Юлия Арвер – Демоны города масок (страница 65)

Лишь в одном я испытывал уверенность: вскоре мое мучение закончится. Двое суток, наполненные голодом, жаждой и беспросветной тьмой, тянулись так долго, словно эти стены стали моей темницей на годы, а то и на века. Худшее наказание навиров с тех пор, как отменили порку! Маленькая комнатка в подвале, наполненная тьмой, тишиной и мыслями о раскаянии. Командир вместе с Бором наверняка считали, что я осознал свои ошибки и готов исправляться. Как бы не так! Я осознал лишь одно: моя жизнь скатилась в яму, из которой нужно выбираться. И путь наверх устлан дорожкой из непростых решений.

Все эти два дня я разговаривал с Рефом, уже и не надеясь, что он ответит, но надеясь, что хотя бы услышит. Стоило только вообразить, что ворчливый старик рядом, как в моей душе прибавлялось смелости.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем до моих ушей донесся звук отодвигаемого заржавевшего засова на тяжелой металлической двери. Карцером не пользовались уже год… с тех пор, как туда запихнули Ратнара. В тот злополучный день друг набрался хлебного вина и разгромил комнату Варны в казарме – как ценной чтице тела, ей выделили отдельное жилье. Когда же его попытались оттащить сослуживцы, Ратнар устроил грандиозную потасовку. Благо, командир роты сжалился и не стал угрожать ему увольнением со службы. Друга запихнули в карцер, и вышел он оттуда уже другим человеком – угрюмым и молчаливым. С тех пор он не смотрел на Варну, не замечал Варну и не говорил с ней.

На пороге возник молодой навир из штурмового взвода. Значит, сегодня в наряде штурмовики. Он держал в руке масляную лампу и выглядел почти испуганным. Карцером пугали каждого новичка. За спиной парнишки маячила Варна, как всегда гордая и надменная. Лишь в присутствии Ратнара с нее слетала личина стервы и наружу просилась вина, на которую ему уже год как было плевать.

– Вставай и пошли отсюда. Здесь могильный холод. Как ты высидел целых два дня? – велела Варна.

– Ты как здесь? – прохрипел я, кое-как поднимаясь на ноги.

– Решила помочь лучшему другу Ратнара.

На ее слова я только хмыкнул. Варна никогда не помогала просто так, да и относилась ко мне с холодком. Особенно ей претили мои чувства к Амаль, которые чтица тела увидела во время недавнего допроса. Что же ей понадобилось?

– Можешь быть свободен. Дальше мы сами, – приказала она парнишке-штурмовику, и тот незамедлительно подчинился. – А ты иди со мной. Я принесла к себе в комнату немного еды с завтрака. Поешь хоть.

Теперь я напрягся сильнее. Варне, определенно, что-то было нужно. Я поплелся вслед за ней, щурясь от света ламп. Карцер находился в подвале архивного корпуса, который ожидаемо пустовал.

Утро было в самом разгаре: по территории сновали толпы сослуживцев, кто-то тренировался на утоптанном песчаном пятачке, заступающие в наряд выстроились на плацу, а я уныло плелся за Варной и под любопытными взглядами товарищей чувствовал себя отщепенцем.

Комната Варны расположилась на третьем этаже казармы. Здесь жили те, кому посчастливилось получить собственный уголок. Мне такая честь не светила и раньше, а сейчас и подавно. Моим домом могло стать имение Тира, но не станет.

Комнатка, несмотря на малый размер, оказалась вполне уютной. На деревянном письменном столе меня ждал поднос с едой – каша и компот из сухофруктов. Обычный завтрак навиров. А еще стеклянный графин с водой. Я, не раздумывая, бросился к нему и налил себе полный стакан. Вода, смочившая пересохшее горло, была просто невероятной. Вкуснее я не пил никогда в своей жизни.

– Тебе нужно поесть. Не налегай на воду, – мягко осадила меня Варна.

Она присела на краешек кресла и выжидающе уставилась на то, как я с аппетитом уплетаю кашу. Мне понадобятся силы перед неприятным разговором с Бором, а он неизбежен. Впрочем, куда ближе разговор с Варной. Похоже, он будет ненамного приятнее. Ее напряженная спина и поджатые губы поведали мне об этом без слов.

Когда тарелка опустела, как и стакан с кислым компотом, я отодвинул от себя поднос и сказал:

– Выкладывай, зачем я тебе понадобился.

– Я просто хотела помочь… – начала Варна, но я ее перебил:

– Я не ребенок, чтобы вестись на дешевые уловки. Выкладывай.

Варна долго мялась, но все же заговорила:

– Завтра тебя отправляют в Даир.

Я изумленно вытаращился на чтицу тела. Что она несет?

– Не только тебя. Всего двадцать пять человек. Командир собрал людей со всех взводов и отрядов, чтобы помочь навирам Нарама. В Даире идет охота за нашими братьями. Погибло уже семь человек, но своими силами они так и не смогли обнаружить убийц. Командир Даирской роты отправил прошение главнокомандующему корпуса навиров, но тот, конечно же, не дал людей из Белоярова. Вместо этого распорядился отправить в Нарам подкрепление из Миреи и Фадаята, несмотря на то что в Адраме тоже неспокойно.

