Юлия Бонд – Удержи меня, если сможешь (страница 27)

— Ну как это? Я же так о тебе волнуюсь. Вот помощницу тебе нашла, чтобы меньше работал.

— Мне никого не надо.

— Кирилл, — строгий тон.

Я не выдерживаю. Помощницу нашла? Умницу, красавицу, с красным дипломом, борщи варит…

Уверенным шагом двигаюсь в коридор. Прохожу на кухню и, застыв в дверном проеме, смотрю на семейку Орловых: Кирилл стоит у газовой плиты, готовит в турке кофе, а мама разбирает пакеты с продуктами и раскладывает все по местам. У них идиллия и мне так не хочется ее рушить. Но что поделать, не прятаться же в шкафу?!

Прочищаю горло и так тактично:

— Кирюш, и мне кофе, пожалуйста.

Свекровь повернута ко мне спиной, но даже в таком ракурсе, я вижу, как ее передергивает от моего голоса. Она замирает на мгновение. Напрягается.

Медленно оборачивается и быстро-быстро хлопает густыми, черными ресницами, как у Орлова.

— Валентина Ивановна, — делаю вежливый жест рукой, — мое почтение.

— София, — через зубы. — Сын, что здесь делает твоя бывшая жена?

Кирилл подходит к маме со спины, обнимает ее за плечи.

— Соня ночевала у меня.

— Это я уже поняла. Но почему?

Они общаются так, будто меня сейчас нет. Но я-то есть! Я не воздух перед их глазами, и все слышу, вижу…

— Только не говори, что вы снова сошлись? — на последнем слове мама делает брезгливое выражение лица, словно только что понюхала протухшее яйцо.

Скрестив на груди руки, жду, что ответит Орлов. Ну, давай, Витальевич, жги, а я послушаю! Мальчик повзрослел или мамочка по-прежнему решает все вопросы, как во времена нашего брака?

— Да. Мы снова вместе. Нравится тебе это или нет, — Кирилл обходит маму с правого фланга и движется ко мне.

Протягивает мне ладонь и смотрит таким взглядом, что я готова поклясться, он настроен решительно и маме это совсем не понравится.

Сомневаюсь несколько секунд, но руку все-таки кладу. А он сжимает мои пальцы, улыбаясь своей фирменной улыбкой.

— Мама, — говорит, не оборачиваясь, — раз ты уже в курсе, то пусть знает и отец. Сегодня вечером мы придем к вам на ужин.

«Нет! Нет!» — кричит мой взгляд, но я молчу, будто набрала в рот воды.

— Валентина Ивановна, — ко мне возвращается речь. Иду к свекрови и останавливаюсь напротив нее на расстоянии вытянутой руки. Пытаюсь придать голосу вежливости, а взгляду — теплоты. — Я тоже люблю вашего сына, как и вы. Поэтому предлагаю не воевать, а научиться мирно существовать друг с другом.

— Я с тобой никогда не воевала, — через зубы. — Это ты строила козни.

Улыбаюсь. Пропускаю колкость. Ладно. Промолчу.

— Я не в восторге, что ты снова решила охомутать моего сына.

Хочу сказать, что я тоже очень рада ее видеть, но если говорить начистоту, то это Кирилл за мной бегал всю дорогу и лишь поэтому мы снова вместе, а не как думает Валентина Ивановна.

— Мама, — в диалог встревает Кирилл. — Я вообще-то тоже здесь и все слышу. Давай поступим так. Ты сейчас мне отдаешь ключи от квартиры и в следующий раз, когда захочешь прийти, то заранее позвонишь.

— Сынок, но… — жадно хватая воздух ртом, свекровь прикладывает руки к груди. Она в шоке, да и я тоже — сражена наповал! — Ты же несерьезно, да? Ну, вдруг ты потеряешь ключи, а у меня же всегда есть запасные…

— Мама! Ключи. Верни.

Мне кажется, Валентина Ивановна готова в любую минуту разрыдаться. И мне жалко ее по-женски, даже хочется вмешаться и сказать Кирюше пару ласковых слов, что нельзя так разговаривать со своей мамой, а с другой стороны, почему я должна вмешиваться? Не буду и все.

Пока эти двое застыли напротив друг друга, я тактично сбегаю из кухни. Закрываюсь в ванной комнате и решаюсь принять душ. Нужно срочно освежить голову, прийти в себя и решить вопрос с сумкой. Встреча с Валентиной Ивановной, конечно же, выбила меня из колеи, но не настолько, чтобы я забыла о насущных проблемах.

