Юлия Бузакина – Просто останься (страница 16)

Я горько вздыхаю.

— Если Марк окажется моим родным сыном, то я сделаю все для того, чтобы мы с Катей вновь стали одной семьей. Я, конечно, очень на нее зол, и с ее семьей у меня весьма натянутые отношения, но это все преодолимо. Что касается профессиональной деятельности… Надеюсь, мать смирится с моим новым решением.

— Кхм... Я бы на это не рассчитывал.

— Она жалуется на здоровье. Вряд ли она сможет и дальше стоять у руля медцентра «Диана». Рано или поздно ей придется передать управление в мои руки.

— Будь осторожен, Ян: твоя мать непредсказуема.

Я хмурюсь. Витя прав: с матерью всегда проблемы. Ее изворотливый ум вкупе с ненасытной жаждой власти и денег делают ее способной на что угодно.

Боковая дверь приоткрывается. Оттуда выходит медсестра в белом халате, и мы замолкаем.

Она подходит к нам, и мое сердце летит в пропасть.

— Ян Васильевич, спасибо за ожидание. Результаты экспертизы готовы.

Мы с Любимовым напряженно переглядываемся.

Медсестра протягивает мне файл, в котором находится заключение.

Я осторожно сглатываю. Сжимаю тонкую бумагу так сильно, что белеют пальцы. Взгляд бежит по строкам.

«Вероятность совпадения — 99.9 %».

Я чувствую, как Любимов кладет руку на мое плечо.

— Поздравляю, у тебя есть сын! — Он пытается говорить бодро, но его голос почему-то дрожит.

Глава 23. Ян

Я медленно поднимаюсь со своего места. От волнения горло сжимает спазм. Весь мой привычный мир внезапно обрушивается. Свадьба, планы на медцентр «Диана», одиночество, которое преследует меня после развода с Катей, низвергаются в глубокую пропасть. Все перестает иметь значение. Все, кроме одного: У МЕНЯ ЕСТЬ СЫН. Осознание, что я отец мальчика, который сегодня едва не погиб из-за халатности Утесова и недосмотра моего тестя, освещает мою жизнь ярким светом.

Любимов беспокойно посматривает на меня.

— Ян, ты как? В порядке?

Я перевожу на него невидящий взгляд.

— Я — отец?! Боже мой, у меня есть сын?! С ума сойти! — Хватаю Любимова за грудки. — Я — отец, Витя! Я — папа Марка!

— Дай пять! — ухмыляется тот.

Первый шок проходит, и мое лицо освещает счастливая улыбка.

— Все, едем в больницу! — Хлопаю его по плечу.

…Машина Любимова несется по дороге, а я в сотый раз перечитываю заключение эксперта. Мысли беспорядочно скачут по кругу. Я не знаю, как лучше поступить, чтобы не оттолкнуть от себя Катю. Предположим, я поеду к ней, поставляю ее перед фактом. Она согласится, что я отец, под давлением даст разрешение на общение с Марком. Но ведь я не получу таким способом обратно свою семью! А я хочу, чтобы мы с Катей снова были вместе.

К сожалению, сам по себе факт моего отцовства ничего не изменит, если Катя не захочет пойти мне навстречу.

Машина заезжает на парковку перед больницей. Я вижу белую «Тойоту» матери, и настроение мгновенно портится.

— Витя, пусть пока информация о моем сыне останется в тайне. —Серьезно смотрю на адвоката. — Будем действовать осторожно, ладно?

— Обижаешь! — хмурится тот, впивается взглядом в роскошный бампер матушкиного авто и фыркает. — Кажется, у тебя гости? Может, ну ее, эту больницу? Поедем в какой-нибудь ресторанчик, закажем шашлык, отметим твое новое звание?

Я вздыхаю: предложение Вити, конечно, соблазнительно, но я не могу уехать, не поговорив с матерью.

— Прости, — качаю отрицательно головой. — Но чем скорее я поговорю с родственниками, тем будет лучше для всех.

— Ты скажешь матери про сына?

— Ни за что! Но о свадьбе поговорить надо.

