Юлия Четвергова – Фиктивные. Моя по контракту (1 книга) (страница 11)

— Я знала, на что шла, — тихо говорю я, опуская глаза.

И ведь ни капли не соврала.

Егор продолжает приобнимать меня за талию, словно намекая, что он рядом. Что поддержит. Вот только мне хочется поскорее унести отсюда ноги. Подальше от этой странной семейки. Подальше от людей в принципе.

Но…

Я не могу.

Куда бы я ни бежала, Антон и его ищейки будут идти по пятам до конца жизни. А Егор обещал избавить меня от долгового рабства в течение суток.

Ради собственной свободы потерплю.

В сравнении с тем, что меня ждало, полгода фиктивного брака — малая цена.

— Я вправе сомневаться, — продолжает Александр, который даже не подозревает о моём внутреннем монологе. — И, честно признаться, не верю вам.

Грудь сковывает ледяной спазм. Рука Егора на моей талии каменеет, в то время как лицо остаётся улыбчивым и расслабленным.

— Пока, — добавляет мужчина после короткой паузы.

Довольный произведённым эффектом, он позволяет себе лёгкую усмешку и откидывается на стуле, сложив руки перед собой — шахматист, ожидающий следующего хода своего оппонента. В данной ситуации — Егора.

Елена снова цепляет улыбку. Как по команде.

— Софи, дорогая, не принимай на свой счёт. В нашей семье проверки — обычное дело. Сама понимаешь… — Заговорщически понижает голос. — Желающих стать женой Егора хоть отбавляй. Мы с Сашей будем только рады, если вы на самом деле горячо любите друг друга.

На этот раз держу своё «ценное» мнение при себе.

Итак кашу заварила, нарушив указания Егора — молчать.

Но отец и сын не обращают ни на кого внимания. Сцепившись взглядами, они ведут личную войну, понятную лишь им двоим.

И только теперь я понимаю, что причины пойти наперекор отцу у Егора есть. И наверняка весомые. Что он не просто мажор, решивший взбунтоваться против отца.

Вся его семья — вот, что действительно можно назвать фарсом.

Насквозь фальшивая Елена.

Александр с замашками диктатора.

Дом, который проще сдать под музей, чем превратить его в уютный уголок, где собираются члены семьи.

И маска, которую Егор вынужден носить, чтобы скрывать себя настоящего.

Прямо сейчас я вижу перед собой не избалованного мажора. Не сноба, родившегося с золотой ложкой во рту. А человека. Обычного человека, который готов отстаивать свои интересы до конца.

Даже если это идёт вразрез с мнением авторитетного отца. Даже если приходится жениться на первой встречной. Даже если вынужден носить маску каждый день. Везде. В любом состоянии.

Только теперь мне ещё больше становится любопытно, что же за причины толкнули Егора пойти против отца?

За что он борется? Что пытается отстоять?

Себя? Личную свободу, как и я? Или что-то ещё?

Впервые в моей груди ёкает непонятное чувство, похожее на то, когда захватывает дух. Я не понимаю его. От него тут же хочется избавиться, что я и делаю. Но смотреть на Егора, как при первой встрече, уже не могу.

Чувство, что мы похожи, въедается под кожу и не отпускает.

— Что ж… — вдруг произносит Александр. Вкрадчиво. Словно затаившийся хищник, перед тем, как совершить прыжок. — Я не против твоей избранницы, Егор. И даже готов благословить ваш брак.

Я не верю своим ушам.

Так просто?!

Но ничего в этом мире не бывает слишком просто.

— С одним условием, — отец Егора подаётся вперёд. Но, прежде чем озвучить своё условие, обводит нас двоих испытывающим взглядом.

В этот момент дыхание в комнате затаили все. Не только я.

— И какое же? — не выдерживает парень. Его раскатистый голос отдаётся вибрацией в грудной клетке.

— Вы с Софией будете жить… здесь, — припечатывает Александр.

