, и гогочущие грубые мужики.
— Он платит полиции. И чиновникам. И директорам детдомов, которые продают ему девочек. Дело поставлено на поток — он забирает их сразу после выпуска, «обламывает» и перепродает в публичные дома или таким же, как сам. А я вот приглянулась…
Она больше не плакала. Обняла колени, раскачивалась и снова смотрела в никуда пустыми глазами. Это было так страшно.
Артем поддался порыву и сгреб девушку в объятия, усадил на колени и стал баюкать, как ребенка.
— Маленькая…
Осторожно он коснулся губами ее волос, погладил по спине, а Аля тихо всхлипнула.
— Забери… забери меня. Буду, кем захочешь… рабыней… служанкой… Забери…
Артема затошнило от самого себя.
— Не могу. Малышка, прости…
— Как трогательно!
Насмешливый голос Тишмана хлестнул, словно кнутом.
Вместо того, чтобы отшатнуться, девушка прижалась к Артему теснее.
— Я так и знал. Позволь шлюхе открыть рот, она тут же раздвинет и ноги.