Любимов морщится так, будто только что откусил лимон.

— Чую, лютый скандал неизбежен. Ладно, я пойду с тобой. Вдруг там и прокурор тоже? При мне он будет вести себя скромно.

Я приподнимаю бровь.

— Это еще почему?

— Я теперь знаю парочку его грязных тайн, — многозначительно посматривает на меня адвокат. — Давай поговорим с твоей неуемной матушкой, и айда в ресторан!

— Мне кажется, тебе не стоит вмешиваться в это дело. Еще пострадаешь ни за что? — Я прячу документ в свою кожаную сумочку и открываю дверцу.

— Ерунда! — отмахивается адвокат.

Все же Любимов — потрясающий персонаж! Воскресенье — выходной день, заняться ему нечем, поэтому он увязывается за мной.

В холле больницы шумно: кто-то привез пациента, кому-то надо поставить капельницу.

Из боковой двери выходит Утесов. Он с главврачом Ольгой Ермаковой, та что-то усиленно ему втирает. Ольге пятьдесят два, но она прекрасно выглядит: строгая, подтянутая, всегда уверенная в себе. С Ермаковой мы прекрасно ладим.

Я киваю ей в знак приветствия, а сам мысленно закатываю глаза. Нет, никогда не смогу простить Утесова за то, что он отказался помочь моему сыну!

— Ян Васильевич, к вам там гости пришли. — Оторвавшись от беседы, Утесов многозначительно улыбается. — Мать вас обыскалась. И невеста с ней приехала. Как вы их терпите? Я бы не выдержал!

Я не отвечаю. Любимов тоже сосредоточенно молчит.

— Ян, нам с тобой надо поговорить. — Ермакова доверительно касается моей руки. — Наедине. Когда разгонишь цирк из нашей ординаторской, пожалуйста, загляни в мой кабинет.

Слова про цирк в ординаторской заставляют меня насторожиться.

— Ольга Сергеевна, дайте мне десять минут, и я в вашем распоряжении, — убеждаю ее.

— Я буду ждать. Ради разговора с тобой я приехала в свой выходной. Надеюсь, оценишь.

Она многозначительно смотрит на меня.

— Увидимся, — киваю я.

Мы с Любимовым идем вперед по холлу, и я распахиваю дверь ординаторской.

А там и правда устроили цирк. Все в сборе: моя мамочка вместе с Соней, будущая теща тоже здесь. Хозяйничают, будто это и не ординаторская вовсе, а они у себя дома.

На столе стоит большой поднос с кофе и сладостями.

Рядом лежит стопка скатертей разных оттенков на предстоящее торжество.

Парочка дежурных медсестер вместе с Соней просматривают каталог свадебных платьев, оживленно обсуждают фасоны.

Еще две мои коллеги пытаются пообедать за вторым столом. Само собой, на диване устроили свалку различных свадебных атрибутов: здесь белые мужские рубашки, несколько видов галстуков, запонки и даже пара мужских костюмов в чехлах.

На моих историях болезней стоят несколько коробок с обувью. Пара белых туфель грозится прорвать острым каблуком тонкую бумагу.

Витя тихо присвистывает, и я понимаю, что свадебный салон внезапно переместился в нашу скромную ординаторскую, подчеркнув неуважение ко мне и всем моим коллегам.

— Ян, свет очей моих! Наконец-то ты пришел! — Мать отставляет в сторону чашку с недопитым кофе, и конечно же, эта чашка оставляет круглый коричневый след на очередной бумажке — из тех, что я оставил, когда уезжал с Любимовым.

Глава 24. Ян

Меня накрывает ярость. Нет, я в курсе маминой манеры вести себя пренебрежительно, но сейчас ее безнаказанность переходит все границы! Это не просто неуважение ко мне — это неуважение ко всем врачам, которые приходят в ординаторскую, чтобы отдохнуть или заполнить документы! Увы, для Дианы Бестужевой все сотрудники больницы — пустое место, ведь они не работают в ее чудесном центре!

Я холодно смотрю на мать.