Юлия Бабчинская – Пламя Феникса (страница 22)

Нахалка прогнала прочь Зейну, с которой Лали не успела обмолвиться и словом, и подошла ближе, разглядывая ее со всех сторон.

– Ну что, фэн-луни, солнце ты наше, тебя уже посвятили во все тонкости придворного этикета? Не иначе как королевой будешь? – Девушка больно потянула ее за локон, и Лали взвизгнула.

– Ай! Ты чего? Что я тебе сделала?

– Ах, пресвятые птицы! Ты что, решила, что теперь весь мир вокруг тебя вертится? – Девушка усмехнулась и запрыгнула на составленные один на другой ящики, закинув ногу на ногу. – Позвольте представиться, Ваше Высокоптичество, я Вермилия Армадэ… – нарочито медленно проговорила незнакомка, когда с носа корабля прокричали:

– Эй, Киноварь, долго ты там будешь прохлаждаться? Корабль сбивается с курса!

– Вот так, отойди на пару минут, – проворчала девушка, сморщив нос. – Эй, куриный потрох, сколько мне надо, столько и прохлаждаюсь, слышал? Не сойдет с курса ваш милый кораблик. Правда, швабра? – подмигнула она Лали.

Та тоже прислонилась к ящикам и тихонько сползла на пол: стоять было выше ее сил.

– Все? Сдулась? Я думала, ты более упорная девчуля! – присвистнула красноволосая. – Неужели это и есть наша будущая королева?

Лали огляделась по сторонам – на них никто не обращал внимания, все были заняты своими делами. Она стянула с головы шлем и обхватила его обеими руками. Роши так ничего и не сказал про ее превращение, и это ужасно раздражало. Как он теперь относился к ней? Почему не мог поговорить по душам?

– Что значит «киноварь»? – тихо проговорила Лали, пытаясь отвлечься от своих проблем.

– Я птица Юга, направляющая этот корабль, – ответила Вермилия. – Без меня мы собьемся с пути.

– Но у вас же нет ремесиса… как такое возможно?

– Зато есть мы, птицы, а еще тот ремесис, который мы добываем у вас, милочка, – расхохоталась Киноварь. – Ты думаешь, этот корабль летает просто так? Он невидим для вас, его зеркальные паруса сотканы из нитей волшебных волос, как и доски, которые пропитаны магическими выжимками. Наши доспехи тоже впитали магию, за что вам огромное спасибо. Иначе как нам выживать, если у нас такие «одаренные» соседи!

– Но…

– Да, без птиц корабль бы все равно не взлетел. Мы вызываем магию предметов к жизни, затрагивая сами струны вселенной. Те, кто владеет нотами «Песни вечности», становятся птицами. Мне очень хотелось, чтобы появилась еще одна такая же девушка, как я. Но появилась ты.

– То есть ты единственная в своем роде? А как же другие корабли? – Лали кивнула в сторону огромных силуэтов, что проплывали рядом. И она их почему-то видела – возможно, их скрывали от чужих глаз, когда была необходимость. Генерал, в своей колеснице, запряженной птицами, улетел на один из них.

– Я обучила других некоторым приемам, но они не я. Все не так просто, как может показаться на первый взгляд, но уверена, ты со всем разберешься…

На палубе, словно алое знамя, зарделось платье Ксиу, и Лали поднялась на ноги. Ей предстоял любопытный разговор с сестрой, да и не только с ней.

– Спасибо за компанию, – поблагодарила она Киноварь.

Хотя девушка и показалась ей грубоватой, но Лали не чувствовала от нее враждебности.

– Обращайся, фэн-луни, я всегда к вашим царственным услугам. Пойду проведаю принца. – Она спрыгнула с ящиков и кивнула в сторону Мория, одиноко стоявшего на палубе. – Что-то он нынче грустный.

– Вы с ним пара? – зачем-то спросила Лали, хотя ее это совершенно не касалось.

– Что ты! Мы просто вместе пьем чай! Я же птица Укротителя и… у нас так не положено. Принцы есть принцы, для них существуют «особенные» девушки, кто-то вроде тебя, например, – Вермилия Армадэ пожала плечами и удалилась прочь, а к Лали засеменила сестра.

Сердце Лали забилось чаще. «Особенные…» Да, она всегда была особенной, но совсем не так, как думали другие.

– Вот ты где, – улыбнулась ей Ксиу, поправляя и без того идеальные блестящие волосы, которые будто бы не подчинялись стихии и застыли на ее плечах черным потоком. – Значит, ты уже пришла в себя? И о чем ты говорила с этой нахалкой Каркадэ?

– Ее зовут Вермилия Армадэ, – поправила Лали, – и она показалась мне не такой уж плохой…

Ксиу только фыркнула. На самом деле, Киноварь не заискивала перед Лали и отвечала прямо, что ей очень понравилось.

