Юлия Борисова – Таро: падающая башня (страница 16)

– У меняя план горииит? Взвыл пакостник.

– Какой еще план? Ври больше.

– Нет-нет, чес слово. Ну план по душам. Мы души собираем, а у меня одной не хватало. Вот я и решил немного помочь.

Я схватила Стаса за куртку и еле удержала. Байкер взял разводной ключ и намеревался жестко поговорить с этим ударником сбора урожая.

– План, говоришь. Да я тебе…

Бесенок завыл. А я вдруг вспомнила, где я слышала про Стаса. Женщина в больнице, с которой мы вместе курили на лавочке, рассказывала, как разбился ее сын.

– Стааас?

– А?

– Тебя мама ждет. Волнуется очень.

Стасик удивился.

– Волнуется? А меня что, долго не было?

– Очень долго. Знаешь что- сказала я, поворачиваясь к трассе – Езжай ка ты домой.

– А этот? Бесенок сжался в моих руках.

– А этот пусть тебе дорогу покажет. Знает небось.

Стас обрадовано закивал и побежал заводить байк. Я прихватила бесенка за ухо:

– Смотри, места не перепутай. Ему еще жить. Понял? И еще, вам бесам веры нет, так что давай, как там тебя звать?

– Бесенок вырвался из рук и плюхнулся на колени.

– О пожалуйста, пожалуйста, не лишайте меня последнего, меня же свои засмеют. Имя продать, это ж величайший позор.

Он заплакал и пополз ко мне, извиваясь и раболепно заглядывая в глаза. Но я не купилась. Всем известно как лицемерны бесы. Их хозяин —бог лжи, так что можно ожидать от его слуг. Сейчас они клянутся в вечной дружбе, через минуту вонзают нож в спину. Я отпихнула бесенка.

– Хватит ползать. Или сообщаешь имя или я отдаю тебя вон ему – я кивнула на Стаса – он с тобой миндальничать не будет.

Бесенок посмотрел на меня, потом на Стаса, потом опять на меня и вдруг широко улыбнулся.

– Хорошо. Меня зовут Игнеус.

– Как? Гнус? Очень подходящее имечко.

Бесенок насупился:

– А вот обзываться нехорошо. А Игнеус между прочим значит Огненный.

– А ну-ну.

Вернулся Стас. Мы тепло попрощались. Стас звал меня с собой, но я отказалась, это ведь мой сон, значит где то должна быть и моя дорога. Другой дороги, кроме трассы не было и я пошла по ней. Ей, казалось, не было конца. Машины по ней не бегали, не было зверья, перебегающего дорогу, вообще никого. Я устала, но продолжала идти. Когда ноги уже почти отказались служить, а язык прилип к нёбу, на горизонте показалась темная точка. Точка стала разрастаться по мере приближения и оказалась башней. Это место мне было знакомо. Ну вот и встретились. Я уже знала, что обнаружу в башне и смело шагнула в дверь. Дверь привычно захлопнулась, вот только это был не сон. Я бросилась к двери и забарабанила по ней, надеясь, что меня кто-нибудь услышит с трассы, но судя по тому, сколько я прошла и никого не встретила, куковать мне здесь до второго пришествия.

За спиной тихо звякнуло.

Ба, знакомые все лица.

– Таиска?

Это была действительно она, только лет на 50 моложе. Я ее узнала по родинке. А она, оказывается, была красавицей в молодости. Цыганская внешность, темные волосы и глаза, стройное гибкое тело. Эсмеральда, не иначе. Я так и представляла себе как она пляшет у стен древнего собора, перед ликом толпы мелькают стройные босые ножки, звучит заливистый смех и звенит бубен, а на помост сыплются монеты. Вот только вряд ли у героини Гюго было такое злое выражение лица.

– Не торопилассссь, я ссссмотрю. Глаза обитательницы башни горели сумашедшим огнем, язык то и дело облизывал губы. Долго, слишшшком долго ждала…

Я заметила то, на что раньше не обратила внимание, да красавица, только почему то в драном платье, точнее, в лохмотьях, которые лет 10 назад может и были одеждой. И волосы грязные, нечесаные, лохмами свисали по обе стороны исхудавшего лица.

Я попятилась и уперлась спиной в дверь.

– Ааа, эээ. А что вам вообще от меня надо.

Правильно, молодец, Юля. Лучшая защита – это нападение.

Таиска то ли закашлялась, то ли засмеялась.

– Глупая, глупая девочка. Неужели ты думала, что я просто так раздаю свой Дар кому не попадя, особенно таким сопливым идиоткам как ты. Она приближалась, осторожно, но неизменно, шаг за шагом. Отступать мне было больше некуда и двинулась боком вдоль стенки.

– Да, я все спланировала. И свою смерть и передачу. Оставалось только подобрать молодое здоровое тельце, как у тебя.

– Я не… не понимаю. За-зачем.

– А затем, ягодка моя, что я совершенно не хочу умирать. Я видела Ад и мне там не понравилось. А кому понравится, когда раз за разом к тебе подходят уморенные тобой люди и каждый наносит один удар огненной плетью, раз за разом, бесконечное число раз. Я не хотела такой участи.

