Юлия Борисова – Таро: падающая башня (страница 17)

– Пить… Элька чуть не опрокинула кружку и заодно и тумбочку, так резво бросилась выполнять мою просьбу.

Клава же молчала и улыбалась:

– Ну как? Только спросила она – Все?

– Все – сказала я и снова заснула.

– Бедная девочка. Досталось же ей. Элеонора курила на пороге, Кладвия же смолила прямо в комнате.

– Ничего. Что нас не убивает, то делает сильнее. Ведуньи помолчали. Затем Клава вздохнула и поднялась.

– Ладно. Я – спать. Элеонора еще немного постояла, размышляя о чем-то своем, затем придавила окурок и закрыла дверь. Когда она уже легла, с печи донесся Клавкин голос:

– Хорошая девка. Толк из нее выйдет. Ты бы взяла ее к себе. Пусть поучится.

Элеонора кивнула в темноту и потушила свечку.

Возвращаться мне не хотелось. Что там меня ждало? Скучная работа в школе. Да я с ума сойду с этими спиногрызами. Перспектив не было. Молодого человека – тоже. Кстати, чуть-чуть оклемавшись, я первым делом позвонила в больницу. Роман поправлялся. Конечно был еще слаб, но врачи давали хорошие прогнозы. Вокруг него суетилась Катька. Я посчитала, что мое присутствие будет явно лишним и навещать не стала. Мне еще пришлось выдержать скандал со стороны родителей. Они вернулись, а меня нет, записки нет, вещи на месте. Естественно мама тут же перебрала кучу самых разнообразных вариантов, на тему, что со мной случилось. Там фигурировали версии от банального побега из дома, до похищения инопланетянами. Хорошо еще, что я вовремя объявилась, мама уже набирала телефон городского морга.

А больше всего мне не хотелось расставаться с Элькой. Она такой хороший человек, ругается, матерится, но дооообрая, жуть. Столько для меня всего сделала. О, а я ведь даже не поблагодарила ее.

Элька ничуть не удивилась моему визиту. Пригласила в кухню, сделала чай.

– Ну как ты? Спросила она присаживаясь к столу.

– Эль, я ведь даже и не поблагодарила тебя и Клаву. Сколько я вам должна?

– 100 000

– Сколько?!

– А что ты хотела? – в глазах Элеоноры плясали веселые искорки – такие услуги даром не делаются.

– Но у меня нет столько денег.

– К тому же с твоим даром тоже не все ясно…

– А с ним что не так. Клава вроде говорила, что он теперь мой. Полностью.

– Говорить говорила. Да только на твоем месте я все же пока держалась подальше от близких людей. Мало ли что. Вдруг обидят чем или разозлят, ну ты и…, сама понимаешь.

Мне стало худо. Неужели все действительно так плохо. Я подумала о своей маленькой, хрупкой, но в тоже время очень сильной маме, об отце, тихом и миролюбивом человеке. Меньше всего мне хотелось вольно или невольно причинить им вред. А как это сделать, если я в любой момент потеряю контроль над собой, если внезапно меня потянет на дурные слова, а еще хуже – поступки. Вдруг Элеонора права и Таискин дар еще может поработить меня, сделать безвольной марионеткой на поводу у Темной стороны. Я молчала…

– Ну даже не знаю, чем тебе помочь. Хотя… Элька приложила палец к губам и сделала вид, что раздумывает.

– Помощница мне нужна. Бизнес расширять буду… Пойдешь?

Я обрадовалась как никогда в жизни.

– А можно?

О таком я даже мечтать не могла. В одночасье получить интересную и высокооплачиваемую работу без интима, да это мечта каждой девушки. Элеонора тут же спустила меня с небес на землю.

– Большую зарплату в первые месяцы не обещаю, а там уж как пойдет. И да… Жить где будешь?

О этом я не думала.

– Ну с родителями наверное. А что есть варианты?

– Пф, с родителями… Тебе сколько лет? 13? И потом рабочий день у меня ненормированный, могу и ночью вызвать. Что, через весь город попрешься?

– А что делать? Я совершенно не представляла где возьму деньги на съем жилья, у родителей просить не хотелось. Они еще с моей пропажи не отошли.

– Тут рядом с моим, дом пустует, хозяева в Канаду уехали, просили приглядеть. Хороший, с удобствами. Можешь пожить там. Да пусти же, ненормальная, задушишь. Элеонора смеясь выбралась из моих объятий.

– Эль, один вопрос…

– Ну что еще? Нахмурилась Элька.

– А можно я кошку заведу.

– Да хоть крокодила, только убирать за ним не забывай.

Я счастливо вздохнула и пошла собирать вещи. Наверное родители расстроятся, даже всплакнут, но поймут. Они всегда все понимали.

У подъезда меня ждал еще один сюрприз. На лавочке сидела мать Стаса. Мы молча обнялись.

– Как Стас? – спросила я минуту спустя.

– Хорошо, поправляется, спасибо тебе, девочка. Я знала, что у тебя все получится, поэтому и сделала так, чтобы вы встретились.

Я села на перила подъезда.

– А откуда вы знали, что мы встретимся?

Женщина смутилась:

– Я видела, как ты уцепилась за эту идею с экстрасенсом, когда спасала своего э… друга. А поскольку разыскивать его пришлось все равно бы тебе, я подумала, может ты поговоришь там – она указала на небо – со Стасом, убедишь вернуться.

Меня осенило:

– Погодите… Так вы колдунья?!