– Мне нужно с тобой поговорить, – сказала Ксиу. – От этого может зависеть наше будущее. Я сделала на тебя расклад, и карты показали мне нечто тревожное.

Лали недоуменно глянула на сестру. Ксиу вовсе не выглядела взволнованной. Напротив, она улыбалась, блистая в своем великолепии.

– С каких пор карты тебе что-то показывают? – удивилась Лали.

Она и не догадывалась об увлечении Ксиу. Хотя что Лали о ней знала? В последнее время они так мало общались.

– С тех самых, как умерла Рита и передала мне свое «дело», – загадочно отозвалась Ксиу и потянула Лали за собой. – Идем же подальше от любопытных глаз.

Лали окинула взглядом палубу и увидела, что принц Самсон слишком уж пристально смотрит на них. По его мрачному лицу невозможно было что-то понять.

Когда они оказались в каюте сестры, Ксиу села за низкий столик, где были разложены красивые глянцевые карты с изображением лун и милых зайчиков. Лали скептически посмотрела на сестру, но Ксиу лишь махнула рукой.

– На самом деле, это не моя колода, она принадлежала Мариэ.

– Стой, ты же говорила про Риту?

– Все так, но у каждой из нас была своя колода карт, которую нам давным-давно подарила мама. Я свою случайно… потеряла, – развела руками Ксиу. – Колода Риты осталась у Риока, а Мариэ свою оставила.

– Почему-то мне никто не подарил карты, – прошептала Лали и сильнее ощутила отстраненность от людей, которых столько времени считала семьей.

– Ты можешь думать обо мне, что захочешь, дорогая, – проговорила Ксиу, – но я обязана сказать. У меня сложился один расклад, взгляни сама.

Она достала из темно-вишневой шкатулки три карты.

– Что говорит твой расклад?

Ресницы Ксиу затрепетали, и она произнесла нараспев:

– «Три раза умрет, три раза вспорхнет, три раза исчезнет, гибели вестник…»

– Неужели карты говорят стихами? – ухмыльнулась Лали, но встретилась с суровым взглядом Ксиу. – Почему ты решила, что я имею к этому отношение?

Ксиу протянула руку, касаясь длинным ноготком карты с огненной птицей. На двух других картах Лали увидела лазурного дракона и будто бы саму смерть.

– Феникс, Лалибэй. Это твой знак. К тому же ты уже два раза умирала и воскресала. Твоя карта легла между Драконом и Тенью, это очень плохой расклад. Настанет день, когда придется выбрать. Жизнь или Смерть.

Лали так и открыла рот от удивления.

– Два раза умирала? Ты, должно быть, ошибаешься.

Но Ксиу была серьезна как никогда.

– Нет, милая. В том сундуке, где наша семья нашла тебя, лежало мертвое дитя. Это была ты, которая ожила, стоило маме взять тебя на руки. Двенадцать лет спустя Юви воскресила тебя во второй раз. Наш мир все теснее к миру духов, и это пугает меня сильнее, чем что-либо другое. Вряд ли кто видел это, но я заметила, пока мы плыли по воздуху: духов в нашем мире становится все больше. Откуда они тут? Ответы нам могут дать только те, кто лично побывал в Запределье. И вернулся. Вас не так уж и много.

Лали застыла на месте, не в силах обсуждать с Ксиу столь серьезные темы, когда она еще не разобралась в себе.

– Мы с Роши были там, – отозвалась она. – И… Кейто. То есть Октавиан, – она мотнула головой. – И с Юви что-то неладное. А Виктор… – На глаза Лали навернулись слезы, когда она подумала о гибели брата. – Все кругом только и говорят о его смерти и что в этом виновата Императрица. Неужели Юви убила нашего брата?

То, что Лали сдерживала внутри себя с момента побега, наконец вырвалось на волю. Как птичка из клетки.

Ксиу тяжело вздохнула и потупила взгляд.

– Ладно, так и быть, – промолвила сестра. – Я должна тебе кое-что показать. К тому же мне нужна помощь. Но дождемся сумерек.

Когда на корабле стихло, сестры выбрались в узкий коридор. Лали не представляла, куда может вести ее Ксиу, а в голове вертелись предсказания.

«Три раза умрет, три раза вспорхнет…»

И еще:

«Чью жизнь заберет, никогда не придет». Здесь Лали долго расспрашивала Ксиу, что именно она видит, но сестра отвечала туманно, а Лали так разволновалась, что тряслись руки.

И третье:

«Великая тень грядет, Тайцу разум твой заберет».

Что еще за Тайцу, Лали толком не поняла, но Ксиу была мрачнее некуда.

– Все, иди за мной, – позвала та Лали, и они двинулись по узкому проходу. Корабль убаюкивающе покачивался среди воздушных потоков. Подпитываемый магией и пением птиц, он нес их в Страны Феникса, к новой судьбе.

Наконец Ксиу остановилась возле одной из дверей и прислушалась.

– Что там такое? Мы пришли?