Юлия Арвер – Демоны города масок (страница 63)

Мы пробирались вперед, выставив перед собой руки и прислушиваясь к тишине, в которой биение сердец было слишком громким и неуместным. Казалось, будто вокруг сгустилось… ничего. Мы просто попали в небытие. Зачем сунулись сюда наугад? Идиоты!

Внезапно откуда-то сбоку донесся шорох и звук открывшегося окна. Мы, как по команде, прижались к стене, слившись с нею и спрятавшись под тенью. Кто-то влез внутрь, прикрыл раму, отчего чуть слышно звякнуло стекло, и во что-то врезался.

– Как мы теперь без факела? – вспорол тишину грубый голос, и я чуть заметно вздрогнул. – Придется здесь лампу зажигать. Надо же было так по-идиотски помереть!

Похоже, Факел – прозвище того ублюдка, которого я обезглавил.

– Скажи спасибо, что сами уцелели. Эта тварь сильнее, чем говорят. Откуда у нее такая мощь? – ответил ему смутно знакомый голос, который заметно картавил. Я уже слышал его в ту ночь, когда прокрался в имение воеводы Нарама.

– Ее подпитывал лихомор. Я узнал его рожу. Выжил-таки, гаденыш. Значит, это он наших в Вароссе порешил.

– Кутарашым! Задушил бы голыми руками! – прорычал картавый, и, судя по топоту, эти двое прошли мимо нас. Знали бы они, что тот самый лихомор дышит им в ухо! – Эй, бесы позорные! Нас кто-нибудь встретит! Факелу башку отрубили, некому больше нас огоньком баловать! Сейчас шеи себе переломаем в темноте!

Им пришлось подождать пару минут, прежде чем вдали замаячил огонек. Свет приближался вместе с молодым круглолицым мужчиной не старше меня самого. Он нес в руке масляную лампу и с беспокойством поглядывал на пришедших.

– А ты можешь быть полезным, служка, – фыркнул картавый, неожиданно оказавшийся ниже и уже в плечах, чем его товарищ.

– Я не служка, – оскорбился круглолицый. – Я помощник Иссура.

– Ага-ага. Самый важный, – подхватил второй колдун и хохотнул. – Сколько наших уже вернулось?

– Только двое. Остальных еще нет. Что-то случилось?

– Не твоего ума дело. Где там этот великий стратег? Пойдем-ка потрындим с ним да расскажем, как воевода расстроится, что его отряд уменьшился.

Я отлип от стены и двинулся следом за троицей, уверенный, что Ратнар и Игла держались рядом. В библиотеке находилось всего четверо колдунов Айдана. Нам представился прекрасный шанс схватить их всех, но сперва следовало убедиться, что все и вправду так радужно, как казалось. Выходить из тени было пока опасно.

Спускаясь по скрипучим деревянным ступеням, мы ступали так осторожно, как не ступают даже кошки. Хотя наверняка, если бы не топот колдунов и их бесконечные издевки над круглолицым, они бы услышали чужие шаги.

Спустившись в подвал, слуга Иссура повел колдунов по узкому коридору, погруженному в кромешный мрак. Из-за марева теней я почти ослеп и потому немного рассеял их. Темнота и без того надежно скрывала нас от чужих глаз, потерявших бдительность.

Троица исчезла за поворотом, и я едва не проскочил совсем неприметную дверь, которая уже почти закрылась. На удивление, старые петли не скрипели. Похоже, подвальные крысы позаботились о том, чтобы ползать под библиотекой бесшумно.

Я придержал дверь, позволяя пройти Игле и Ратнару, очертания которых едва угадывались во мраке. Почти от самого порога вниз убегала крутая лестница. Змеей она вела во мглу, еще более кромешную, чем та, что дышала нам в спину все это время. Я вздохнул и последовал первым, ступая как можно тише и держась на расстоянии от троицы. Когда ноги коснулись утоптанной земли, я вдохнул затхлый холодный воздух подземелья и чудом не зашелся в кашле. Колдуны со слугой Иссура уже исчезли за поворотом, откуда послышался возглас картавого:

– Доволен, отродье воеводы? Троих наших порешили, а ты тут рассиживаешься, как важная птица!

– Язык придержи и не забывай, что мы с тобой не ровня! – раздался злой окрик Иссура, а после шорох и звук удара, который заглушил наши осторожные шаги к источнику света и голосов.

– Не забывайся, кусок дерьма! Мы здесь только ради Айдана, но никак не ради мелкого беса, решившего присвоить себе провинцию! Почему ты не предупредил, что вокруг ведьмы вьется лихомор?! Ты хоть понимаешь, какого ценного человека мы потеряли! Бес с теми, с другими, Айдан еще найдет! Но Факел… он был первым из нас!

– Я не знал, что они спелись, – пробормотал Иссур. – Мой источник у навиров обмолвился, что Шайзар надолго пропадал. Но где был, он так и не разузнал.

– А я тебе расскажу, засранец! – рыкнул картавый. – Шашни он крутил с Амаль за спиной братца твоего. А сегодня этот ибнар убил Факела и усилил проклятую ведьму. Она сожгла одного нашего и десятки твоих подхалимов!