Когда я вся чистая и пахнущая морским бризом, как обещал производитель геля для душа, выхожу из ванной комнаты, то лоб в лоб встречаюсь с Орловым.

— Мама уже ушла, — он берет меня за руку и тянет на себя.

Оказавшись прижатой к мужской груди, закрываю глаза и позволяю себе насладиться моментом. Мой любимый, хоть и не всегда, стоит рядом, обнимает. Я слышу стук его сердца, ощущаю запах кожи. Разве это не счастье?

— Ты был резким со своей мамой.

— Знаю, но иначе бы она не поняла.

— Вы хоть не поругались?

— Нет, — вздыхает, — но мама, конечно же, обиделась.

— Кирюш, мне надо вернуть сумку. Можно я позвоню с твоего телефона Аньке и узнаю у нее номер девчонок.

— Звони.

Через пять минут я наблюдаю как Кирилл бегает по всей комнате. Часы, брюки, рубашка, запонки… Смешной. Собирается будто на судебное заседание, а не на встречу с моими подругами, которые до сих пор еще спят и не хотят поднимать трубку.

— Думаешь, есть шанс, что сумка у кого-то из девчонок? — спрашиваю с надеждой в голосе.

— Не знаю. Если не найду, то смотаюсь в клуб, а потом найду таксиста, который вчера привез вашу троицу.

— Ох, — вздыхаю, — очень надеюсь, что найдешь.

Я провожаю Кирилла до двери и напоследок, привстав на цыпочки, чмокаю его в щеку. А он обнимает меня за талию и перехватывает инициативу. Целует жадно, быстро, до головокружения. И мне уже не хочется его отпускать, и я даже готова прямо здесь, в коридоре, но Орлов прерывает минуту страсти.

Прижимается лбом к моему лбу.

— Я найду твою сумку, только пообещай, что больше ты не будешь встречаться с подругами. Они на тебя плохо влияют. Наверняка подсыпали тебе что-то в колу.

— Кир, не неси чушь. Кто мне что подсыпал? — глотаю смешок. — Видимо, я просто перепутала бокалы и выпила не совсем то.

Он отстраняется, ровно настолько, чтобы посмотреть на меня хмурым взглядом исподлобья:

— Поговорим на эту тему, когда я вернусь.

Кирюша уходит. Я захлопываю за ним дверь и решаю провести время с пользой.

Что там говорила Валентина Ивановна? «Умница, красавица, юркадемия с красным дипломом, борщи варит…».

Между прочим, я тоже закончила юракадемию с красным дипломом. Умная и красивая. И борщ умею варить. Так чем же не подошла?! Ну и ладно, главное — Кирюша любит, а маму я уж как-нибудь потерплю и на этот раз точно не позволю ей плести интриги за моей спиной!

Следующих пару часов я провожу за уборкой. «Генералю» донельзя! Вымываю окна, зеркала, начищаю до блеска паркет. Даже вооружаюсь зубной щеткой и драю кафельную плитку в ванной комнате. Пусть не приходит мама — я и сама могу убраться в доме ее любимого сыночка.

На борщ времени не остается, ну и ладно. Похвастаюсь им потом, а сейчас готовлю легкий супчик, а на гарнир — отварной рис. В духовке запекается курица, а на плите варится компот. Вот какая молодец, пусть не говорит Валентина Ивановна, что я ее Кирюшу голодом морю. Между прочим, я тоже выросла. Мне далеко не восемнадцать и теперь я точно знаю, что одним сексом долго мужика не удержишь. Мужчинам нужен комплекс. Чтобы и любовница зачетная, и хозяйка хорошая, и друг преданный, и собеседник интересный. Раньше я не пробовала этот комплексный подход, если честно. Но раз уж мы с Кириллом решили начать все сначала, то я тоже готова меняться, лишь бы к добру!

В коридоре слышится шум. Отставив в сторону тарелку, я бегу из кухни в коридор и, застыв на месте, смотрю на пришедшего Кирюшу пытливым взглядом.

— Нашел сумочку?

— Угу, — стаскивает туфли и шагает ко мне. — Держи свою пропажу.

Пищу на радостях. Открываю сумку, проверяю содержимое. Ключи, телефон, кошелек. Вроде, все на месте.

— Где ты ее нашел?

— У таксиста. Пришлось нелегко, — ухмыляется Кирилл, и я только сейчас замечаю, что у него разбита губа.

— Ты что дрался с таксистом?

— Нет, — вздыхает. — Сонь, в сумке все есть? Ничего не пропало? — положительно киваю головой. — Ну, вот и хорошо.

— Кирюша, чтобы я без тебя делала…