– Нет. Я отказалась от дара. В свое время… В словах мелькнула затаенная горечь – Но кое-что могу и сама. Сил немного, но их хватило на то, чтобы отправить тебя к Стасу, когда ты была в Астрале.

– Мда, но Элеонора настраивала меня на Романа, а не на Стаса. Значит меня можно сказать одновременно отправляли к двум разным людям. И это из-за вас я оказывалась в Пустоте.

Женщина побледнела… наверное тоже слышала про это место.

– А ты была там? Прости, – Женщина упала прямо на грязный асфальт и вцепилась в мои колени. – Прости, доченька, я же не знала, что так будет. Я хреновая колдунья… Она заплакала. Я обняла ее и бережно усадила на скамейку, достала носовой платок, благо был чистый, только взяла.

– Ну что вы… эээ… А как вас зовут?

– Людмила.

– Ну что вы, Людмила. Все хорошо, что хорошо кончается. Стас жив и я тоже вернулась. Не плачьте.

Я пошла к подъезду. И уже в дверях:

– Вы знаете… Ваш Стас… Он красивый. Жаль, что мы не встретимся.

Женщина улыбнулась закрытой двери.

Часть 2 Старые беды и новые неприятности

ГЛАВА 1 Курс молодого бойца.

Дом спал. Ему снились благословенные времена его молодости, когда крыша сияла новым, любовно уложенным шифером, на крыльце приятно пахла сосной только что нанесенная резьба, в палисаднике цвела сирень и астры, а на заднем дворе важно ходили пеструшки. Ему снилось, как хозяйка, маленькая, кругленькая с неизменной улыбкой выносила в сад самовар и все семья торжественно садилась пить чай. Дети: девочка и мальчик баловались, пересмеивались и скармливали пегому псу остатки яблочного пирога. Глава семьи читал газету и во всеуслышание комментировал особенно тонувшие его статьи и заголовки. Ветер колыхал иссиня белые крахмальные занавески. Вместе с ветром в комнаты летел запах цветущей липы и жужжанье трудолюбивых пчел. Дом спал и тихонько вздыхал во сне. Скрипели рассохшиеся половицы, на чердаке хлопал неплотно прилаженный ставень. За плинтусом шуршали суетливые мыши. Благословенные времена ушли навсегда. Сначала заграницу уехал подросший молодняк, потом и старики. Старики правда долго сомневались, очень уж не хотелось покидать такой уютный, милый сердцу уголок, но жить одним становилось все труднее и вот настал день, когда некогда шумное жилище опустело. На несколько лет дом погрузился в анабиоз и уже собирался закончить свой век долгим-долгим тленом, когда совсем недавно в доме поселилась некая молодая особа, которая с ходу принялась все менять и переделывать на свой лад. Началось с того, что она притащила ноутбук, выкинула старый телевизор и завела кошку. Противное создание носилось по этажам, драло без того хлипкие обои, а иногда и писало за сервантом. Нововведения дому не нравились, но возможности высказать свое мнение у него не было, приходилось скрипя ставнями терпеть…

Дом спал. Ранние осенние сумерки вползали через крохотные оконца, оставляли серый налет тоски на мебели и сгустки тьмы в углах, отчего казалось, что там притаились какие-то невидимые, но очень недобрые существа.

Мне нравилось войти в дом, не зажигая свет, пройти в зал и усевшись в кресло оставлять несколько мгновений для полета фантазии. Мне нравилось слушать, как стучит дождь по крыше и окнам, как скребется ветка тополя по стеклу, как дышит и живет старый дом. Немного помечтав, я, все также, не зажигая свет, прошла в кухню. На полу валялась какая-то серая тряпочка, не помню, может сама уронила утром. Я уже потянулась, чтобы схватить непонятный предмет, но вовремя заметила блеснувшие из-под стола зеленые огоньки и все-таки щелкнула выключателем.

– Бусена! Убью! Заразу! На полу кверху лапами лежала большая полевая мышь Хорошо, хоть дохлая. Кошка обиженно пялилась на меня из под кухонного стола, все что она хотела сказать и так читалось на усатой мордочке «И чего, спрашивается разоралась, я можно сказать от сердца ей самый лакомый кусок оторвала, притащила, а эта еще и недовольна…» Я покаянно замела хвостом:

– Да-да. Хорошая кошечка, девочка моя, спасительница, мышку принесла. Но мы мышек не кушаем, сейчас, завернем ее в тряпочку и похороним в саду. Не было предела кошачьему возмущению. «Мало того что сама не стала есть, так еще и закопала лучшее мясо» Вернувшись из сада я погладила кошку и в утешение дала той кусочек колбасы. Бусену я нашла котенком на пустыре. Это случилось в первый месяц моей самостоятельной жизни и работы в качестве Элеонориной помощницы. Когда моя родня узнала о том, что я хочу завести кошку, мне наперебой стали сватать всяких породистых и элитных котят от персов до сфинксов, но мне хотелось совершенно обычного дворового котенка. Элитный котенок итак найдет себе хозяина, а кому нужен беспородный плод любви дворовой Мурки и помойного Васьки. Однажды вечером я услышала жалобный плач на пустыре за домом. В репейнике обнаружился недельный, только что открывший глаза, бело рыжий котёнок. Он почти умирал от голода, в добавок какая-то сволота оттяпала ему хвост. Остался лишь трогательно торчащий обрубок. Котенка я спасла. Выкармливала его из пипетки, по капле вливая подогретое молоко. Вот с именем все никак не могла определиться. Помогла мне Элеонора. Она долго наблюдала, как резвится подросший шкодник, как сует свой любопытный нос во все углы и щели, затем сказала: