Юлия Архирий – Пусть горит! (страница 6)
И подковочки звенят
Над холмом, где пахнет мятой,
Как столетия назад.
«Медовое жёлтое солнце…»
Медовое жёлтое солнце
Стоит неподвижно в ручье,
Пока по камням он несётся
И брызжется ливнем лучей
На камни, где никнут берёзы,
Где чаячьи речи звучней,
Где ищут лососи у плёса
Потерянных – к сердцу – ключей.
Церковь в Бё
Чёрный ворон на липе, нарциссы в траве,
Камни греют на солнце обомшелые спины.
Начинается или кончается век,
Неизменны детали пасторальной картины.
Неизменны кресты меж текучих ветвей,
Беломраморный ангел с улыбкой печальной,
Воробьи, маргаритки и зелень полей,
Поздний снег на горе, отливающий сталью.
Стены храма в потёках недавних дождей,
Запах ладана, дерева, пыли и тлена…
Ты в ладонях, любимый, мне руки согрей —
Мы лишь части картины, вовек неизменной.
Как стремительно облако сходит с горы,
Через сито дождя сея снег сиротливый…
Но сиротство в картине всегда до поры —
Пока солнечный луч не пробьётся сквозь ливень.
Пока липа невестой дрожит на ветру,
Пока голубь воркует под кровлей старинною,
Пока ткётся судьба гальдраставом из рун
В этой вечной картине, в пасторальной картине…
Крылышкуя…
Сыграй на скрипочке, сыграй,
Кузнечик луговой,
Ныряя в васильковый рай,
Как в омут головой!
Колючим цвирканьем полна
Хмельная мурава…
Звени, тончайшая струна,
То громко, то едва.
Пока не кончился завод
Мелодии простой,
И точит пряный дикий мёд
Духмяный травостой.
Скрипичный ключик, отвори,
Незнаемую дверь!
Играй, дружочек, ножкой три
Меж древних . трав и вер
Пока полдневный льётся зной
На синий этот край,
Играй, мой музыкант шальной,
Прошу тебя, играй!
Граншерад
Граншерад – белый мох лохматый,
Ляг под ноги мне, ляг под ноги.
Не горчи, черника, утратой,
И река, замри у порога.
Граншерад – по камешкам шорх да шорх,
Теремок для белок, да щебет-свист,
По брусничной чаще всё порх да порх,
То ль неясыть-сыч, то ль осенний лист…
Я печаль – тоску брошу в волны,
Пусть плывёт ладьёй погребальной, 