Глава 5

София

— Это противоречит всему, что прописано в контракте! — шиплю яростным шёпотом.

Мне только и остаётся, что бессильно измерять шагами комнату, которую Александр Морозов великодушно выделил молодожёнам.

— Здесь может быть прослушка, — хмурится Егор, сидя на нашей общей постели со скрещёнными руками.

— Ты обещал мне… — Нервы сдают. Нижняя губа начинает мелко трястись.

Обречённо вдохнув, парень достаёт смартфон из кармана брюк. Что-то быстро нажимает. Осматривает комнату придирчивым взглядом: каждый угол, каждый предмет. Довольно хмыкает и только после продолжает наш диалог:

— Раз обещал, выполню. Все до единого. Просто… внесём небольшие поправки в наше соглашение.

— Это ты называешь, — окидываю роскошную комнату на втором этаже выразительным взглядом, — небольшими поправками?

Просторная спальня — при большом желании можно даже не пересечься. Потолок расписан тонкой лепниной. Мраморный камин напротив огромной кровати, на которую даже смотреть страшно.

Всё вокруг буквально кричит: «Ты в ловушке!»

— Если хочешь, можешь отказаться, — пожимает плечами так легко и непринуждённо, что мне хочется его треснуть чем-нибудь. Желательно тяжёлым.

Устав метаться по комнате, как зверь, запертый в клетке, плюхаюсь рядом с Егором на кровать и роняю лицо в ладони.

— Я не смогу, — выдыхаю, сквозь стиснутые зубы. — Ты говорил, что мы будем изредка появляться на людях, изредка взаимодействовать с твоими родственниками, — машу в сторону двери. — Даже с тобой видеться изредка! Минимальный контакт!

Чёрт, похоже, я близка к нервному срыву…

— Говорил, — даже не думает отрицать. — Но всё не так плохо, как могло быть.

— Не так плохо? — Все эмоции, запертые до этого момента на ключ, прорываются наружу. — Ты шутишь что ли? Твой отец сказал, чтобы я организовала благотворительный вечер, раз уже имею в этом опыт! Да ещё и через неделю! Через. Неделю! Как?!

Со стороны, наверное, выглядит комично — ругаться шёпотом. Вот только мне совсем не смешно.

— Очень просто, — снова пожимает плечами, оставаясь предельно спокойным. — Заплатим людям, тебе проведут ускоренный тренинг. А пока отец не видит, многое сделают за тебя. Останется только нарядиться и действовать по заранее составленному плану. — Заметив мои возмущённо округлившиеся глаза, добавляет: — План тебе тоже предоставят. Что говорить, как себя вести…

— Твой отец сказал..! — Отнимаю руки от лица, чтобы посмотреть на этого непрошибаемого сноба.

Ему что и море по колено?

— Да мало ли что он сказал, — дёргает щекой. Между бровями на идеальном лице появляется глубокая морщина.

Егор рывком поднимается с постели. В два счёта избавляется от удавки в виде галстука. Расстёгивает две пуговицы на груди, возится с манжетами рубашки и отточенными движениями закатывает рукава до локтей.

— Послушай, — присаживается передо мной на корточки, пытаясь заглянуть в глаза. — Я предполагал подобный исход…

Собираюсь разразиться тирадой — он знал, что так может случиться! — но парень прикладывает указательный палец к своим губам, призывая к молчанию. От его наглости давлюсь очередным вдохом.

— Для нас ничего не меняется. Кроме незначительно нюанса: нужно будет немного чаще взаимодействовать с моей семьёй. К тому же это продлится всего месяц, — пытается смягчить, но получается плохо. Его доводы не имеют для меня никакого значения. — В наших интересах сократить срок по максимуму. Чем раньше отец поверит, что мы без ума друг от друга, тем скорее свалим отсюда. Как тебе такой план?

Я заглядываю в чернильно-синюю бездну глаз. Что пытаюсь отыскать в них — сама не понимаю. Но взгляд парня затягивает так, что невозможно вынырнуть из омута.