– Лихомор должен сдохнуть. Отрубим ему голову, как он отрубил Факелу, из черепушки смастерим ночной горшок и будем в него срать, – прорычал незнакомый мужской голос. Похоже, третий колдун.

Я до хруста сжал кулаки и сделал шаг к ним, но меня опередила Игла. Рассеяв тени, она бросилась вперед, словно разъяренная медведица. В правой руке служанки Амаль я рассмотрел обломок длинного трубчатого карниза. Неужели она тащила его в подвал? Зачем?

Но ответ на этот вопрос я узнал быстрее, чем ожидал. Уже через несколько мгновений мы почти нагнали Иглу, но она успела метнуть свое грозное оружие в спину не ожидавшему нападения колдуну. Деревянный карниз, подхваченный бурлящей тьмой, пронзил его тело, словно то вдруг размягчилось, как вата. Длинный обломок прошил колдуна насквозь с такой силой, что насадил на себя, как на вертел, и круглолицего, которому не посчастливилось замереть совсем рядом.

Насладиться этой картиной вдоволь не вышло, ведь в нас со свистом полетели мелкие куски металла, похожие на звезды. Я торопливо поднял стену теней, и метательные штуки со звоном осыпались к нашим ногам, но едва не пробили надежную защиту. Их метнули с нечеловеческой силой.

Не успели мы перевести дух, а бурлящие тени Иглы взметнуться ввысь, как в нас полетела новая порция смертоносных малюток, оказавшихся крестовидными клинками, заточенными со всех сторон.

Пока я усилием воли собирал вокруг нас мощную стену теней, Ратнар сгустил воздух в небольшой комнатке, куда мы попали. Двое вусмерть пьяных мужчин, лежавших вповалку на старом матрасе, задыхались, как и Иссур. Ему нечего было противопоставить силе командира сыскарей.

– А вот и сам ибнар к нам пожаловал. Готов пожертвовать башкой? – прорычал тот, что метнул в нас клинки.

– Попробуйте отрубить! – рявкнул я.

– Не хвалился бы ты, сосунок! – пригрозил картавый, и без предупреждения ко мне устремилась самая настоящая молния. Густой воздух замедлил ее, но от жара накалился так, что обжег ноздри.

Игла взмахнула руками, и ее склизкие тени поглотили молнию, наполнив комнату едким дымом. Картавый развел руки, но не успел призвать еще одну, как мгла окружила троих задыхающихся колдунов. Бурлящая тьма превратилась в темницу для их магии и для них самих.

Ратнар повел руками и с силой сдавил нечто незримое, отчего Иссур и двое мужиков на матрасе схватились за шеи и открыли рты, судорожно глотая воздух, которого им так не хватало. Младший Ак-Сарин хрипел угрозы, но заработал лишь весомую оплеуху от меня. Когда глаза Иссура закатились, друг смилостивился и разрешил им снова вдохнуть полной грудью.

– Я вас уничтожу, клянусь, – просипел Иссур, кое-как поднимаясь на ноги и кашляя.

– Конечно же, уничтожишь. Только руки марать придется самому, а не тупицам-подельникам или головорезам воеводы Нарама, – фыркнул Ратнар. – Впрочем, зачем я даю ложную надежду? Чтобы нас уничтожить, тебе не помешало бы выбраться из этого подвала.

В тот же миг крысеныш молниеносно выхватил из ножен кинжал и одним ловким движением метнул его мне в грудь. Я среагировал мгновенно, почти на уровне инстинктов: тени отбили оружие, а после взметнулись к низкому потолку и смешались с огнем из ламп, увеличившимся во сто крат. Окутанное сумраком пламя, совсем как в тот злополучный вечер, когда я чуть не сжег родительский дом, метнулось к Иссуру. Огненная ловушка замкнулась вокруг Ак-Сарина и обожгла кожу, отчего тот взревел. Я заставил себя выдохнуть. Не стоило убивать Иссура. Мерзкая внутренняя тьма чуяла добычу и кровь, но не получила выхода. Кольцо пламени вокруг Иссура расширилось, и из его поганого рта посыпались проклятия.

Тем временем Ратнар влил в двух протрезвевших от удушья мужиков зелье навиров. В эти минуты не было времени выяснять, кто колдун, а кто простой человек. Силу Иссура мы знали, и потому зелье на него тратить не стали. Ратнар равнодушно кивнул на Ак-Сарина и рявкнул:

– Снимай ремень, недовоевода!

Иссур покорно стащил с себя добротный кожаный ремень, а после бросил его к ногам Ратнара. Во взгляде ублюдка бушевали те же проклятия, которые он только что изрыгал.

– Погаси-ка огонек, дружище. Моя кожа дорога мне как память, – с ухмылкой попросил друг и, стоило тени поглотить пламя, с силой стянул руки Иссура за спиной. – Подозреваю, что вам неудобно, достопочтенный недовоевода, но мне плевать. Уничтожите меня как-нибудь за это.

Злобный взгляд Иссура прожигал лицо Ратнара, но тот видел на своем веку слишком много мразей, чтобы впечатлиться. Не могло быть жалости к тому, кто выпил столько крови у собственной семьи.

– Скоро вернутся остальные и не оставят от вас даже мокрых пятен, – прошипел Иссур.