– Но как, я же видела как вы умирали…

– Нет, смертно только тело, а не душа. А душа у меня вечно молодая. Я долгие годы искала нужный обряд. И вот у одной знакомой колдуньи так кстати оказалась книга самой Рады, известной темной колдуньи прошлого века. Там было все подробно описано. Как сделать так, что бы каждый раз возрождаться снова и снова, не теряя при этом ни память, ни опыт прошлых жизней. Я нашла. Время моей жизни уходило, но я не волновалась, ты была бы первой из запертых здесь душ. Видишь эти цепи. Я зачаровала их особым способом, они удерживают не тело, но душу. Так что…

Я приняла единственное возможное решение в такой ситуации, начала тянуть время. Я не знаю, на что рассчитывают герои супербоевиков, когда используют этот прием. Наверное на то, что их осенит идеей спасения, или что придут друзья с большими базуками и раскидают всех плохищей, не знаю. Я же хотела, хоть на минуточку, хоть на секундочку сохранить то, самое ценное, самое сокровенное, что у меня было – свободу своей души. Таиска действительно нашла очень хороший способ. Можно засадить человека в самую непроницаемую тюрьму, карцер, камеру-одиночку, но все равно будут люди, которые не сломаются. Не сдадутся именно по тому, что у них есть свободный дух. Они закрывают глаза и стены узилища исчезают, пред внутренним взором встают такие желанные и любимые образы близких, счастливые воспоминания о смехе детей или улыбках родителей, о совместных праздниках, да мало ли о чем, а если еще подключить фантазию – можно выстроить свой неповторимый мир. В крайнем случае даже самого несчастного ждет смерть, как избавительница. Душа получает свободу и право на перерождение, а эта… правильно ее Клава сукой обозвала, это еще мягко сказано. И поэтому я намеревалась выигрывать каждый миг драгоценной свободы. Я притворилась, что мне дико интересно все, что она несет:

– Но а как же, я видела ваших взрослых детей…

Таиска расхохоталась своим безумным смехом.

– Детей. Да у меня их не было никогда. Доверчивым колхозником так легко дурить головы. Пару капель нужного зелья и они признают тебя кем угодно.

Я продолжала двигаться вдоль стенки и тянуть время, бог знает, на что я надеялась…

– А как же происходил этот обряд…

– О, тут все очень просто. Я дала тебе большую часть дара, но не весь, именно поэтому тебя тянет сюда в снах. Потому что здесь нахожусь я, его настоящая хозяйка.

– В снах вас здесь не было. Я не хотела сдаваться.

– Да, здесь вышла накладка. Я тебя не видела, но чувствовала, что ты здесь. Ты не выходила на нужный уровень астрала, и мне пришлось ждать долгих семь лет, пока ты попадешь сюда другим способом. Кстати, ты в обмороке что ли?

– Да нет, я… Думаю не стоит говорить ей, что меня отправили Клава с Элькой. Нечего раскрывать все карты. А то еще она и им мстить начнет, когда вернется в моем теле. И вот ведь засада, никто не догадается, что я – это не я, что моя душа осталась здесь в этой башне, в зачарованных кандалах.

– Ну да неважно. Иди ка сюда.

Она поманила меня к ржавым оковам. Видно надеясь, что я буду послушной девочкой и все сделаю за нее сама. Ага, щас. Я расставила ноги, сложила руки на груди и решительно помотала головой. Таиска начала злиться. Видно ей и итак надоело ждать, а тут еще я со своими капризами.

– Довольно! Она схватила меня за руку и потащила. Я же начала брыкаться, кусаться и вырываться. Я забыла, какие у нее сильные руки. Она схватила меня за плечи и пару раз приложила головой о стену, затем стала снова пытаться засунуть мою ногу в кандалы. Тут меня, как в кино, осенило. Таиска действительно отдала мне большую часть Дара и сейчас он во мне, это я его хозяйка. И я очень-очень зла. Волны животной ярости, затапливали меня с ног до головы, в горле рождался звериный рык.

– Я рррраскатаю это черрртову башню по камушку.

До таиски видно дошло, что ее щас саму схарчат и не подавятся, она взвизгнула и бросилась к двери.

– Куда собррралась? Слова давались мне с трудом. Я цапнула Таиску за руку и плохо отдавая себе отчет, сунула ее руку в кандалы. Паршивка забилась как светляк в банке.

– Пустиии!

Я потопала к двери. Заперто. А ключа то нет. А зачем нам ключ, когда есть умелые руки.

– Эх. Я ухватилась за дверь и одним резким движением сорвала ее с петель. Сзади продолжала бесноваться Таиска. Я вышла на солнечную лужайку и вздохнула. Ярость начала отступать. Но пока еще не поздно…

Дверь стала на место и я для надежности задвинула засов. Вот теперь все.

Приходила я в себя долго. То просыпалась, снова впадала в забытье, теперь уже обычное. Когда я проснулась в первый раз – день клонился к закату. Красное солнце золотило окно в Клавкином доме, бокалы в серванте и иконостас. От чего казалось, что он горит каким-то своим внутренним светом. Еще с минуту я полюбовалась закатом, затем солнце ушло за горизонт и в доме стало темно. Зажгли свечи. Клава и Элька сидели около дивана и внимательно смотрели на меня. Я заметила на тумбочке кружку с водой.