– И я попал в это число, как один из «любимчиков» командира, – буркнул я.

Новость о подкреплении хоть и стала неожиданностью, но не пугала. Я все равно собирался писать прошение о переводе. Напишу из Даира. Делов-то! А вот то, что охота на навиров так и не прекратилась, – это полная задница. Но я вдруг вновь ощутил азарт. Мне требовалось это задание, требовалась эта опасность, чтобы вновь почувствовать себя навиром.

– К чему ты ведешь? – после непродолжительного молчания поинтересовался я.

– Ратнар едет с вами, – выдавила Варна и поспешно добавила: – Командир пришел в ярость от вашего поступка. Ты ослушался приказа, а Ратнар позволил тебе это сделать.

– Он не позволял. Я случайно встретил его у библиотеки.

– Не лги. Командир знает, что вы вместе приходили к Амаль. Привратники имения доложили об этом. А после всей этой кровавой бойни вы схватили Иссура вместе со служанкой Амаль, которая мастерски скрыла от меня свои мысли. Еще и оставили после себя пять трупов! Конечно же, командир в бешенстве.

– Я не хотел подставлять его, – пробормотал я и запустил пальцы в волосы.

– Но именно это ты и сделал.

– Ратнара отправляют с нами в наказание?

– Его не отправляют, – буркнула Варна и впилась в меня своим обычным взглядом – взглядом стервы. – Командир сжалился над ним, ограничился выговором и лишением месячного жалованья. Но Ратнар… вызвался сам. Ты же понимаешь, что он сделал это для тебя? Рат-нар только и делает, что оберегает и прикрывает тебя. В Даире убивают навиров, а он добровольно рвется в самое пекло. Ради тебя! Если у тебя осталась хоть капля достоинства и уважения к другу, отговори его ехать.

Я долго смотрел на Варну, на ее сцепленные в напряжении пальцы, на бледное лицо и красные от недосыпа или слез глаза. Она волновалась и наверняка до сих пор любила Ратнара. И даже понимая, что он никогда не вернется после того, что она совершила, продолжала его защищать. И была права: Ратнар все еще оберегал меня, но мне пора отказаться от его помощи.

Съеденная каша встала в горле горьким комом, просясь наружу.

– Скажи мне одно: Тир жив? Его спасли? – пробормотал я, едва поборов приступ тошноты.

– Жив. Солдаты его невесты сумели вывести воеводу со сгоревшей фабрики. Правда, никто так и не понял, как у них это получилось, ведь вокруг зверствовала безумная толпа. Когда подоспели навиры, зачинщики уже скрылись. Остались только одурманенные люди.

– Чем их…

Мой вопрос прервал злобный стук в дверь. Лишь один человек в корпусе навиров мог так грубо рваться в комнату самой Варны. Лицо чтицы тела исказил страх. Уверен, сейчас она бы предпочла провалиться в преисподнюю, нежели встретиться с бывшим женихом.

На пороге, конечно же, стоял Ратнар, злой, как сотня демонов. Друг мог быть кем угодно, он замечательно играл любые роли, но искреннюю злость на его лице я видел редко, и почти каждый раз она была направлена на Варну.

– Что она успела тебе наболтать?! – рявкнул Рат-нар, не одарив чтицу тела и взглядом. Зато буквально пригвоздил меня к креслу своей яростью.

– Варна просто накормила меня. Спасибо ей за это огромное. – Я постарался придать голосу беззаботности. Варна уже вернула себе гордое равнодушие и коротко кивнула, подтверждая мои слова.

– Зачем ты пришел, Ратнар? – спросила она с видом оскорбленной невинности.

– Идем со мной. Немедленно, – велел мне друг и направился прочь. Я кивнул чтице тела и поспешил за ним.

Ратнар шел, громко чеканя шаг, словно маршировал по плацу, и его напряженная поза выдавала крайнюю степень злости. Одно неосторожное слово, и мой жизнерадостный друг взорвется, как горючая смесь. Лишь когда мы спустились на этаж ниже, он осмотрелся по сторонам и прошипел:

– Зачем она тебя позвала?

– Ревнуешь? – фыркнул я, но тут же заработал затрещину от друга.

– Я знаю, что у нее на уме. Не зря она забрала тебя из карцера и утащила к себе. Еще и расщедрилась на завтрак. Что ей нужно? Просила, чтобы ты отговорил меня ехать?

– Откуда ты…

– Вчера Варна набралась храбрости и лично попросила меня отказаться от поездки, но я не стал с ней разговаривать. Теперь она решила подобраться через тебя.

– Варна права, – опасливо оглядевшись, рыкнул я. Не хватало еще, чтобы у нашего разговора появились лишние уши. Благо, казармы в утреннее время пустовали. – Она оберегает тебя, несмотря на все, что между вами было. Я знаю, почему ты вызвался ехать в Нарам. И прошу тебя отказаться. Хватит оберегать меня, Рат-нар. Я уже давно не ребенок и не нуждаюсь в защите взрослых. Ты – командир взвода и должен остаться здесь, чтобы не потерять своего влияния.