Юлия Бабчинская – Пламя Феникса (страница 39)
На глаза Лали навернулись слезы. Она была так счастлива в детстве. И папа всегда потакал ее шалостям. Будучи повелителем стихий, он частенько брал ее с собой прогуляться по городу на воздушных потоках, пока однажды их все-таки не застала мама. Скандал был такой, что дрожал весь дворец. Но Лали уже все меньше помнила отца, даже самые сладкие воспоминания выветривались из памяти, оставляя на сердце тоску.
И вот пришел момент из недавнего прошлого: она стоит под дверью кабинета и слышит, как брат говорит о своем намерении выдать ее замуж.
Она собиралась ворваться в кабинет и громко заявить о том, что любит Роши и не согласна на брак, но не решилась. А сейчас поняла, что стоит отпустить желание действовать всем наперекор… и просто смириться.
«Я принимаю твою волю, брат», – мысленно прошептала Лали, осознавая, что висит над пропастью, поддерживаемая лишь воздухом. И на самом деле смирилась с тем, что ей уготовано куда большее, чем она могла представить. Возможно, Лали была тем звеном, которое свяжет две страны, находившихся на грани войны, и сдержит фениксов. Если она станет супругой одного из принцев, все может обернуться в ее пользу.
Воздух замер, а в следующую секунду ее выкинуло из вихря на твердый каменный пол. Лали быстро пришла в себя. Смирение придало ей решимости, и она, не теряя времени, ступила на последний квадрат порока на этом этаже – Искушение.
Внезапно серый пол вспыхнул алым, и Лали стало жарко. Точно так же ее лихорадило после прикосновения к силе.
«
Но вот кто-то подошел к Лали со спины, поймал ее в крепкие объятия, сдавил шею. Вместо того, чтобы испугаться, она запылала сильнее, излучая жар и поглощая его. Человек плотно прижал Лали к себе, склонил голову к ее плечу и прикусил. Аромат терпкой сладости и лаванды наполнил все ее тело, захлестнул, она хотела вздохнуть, но с губ сорвался лишь прерывистый возглас.
Его руки спустились ниже, лаская ее, а шею оплетала тонкая лента, будто удерживающая ее, не дающая выбраться из пленительных объятий.
– Кто ты? – выдохнула Лали, сгорая от стыда и желания. Вокруг раздался смех, женский смех, будто ее окружала целая толпа.
– Я твое Искушение, – сказал человек и развернул Лали к себе.
Она уставилась в фиолетовые глаза, темный силуэт со светлой короной волос выделялся на фоне пламени, в котором она могла рассмотреть лица множества женщин.
Демон, не отрывая от нее взгляда, притянул к себе и поцеловал, распаляя ее все больше, пока она не поддалась. Но он так крепко стиснул ее запястья, что стало больно.
Губы демона опустились ей на плечо, проходя путь до ключицы. Лали запрокинула голову, еле дыша.
– Маленькая дурочка, – прошипел, словно змей, демон. – Как же легко тебя соблазнить.
«Будь осторожна!» – вспыхнули в голове слова Ксиу. Демон играл с ней, это он управлял ею, а не наоборот.
Ленты заскользили по ее телу, врезаясь в кожу, его руки сжимали все крепче, его губы… Лали хотела вскрикнуть, но не могла: лента на шее душила ее.
«Нет, нет, нет!» – вопило сознание.
Вспомни, что ты сильнее. Это ты вызвала его. Это тебе он подчиняется.
Лента ослабла, а демон испарился, как и пламя. Лали лежала на холодном полу, и змеи обвивали ее напряженное, сопротивляющееся тело, душили. Еще немного, и она лишится чувств.
Лали нащупала стигу, но боялась воспользоваться ею и ненароком себя ранить, да и убивать змею ей тоже не хотелось. Какие глупости! Разве не лучше выбрать собственную жизнь?
Лали расслабилась, не сопротивляясь больше.
Сила вновь зашептала внутри нее, призывая воспользоваться ею и уничтожить змей. Нет, она не поддастся. Когда Лали уже была готова провалиться в небытие, кто-то выдернул ее из этих оков и поставил на ноги. Перед ней, с перепачканным пылью и сажей лицом, стоял Роши. Взгляд его был острым и сосредоточенным.
– Ты здесь! – кинулась ему на шею Лали.
– Разве я мог бросить тебя?
– Но как?
