Юлия Арвер – Клятвы самозванцев (страница 22)

Саури снисходительно взглянула на Лина и демонстративно закатила глаза.

– Не зря Наран называет тебя наседкой. Драконов невозможно отравить. У них очень чуткое обоняние. Учуяв яд, они убьют того, кто принес им отравленную еду, и мы это, поверь, услышим.

– Я не наседка, – оскорбился Лин. – Просто волнуюсь за своего дракона. Как будто больше никто не волнуется.

Саури насмешливо хмыкнула, выдав что-то подозрительно похожее на «ко-ко-ко» и опередила Лина. Она догнала Аман Нарана и с легкой улыбкой завела с ним разговор. Лин, не сдержав любопытства, взглянул на Тео, который прожигал хмурым взглядом спину командира. Сложная любовная фигура, которая явно не замыкалась на Аман Наране и Саури. Командир говорил с ней всего лишь с вежливым интересом. Фам Сохор интересовал его явно больше, чем непривычно милая Саури.

Крылатому войску накрыли ужин в зале с большим овальным столом. Судя по всему, здесь командир гарнизона проводил совещания. Лин с фырканьем окинул взглядом колонны, талантливо расписанные узорами, резные ширмы и дорогие ковры. Слишком помпезно для военных.

То и дело мимо сновали служанки в простых коричневых халатах. Ни одна не смела даже поднять глаз на гостей, несмотря на очевидное любопытство. Едва покинув зал, они наверняка бросятся шушукаться о пленении командира гарнизона и загадочных всадниках в золотых масках.

– Надеюсь, еда не отравлена? – скептически поинтересовался Аман Наран у Фам Сохора, на что тот оскорбленно пробормотал:

– Вы можете приказать любой служанке попробовать еду.

– Именно это я и собираюсь сделать.

Аман Наран остановил трех служанок и, кивком указав на стол, велел им попробовать поданные блюда. Те торопливо поклонились и поспешили выполнить приказ. Еда, как и вино, вправду оказались безопасными. Все всадники вздохнули свободней. Хотя бы здесь, в этом обособленном уголке среди города предателей, их не пытались убить.

– Садитесь и поешьте с нами, господин Фам. Мы поговорим позже, не при всех, – предложил командиру гарнизона Сансар Арат, но предложил так, что отказаться не посмел бы даже самый отчаянный смельчак.

Солдаты Крылатого войска во главе с Аман Нараном и Сансар Аратом расселись за стол и с аппетитом накинулись на еду. Саури вновь оказалась рядом с командиром. Лину немного взгрустнулось, ведь он рассчитывал тихонько поделиться впечатлениями от прошедшего дня с единственной союзницей. Впрочем, по левую руку примостился Тео. При желании можно поболтать и с ним.

Лин окинул взглядом традиционные шанъярские блюда и не сдержал тяжелого вздоха. Гора специй и ужасная острота. Кажется, еще немного, и он выплюнет свой горящий желудок. Куда больше ему подходила обычная походная каша, которой они питались предыдущие три дня в лагере Сансар Арата. Здешние изыски вызывали лишь тоску.

Пока остальные набивали животы, уминая за обе щеки привычную еду, Лин угрюмо отщипывал кусочки почти безвкусной паровой булочки и неторопливо запивал некрепким вином. Он наблюдал за униженным Фам Сохором, не замечая, как пристально наблюдали за ним самим.

– Тебе, наверное, трудно привыкнуть к шанъярской еде, – раздался над ухом тихий голос Тео. – Понимаю тебя, я сам не могу есть некоторые блюда из-за обилия специй.

Лин встрепенулся, уличенный в слабости, и с усмешкой ответил:

– Не труднее, чем привыкнуть к постоянным любопытным взглядам, как будто в мир людей спустились десять божеств верхом на драконах.

– То есть ты считаешь, Крылатое войско не заслужило столь сильную народную любовь? – ехидно поинтересовался Мин, сидевший по правую руку от Лина и без зазрения совести подслушавший их тихий разговор. Достойный друг Тархана, ничего не скажешь.

Теперь на Лина устремились взгляды всех драконьих всадников, и даже Фам Сохор прислушался, перестав таращиться на свои колени. Тео казался безмерно виноватым, ведь из-за его неосторожного беспокойства на Лина, которого и без того не принимали, вновь накинулись.

– Никто не имеет права зваться равным богам, но в умах людей всадники Крылатого войска – никто иные как божества, – спокойно парировал Лин и закинул в рот очередной кусок булочки, прекрасно понимая, как подобное поведение может раздражать собеседника.

Прием сработал – Мин разозлился сильнее.

– На протяжении веков Крылатое войско защищало королевскую власть в Шанъяре. Всадники жертвовали собой, оберегая королей и побеждая врагов. Своим героизмом они заслужили искреннее восхищение народа, а ты отзываешься об этом, как о чем-то постыдном.

– Мне кажется, после трудного дня ты попросту с удовольствием нашел человека, на котором можно сорвать злость. Заметь, я сказал лишь, что никто не может быть равным божествам. Остальное за меня придумал ты сам.

