Юлия Четвергова – Фиктивные. Моя по контракту (1 книга) (страница 34)

Да и я ничего такого не сделала!

Он вообще-то тоже следил за мной, когда я уехала к Кате!

Водитель останавливается за несколько метров от машины, в которой был Егор. Но, судя по всему, его там уже нет, потому что такси разворачивается и уезжает.

Я сглатываю вязкую, горькую слюну, вцепившись в дверную ручку. А мужчина хмурится, будто только что понял, куда приехал.

— Вам точно сюда? — спрашивает с сомнением.

Я киваю. Хотя сама не уверена.

Здесь нет ничего, кроме тени железной постройки: ни вывески, ни источника света. Только тяжелая дверь в торце ангара, покрытого облупившейся серой краской.

— Вам, действительно, нужно идти туда одной? — Сомнение в моей адекватности звучит слишком отчётливо.

Я ловлю взгляд водителя в зеркале заднего вида. Его кустистые брови с проседью сходятся на переносице.

Чёрт возьми, да откуда мне знать?

Но втягивать в это чужого человека — последнее, чего мне хотелось бы.

— Да, спасибо, — с трудом заставляю себя нажать ручку двери и сделать шаг на улицу.

Весенняя ночь окутывает тело прохладным покрывалом. Холодит нос и кончики пальцев. И это ещё относительно тепло по сравнению с прошлыми ночами. Вот только платье и тапочки явно не подходят для подобной вылазки.

И чем я только думала?

Ах, да. Поначалу я не думала, а пыталась догнать Егора.

Думала уже потом. И совсем не об одежде.

— Может вас подождать? — Водитель опускает окно и выглядывает наружу.

Я смотрю на металлическую дверь, ведущую в огромный ангар. И органы скручиваются в болезненный узел.

Я много раз бывала в подобных местах. Приходилось. Но никогда меня не трясло, как сейчас. Никогда не хотелось сбежать, как можно дальше.

И никогда так сильно, вопреки страху и сомнениям, не хотелось докопаться до правды.

Пока я делаю один из сложнейших выборов в своей жизни, сердце словно замирает. Уши накрывает оглушающая тишина. Исчезает всё, кроме этой проклятой двери, ведущей в неизвестность.

Как под гипнозом, оборачиваюсь к неравнодушному водителю:

— Не нужно. Спасибо вам большое.

Не съест же меня Егор, в конце концов…

Мужичок осуждающе качает головой, но уезжает.

Наверное, решил, что я ревнивая жена или девушка. А таким обычно не перечат. Себе дороже.

Уже через пару минут я остаюсь совсем одна посреди промзоны и ночной тишины. Непослушные ноги приходится передвигать усилием воли. Но перед самой дверью, я всё равно замираю в нерешительности.

Перевожу дыхание. И только после толкаю обжигающе холодный металл.

Что же, чёрт возьми, ты так тщательно скрываешь ото всех, Егор Морозов?

Глава 15

София

Дверь ангара проглатывает меня, как зев чёрной дыры, и закрывается с глухим, протяжным скрипом. В глаза тут же бросается ХИС*, разбросанный по углам — единственный источник света в темноте.

Иду на приглушенное свечение, словно наивный мотылёк. Поначалу ступаю осторожно, как по тонкому льду. Но под ногами что-то твёрдое и ровное, похожее на бетон, поэтому уже спустя пару секунд шагаю смелее.

Подойдя ближе, вижу силуэт. Судя по всему — мужчина. Широкоплечий, в тёмной куртке. Стоит, опершись о стену и курит. Лицо скрыто капюшоном. Хотя в царящем вокруг полумраке я бы не разглядела его, даже если бы задалась целью.

В ангаре холоднее, чем на улице. Я громко шмыгаю носом и обхватываю себя руками, чтобы сохранить хоть немного тепла. Но незнакомец не обращает на меня никакого внимания. Что не может не радовать.

Вот только мне нужно найти Морозова.

Или делать отсюда ноги, пока незнакомец мной действительно не заинтересовался. Потому что вряд ли этот странный парень — Егор.

Привыкнув к темноте, замечаю неоновое свечение откуда-то из глубины ангара — кислотная фуксия вырывает клочок бетонного пола. Оно не сразу бросается в глаза из-за куполообразного строения в середине. Но чутьё, ведущее меня по жизни, подсказывает, что именно туда мне и надо.

Где-то здесь должен быть вход.

Сердце бьётся в висках. Грудная клетка сжимается от страха. Но я безжалостно давлю его, как делала это всю свою жизнь. И, не раздумывая ни секунды, ускоряюсь. Только это не помогает. Потому что, как только я оказываюсь под неоновым светом, незнакомец лениво отлепляется от стены. Бросает под ноги сигарету. Тушит её ботинком, и, сунув руки в карманы толстовки, подходит к внутренним воротам.

Воротам, ведущим, если я всё верно успела рассмотреть, куда-то вниз.

— Заблудилась? — грозно бросает мужчина, перегораживая мне проход.

Я с трудом вспоминаю, как дышать. Ноги прирастают к полу. В ушах шумит. Язык прилипает к нёбу и отказывается слушаться.

Давай же, София! Возьми себя в руки!

— Мне нужно внутрь, — выдавливаю, наконец, чуть сиплым, но слишком твёрдым для дрожащих колен голосом.

Молчание незнакомца становится красноречивым ответом. Он не посылает меня по всем известному направлению, но и в сторону не отходит. Я чувствую, как его глаза, скрытые под капюшоном, изучают меня.

Он ждёт чего-то ещё.

Какого-то пароля. Возможно, приглашения. Денег, в конце концов.

Но ничего из этого может не прокатить. И тогда меня в лучшем случае выгонят отсюда. А в худшем…

В голову приходит едва ли не единственный вариант, который может послужить гарантийным пропуском в сложившейся ситуации:

— Я с тем, кто недавно вошёл сюда. Высокий парень в костюме. У него ещё необычные белые волосы. Точно не перепутаешь, — говорю с вызовом.

Мужик присвистывает:

— С Аидом что ли?

Я сглатываю, вовремя вспомнив, что Инга на вечере тоже назвала Егора этим странным прозвищем.

И, пока вышибала не пришёл в себя, пользуюсь моментом, наседая:

— Аиду не понравится, если я опоздаю. Ты же знаешь, как он не любит ждать, — безбожно вру, делая тон заговорщическим. — Думаю, никому из нас не нужны проблемы, не так ли? — испепеляю его выразительным взглядом.

Это срабатывает. Кадык мужчины дергается, и он нервным жестом проводит ладонью поверх капюшона.

— Аид предупредил, что к нему сегодня девка должна прийти, — хрипит прокуренным басом. — Но, если ты, блядь, врёшь…

Мужик снова окидывает меня взглядом. И, клянусь, если бы не чёртово платье, причёска, серьги и макияж, ни за что бы мне не поверил.

Тапочки я благоразумно прикрыла подолом.

Белые, София! Символично, не правда ли?

Тишина становится ощутимой. Давящей. Вышибала жуёт тонкие губы, всё ещё сомневаясь.

И я решаю выкинуть последний козырь:

— Если ты сейчас же не впустишь меня, — шиплю, уподобляясь стервозной Инге, — я позвоню Аиду и тогда он лично…

Для пущей убедительности тянусь за телефоном, спрятанным в недрах сумочки.