Юлия Бузакина – Просто останься (страница 40)

Глава 48. Катя

Ни капли не стесняясь, двое ушлых риэлторов начинают ходить по квартире. Они даже не обременяют себя снятием обуви. Топчутся, как слоны в посудной лавке с таким надменным видом, будто это их территория. Фотографируют гостиную, спальню, террасу.

Из маленькой комнаты выглядывают мои родители. Папа - в треуголке из старой газеты на голове, а мама в старом халате, который уже успела испачкать клеем для обоев.

— Что здесь происходит? — мои родители непонимающе смотрят на риэлтеров.

Диана ухмыляется.

— О, а я смотрю, вы времени зря не теряете? Решили квартирку моего сыночка к рукам прибрать? Ремонт затеяли? Что ж, нищеброды, не останавливайтесь. Я оплачу вам малярные работы. После этого квартира будет выставлена на продажу.

— Вы не можете! Это наша с Яном квартира, — вырывается у меня растерянный вскрик.

— О, Катерина, не будь так наивна! Я могу все.

— Вы подарили нам квартиру на свадьбу!

Зловещий смех заполняет маленькую комнату.

— Я вас обманула. Объявила, что дарю квартиру, но потом передумала. Как знала, что придет момент, и она пригодится.

— Но мы же… мы были с вами у нотариуса… Я точно помню!

— Вас обвели вокруг пальца. Я щедро заплатила одному пройдохе, и документы, которые вам предоставили тогда – фальшивка. Можете пробить их по базе данных – они нигде не значатся. Или ты думала, что я настолько глупа и по-настоящему оформлю на тебя квартиру?

Мне кажется, что мне в спину только что всадили нож. В голове шумит.

«Она же не сделает этого? Не может же она выгнать родного сына?»

Родители оторопело переглядываются. Даже у моего отца не находится острого словца, чтобы осадить Диану.

Диана подходит ко мне. Марк сжимается, прячет лицо у меня на груди.

Диана с жестокой улыбкой ласково треплет меня по щеке.

— Ну, что ты, милая, не огорчайся. Ты же его любишь, да? А с милым, как говорится, и в шалаше рай. Проживете как-нибудь. Как там говорится? Дал Бог зайку, даст и лужайку?

Прикосновение ее пальцев - как ядовитый ожег на коже, и я отшатываюсь.

— Это же ваш единственный внук! — выдыхаю разъяренно. — Как вы можете так поступать?

— Сейчас покажу террасу! — проигнорировав мой укор, громыхает Диана и исчезает в дверях гостиной.

Мы с мамой и папой переглядываемся. Папа хмурится.

— Катя, немедленно собирай вещи и Марка. Ты здесь больше не останешься ни на минуту! — приказывает он и начинает собирать инструменты в сумку.

Я растеряна и подавлена. Нет, я не ожидала от свекрови такой жуткой выходки.

«Ян прав, ей требуется консультация психиатра», — сокрушаюсь мысленно.

Отчетливо слышу, как поворачивается замок на входной двери. Спускаю Марка с рук и почти бегу навстречу Яну.

«Пусть он скажет, что все это бред!» — умоляю мысленно.

Ян как раз снимает обувь.

— Катюша, привет. М-м-м, как вкусно пахнет. Вы с мамой испекли мой любимый пирог? — он широко улыбается, быстро целует меня в губы и подхватывает на руки сына. — Ну, что, Марк Янович, тебе нравится твой новый дом, а?

— Ты хотел сказать, мой дом, да, сыночек?

Диана выходит из-за угла. На ее губах злая усмешка. В глазах – победный блеск.

— Мама? — Ян бледнеет. — Что ты здесь делаешь? Кто тебя сюда пустил?

Она достает из кармана пиджака ключи и звенит ими у него перед носом.

— Мой дорогой, ты сам дал мне комплект ключей на всякий случай много лет назад. Или забыл? Кстати, случай настал. Пришло время платить по счетам.

Ян холодно таращится на мать.

— По каким еще счетам?

Она скрещивает руки на груди, ухмыляется.

— Я тебе скажу, по каким. Прокуратура выставила нам огромный штраф за притянутое за уши нарушение. И я не понимаю, почему должна страдать я, когда во всем виноват ты?! В общем, пусть эти горе-маляры заканчивают работу, я им заплачу, а потом выметайтесь отсюда. Квартира будет выставлена на торги в кратчайший срок. Я продам ее по сниженной цене, чтобы заплатить штраф. Идем, ребята!

Она делает властный жест рукой риэлторам, но Ян грубо перехватывает ее за локоть.

— Послушай сюда! — рычит яростно он. — Ты меня достала! Выметайся из квартиры вместе со своими дружками, и чтоб ноги твоей здесь больше не было! Запомни: или угомонись, или ты мне больше не мать!

Диана на миг зависает. Оскаливается.

— Ах, я тебе не мать? — с размаху бьет его по плечу. — Скотина неблагодарная! Я тебе устрою сладкую жизнь…

Он распахивает дверь.

— Вон! Или я вызову полицию.

Диана ухмыляется, а потом стремительно идет к выходу.

Ян ее останавливает.

— Ключи! — требует настойчиво и протягивает руку. — Сдай их.

— И не подумаю! — плюет в ответ Диана и быстро покидает квартиру. Риэлторы презрительно фыркают в нашу сторону и гордо уходят за ней следом.

Некоторое время мы все стоим в прихожей. В воздухе виснет тотальная тишина. Даже Марк не балуется. Сидит на руках у отца, тихонько гладит маленькими пальчиками его колючие скулы.

— Бред какой-то, — первым выдыхает Ян. — Мать ведь дарила нам с тобой квартиру, Катя. Мы были у нотариуса, ты помнишь?

Я киваю.

— Помню. Но она сказала, что надурила нас. Заплатила нотариусу за шоу, и он согласился ей помочь. Дарственная – фикция.

— Но так не бывает!

Мой папа тяжело вздыхает.

— Боюсь, когда дело касается Дианы Бестужевой, возможна любая подлость, — подмечает он.

Ян ставит Марка на пол. Стремительно идет в спальню, вскрывает сейф, в котором хранятся документы. Находит дарственную, заверенную печатями и подписями. Он нервничает. Я замечаю, что у него дрожат руки.

Я его понимаю. Слишком жестокая шутка от матери. Есть ли у него силы, чтобы вынести ее очередное предательство?

— Вот же она! — Ян поворачивается к нам.

Я печально развожу руками.

— Что толку, если ее нет в реестре?

— Я сейчас же свяжусь с Любимовым. Он пробьет документ в два счета, — все еще надеется на чудо Бестужев.

Я вздыхаю. Что-то мне подсказывает, что Диана сказала правду.

— Давайте пообедаем, — вздохнув, зовет нас на кухню моя мама. — На голодный желудок думается туго.

Мы переглядываемся и молча соглашаемся.