Он хитро улыбнулся.
– Мне пришлось обвести вокруг пальца стражу и примчаться сюда. Давай же, скорее полезай вверх по лестнице.
– А ты?
– И я с тобой, конечно же!
– Но как же Риок? Ты ведь не сможешь без него здесь долго находиться.
– Надеюсь, долго и не придется. Поторапливаемся.
Они смогут подняться тут сразу до десятого этажа, и эта пытка закончится! Лали хотелось кричать от радости, а главное, пришло чувство спокойствия – она не одна. Роши обязательно поможет ей.
Приободрившись, Лали взялась за перекладину и шустро полезла наверх, Роши не отставал. Но чем быстрее она переставляла руки и ноги, тем дальше становилась ее цель. Время тянулось мучительно медленно. Наконец они миновали шестой уровень, седьмой и уже устремились к восьмому, когда произошло неожиданное: лестница задрожала и начала рушиться, им навстречу полетела… деструкция. Роши выругался, тоже заметив это.
– Что происходит? Эта лестница же сама Надежность! – взвизгнула Лали, но Роши вовремя сумел подхватить ее за талию, и вместе они впрыгнули на седьмой уровень.
– Если бы нам толком все объяснили заранее, было бы куда проще, согласись? – шепнул ей на ухо Роши. – Возможно, кто-то не дает нам умереть со скуки.
Он встал и помог Лали подняться на ноги. Она отряхнула одежду, пригладила волосы, щек коснулся легкий румянец: должно быть, она сейчас такая растрепанная, а вот Роши даже с перепачканным лицом выглядел потрясающе симпатичным. Зеленые, почти синие глаза смотрели на нее с такой заботой…
– Мы справимся, веришь мне? – сказал Роши. – Я никому тебя не отдам.
Лали кивнула и приняла протянутую ей ладонь.
– Хорошо. Идем вперед.
– Только скажи мне, кто явился тебе на прошлом испытании? Кто был твоим… искушением?
Лали замолчала на миг, не зная, как описать Роши то, что она видела и чувствовала. Ей было стыдно за себя.
– Не кто, а что, – ответила она наконец. – Моя сила. Она звала меня.
Роши понимающе кивнул и чуть улыбнулся ей.
– Все будет хорошо, только оставайся честной со мной. Тогда я смогу помочь. Следующий порок – Пьянство. Готова повеселиться?
Лали молча сжала ладонь Роши. Они вместе ступили на новую клетку порока, и у нее сразу закружилась голова. Повернувшись к Роши, она увидела, что он глупо улыбается ей. Да и самой Лали хотелось сейчас расхохотаться и лечь прямо здесь. Ноги не слушались ее. Лали и Роши столкнулись, все еще держась за руки, хихикнули и обнялись. Роши положил руку ей на плечи и будто взял управление их телами на себя. Идти было сложно, они словно продирались сквозь туман. Граница этого квадрата все никак не заканчивалась. Лали потянуло в сон, колени подломились, но Роши быстро встряхнул ее.
– Не собираешься же ты сдаваться, сла-а-адкая? – растягивая слова, сказал он, глядя на нее из-под синей челки.
Она улыбнулась в ответ. Однако радость от того, что она оказалась в объятиях Роши, тут же сменилась унынием, и Лали разревелась.
– Я все делаю неправильно, все не так! Есть столько замечательных девушек, более красивых, более талантливых, а кто я?
– Ты… не смей так говорить про себя, слышишь? – Роши приблизился к ней, убирая с ее лица несколько сбившихся прядей. – Ты самое прекрасное, что когда-либо было в этом мире. Лалибэй – ты свет, способный озарить тьму. И тебе нет равных.
Шаг – и они вышли из квадрата, оказавшись среди тишины и мелькающих теней. По щекам Лали струились слезы.
– Почему здесь так тихо?
Вместе с ней в тоннель зашли не меньше двадцати участников. Где же все? Почему в этом каменном лабиринте так безмолвно?
Роши прошел вперед, утягивая ее за собой, пока они не добрались до лестницы добродетели. Путь наверх был закрыт: кто-то намеренно завалил проход досками.
– Смотри, там еще одна лестница, но перед ней снова порок. Ты готова рискнуть? Или попробуем пробиться здесь?
– Думаю, вместе мы можем попытаться, – сказала она, глядя на их сцепленные ладони. Браслет на запястье немного нагрелся.