И яблоком рдяным
Тебя одарю.
Здесь, в травах душистых —
Колодец без дна,
Где тайно искрится
Воды глубина.
Земные заботы,
О, путник, забудь,
К небесным широтам
Направив свой путь…
«Возьми меня в свой сон…»
Возьми меня в свой сон
С чарующей прохладой,
Где радуга над садом,
И дом твой отворён
Навстречу голосам
Весенних птиц счастливых
И над лиловой сливой
Плывущим облакам.
Ты поведёшь меня
Тропой полузаросшей
Туда, где светят росы
До середины дня.
Туда, где никого —
Лишь старые деревья
Прошепчут нам поверья
Из детства своего.
Где ирисных полян
Что выплеснутых красок! —
А ветер тих и ласков,
И влажный воздух прян.
Там, по сырой траве,
Среди купальниц жёлтых
Ступая, как по шёлку,
Растаем в синеве…
Цыганская
Звёзды стучатся в окна, спрашивают о ночлеге:
«Можно ль становиться в доме твоем, скажи?
Долго плутали по небу на разбитой телеге,
Лошади утомились, стали у Млечной межи…»
Я отворю окошко, тихо скажу: «Входите,
Есть в кувшине водица, светел огонь в печи.
Что там, в высоком небе, поведайте-расскажите —
Текут ли быстрые реки, студёные бьют ключи?»
Черноокие звёзды пёстрые юбки раскинут,
Молвят мне: «В небе ясном реки текут без дна…
Не напьёшься…» И смолкнут, кутая гибкие спины
В длинные белые шали из ветхого полотна.
А поутру, как солнце выкрасит в киноварь небо,
Звёзды умоют лица после недолгого сна
И тронутся в путь. Только скрипнет прощально телега,
Да ветер тронет гриву рыжего скакуна.
«Пунцовый свет касается стены…»
Пунцовый свет касается стены
И ускользает.
Сегодня ночью снова снились сны,
Где я летаю.
Там тёплый ветер трогал мне плечо,
Струился шёлком,
Когда звенел полуночный сверчок
В дверной защёлке.
И сон, в котором я с тобой жила,
Был бесконечен.
И дом, в котором мирно так спала,
Казался вечным. 