– Ты чужеземец, и тебе никогда не понять шанъярцев, – оскорбленно буркнул Мин.

– Что-то не припомню, чтобы кто-то из вас пытался понять меня. Так почему я должен понимать шанъярцев? – Лин все еще держал вежливо-отстраненное выражение лица, но внутренне веселился. Разве не забавно ставить на место тех, кто ошибочно считает тебя беззащитным, а потом с хрустом ломает зубы о твой железный характер?

– Потому что ты никто! Обвешенный побрякушками иноземный циркач, который не заслуживает даже дышать одним воздухом с Крылатым войском!

– Мин! – рявкнул Тумур, но на его угрожающий выпад почти не обратили внимание, ведь одновременно с этим по залу разнесся грохот.

Аман Наран что есть силы ударил кулаком по столу, на котором вразнобой зазвенела посуда. Изумленные взгляды всадников устремились к командиру.

– Не смей уподобляться Тархану, – угрожающе прорычал Аман Наран, прожигая Мина янтарным взглядом. – Сегодня чужеземец спас меня и Сансар Арата от смерти, убив предателя. Он – не никто. Он – тот, благодаря кому мы сегодня сидим за столом в полном составе.

– Все мы спасаем жизни друг друга из года в год, – не сдавался Мин.

– Как видишь, он всего за несколько дней постиг идеалы Крылатого войска, которые мы впитывали в себя с детских лет. Подобных ссор я больше не потерплю. Чужеземец доказал свое право находиться в Крылатом войске.

Вот тут-то Лин и порадовался, что давно прожевал булочку, иначе точно подавился бы. Еще три дня назад Аман Наран в сердцах называл его бесполезным циркачом, а сегодня признал, что Лин – часть войска. Чудеса! Но Лин соврал бы себе, если бы сказал, что не впечатлился речью командира. Его уже очень давно никто не защищал. Лин и забыл, каково это.

Он позволил себе украдкой взглянуть на Аман Нарана, убедившись, что тот не смотрит.

– Прости, – шепнул ему на левое ухо Тео, отчего Лин молниеносно отвел взгляд, будто застигнутый за чем-то постыдным.

– Ты не спросил ничего дурного. Перестань извиняться и склонять голову при малейших трудностях.

Учить еще этого трусишку и учить. И то вряд ли он когда-нибудь сравнится в глазах Саури с Аман Нараном.

Ужин продолжился, и с каждой выпитой чашей вина напряженные бойцы Крылатого войска все больше расслаблялись. Разговоры стали громче, а смех зазвучал чаще. Не выпили ни капли лишь Аман Наран и Сансар Арат. Им предстояли сложные допросы пленников. Лин не отказал себе в удовольствии расслабиться впервые за прошедшие дни и выпить две чаши вина. Совсем некрепкое, оно не ударило в голову, лишь приятно расслабило тело.

Убедившись, что все заняты разговорами, Лин поднялся из-за стола и вышел из зала, краем глаза отметив, каким голодным взглядом Мин одарил мельтешащую поблизости служанку. Молодые, миловидные девушки явно старательно вертелись поблизости в надежде понравиться кому-то из знаменитых всадников. По дороге к выходу Лин поймал на себе три кокетливых девичьих взгляда из-под ресниц, вспомнив девушек в цирке, нацелившихся на богатых мужчин.

Наконец Лин выбрался из павильона и поежился от пронизывающего ветра, мигом согнавшего с него сонливость и расслабленность. Военный городок не спал. Мимо то и дело сновали солдаты, бросающие на него любопытные взгляды. Судя по всему, золотая маска, которая болталась на шее, безошибочно давала понять, что перед ними посланник богов.

Взгляд сам собой устремился в сторону тренировочного поля, где расположились на ночевку драконы. Им нипочем ни ветер, ни холод, ни непогода. Только бы принесли побольше еды и воды. Лин подавил в себе порыв наведаться к Мышу, помня, чем закончилась предыдущая вылазка.

– Готов поспорить, что ты прикидываешь, как незаметно пробраться к Вороному, – услышал Лин за спиной и усмехнулся уголком губ. Аман Наран решил поболтать после трех дней хмурого молчания? Необычно и угрожающе.

– Меня и без того считают курицей-наседкой. Думаю, некоторое время Вороной может побыть в одиночестве, – не оборачиваясь ответил он, краем глаза подмечая, что Аман Наран остановился по правую руку.

– Ты считаешь себя родителем этого дракона. Для шанъярцев это неправильно. Мы воспитаны на другом, более почтительном отношении к драконам.

Лин изогнул бровь и повернулся к Аман Нарану. Его миролюбивый настрой сбивал с толку. Неужели своим поступком Лин получил возможность увидеть и другую сторону сурового командира?

– Я заметил, что Разящий относится к вам, как к своему ребенку. Почему же это не считается неправильным?

– Потому что я оседлал его в одиннадцать лет. Как еще взрослому дракону относиться к мальчишке, который с трудом держался в седле?