Юлия Амусина – Каменный ангел (страница 9)

Воздуха в комнате вдруг стало слишком мало, а тот, который остался, нещадно колол пересохшее горло.

Я не знала, что происходило между нами в этот момент; полный раздрай в мыслях заслонил все ощущения.

Да, я не могла отрицать, что испытывала некое смутное влечение к Хаосу, подозреваю, оттого, что мазохистка-любительница внутри меня неизменно велась на притягательно-опасное сочетание силы и грубости, которые явно исходили от этого мужчины.

А еще я чувствовала, как под его ладонями моя кожа становится теплее, и это тепло приятной негой разливается по всему телу, даря спокойствие и уверенность в том, что мне нечего бояться, когда он рядом.

Необоснованная глупость.

Пьяные фантазии.

Эти руки с легкостью разорвут меня в клочья, если когда-нибудь мне выпадет несчастье встать на пути их обладателя.

— Ты из тех, кто постоянно находится в зоне риска, — медленно проговорил Хаос, вытаскивая меня из паутины противоречивых раздумий. — Старайся особо не подставляться, ладно?

— Я не подставляюсь, — отрезала слишком грубо, чувствуя теперь только раздражение из-за собственной глупости. Чего только не выдумает захмелевшее воображение…

Хаос лишь кивнул и отступил назад, высвобождая зону моего личного пространства от своего присутствия.

— Ты этим делом, — он бросил красноречивый взгляд на бутылку красного, которая по-прежнему стояла на гладкой поверхности журнального столика, — не увлекайся. А то можешь самолично завершить дело своего фраера, Павлика, и оказаться в дурке. Ладно, бывай, подруга…

— Подожди, — окликнула с некоторым запозданием.

Хаос остановился на пороге и бросил в мою сторону заинтересованный взгляд.

— Ты обещал подарок.

— А, да. Точняк, — он кивнул, пару секунд помялся на пороге, после чего вытащил из кармана куртки какой-то небольшой предмет. Не сдержавшись, я подошла ближе и… Сердце пропустило пару ударов. Я узнала эту штуку — небольшую темную коробочку с весьма красноречивой красной кнопкой на поверхности. Все сразу стало на свои места, и то, что меня отпустили для разговора со следователем, и то, что изначально не собирались оставлять в живых.

Первым моим желанием было вцепиться в физиономию этому ублюдку, рвать ногтями грубую кожу, высказать все, что давным-давно копилось где-то глубоко внутри… Вторым — развернуться и бежать прочь. Но это не вариант, это мой дом, все здесь мое, и я не стану бросать с трудом полученное наследство. Скорее умру вместе со всем этим дорогущим дерьмом…

Хаос внимательно вглядывался в мое лицо, точно пытался уловить малейшие изменения среди незаметных черточек. Я сцепила ладони перед собой и, усмехнувшись, посмотрела прямо ему в глаза.

— Что дальше? Нажмешь, и мы оба отправимся к моему родственнику.

— Идиотка, — он в прискорбии качнул головой и, повертев коробочку в руках, протянул ее мне. — Это «облегченный» вариант, слепили для чайников типа тебя. Будет стоящий головняк или какая паскуда хвост прижмет — а это когда-нибудь случится, слишком шальная ты девица — рванешь хлипкий сарайчик в нескольких метрах от той развилки, где нас перехватил Макс. Никто не пострадает, но я буду знать. Сечешь, рыбинка?

И, не дожидаясь реакции с моей стороны, он определил свой опасный подарок на столик, рядом с бутылкой вина, и размашистым шагом вышел из комнаты. Каким образом Хаос покинул особняк — через окно или дверь — так и осталось для меня загадкой. Словно завороженная я смотрела на отчетливо виднеющуюся красную кнопку, не в силах отвести застывшего взгляда, и не могла поверить… Черт…

Не на каждый день рождения дарят такие подарки.

Глава 5

ГЛАВА 5

Когда человек умирает, после него всегда что-то остается — в лучшем случае память, живущая в сердцах других людей, в худшем — какие-то вещи, которые впоследствии все равно так или иначе бесследно исчезнут.

Об этом я размышляла, извлекая из сейфа в кабинете увесистые пачки с крупными купюрами и аккуратно складывая их на гладкой поверхности стола. Дядюшка, знатный жмот, всегда предпочитал держать большие суммы в своем сейфе, так как считал железный ящик несокрушимым препятствием для всех, кроме себя.

Да, Павел был тем еще болваном.

Мой мобильный разразился немодной, но оттого не менее любимой мелодией, и я, временно прервав свое увлекательное занятие, поспешила ответить.

Звонили из интернет-магазина. Накануне я заказала у них пару-тройку интересных штучек, чтобы освежить интерьер и внести в окружающую обстановку что-то свое.

Закончив разговор с консультантом, я бросила телефон в кресло и вернулась к своему прежнему занятию. Спустя некоторое время до меня донеслись звонкие переливы с первого этажа, прозрачно намекающие, что у меня гость.

Кого там принесло, если навещать меня попросту некому?

Насторожившись, я быстро запихала деньги обратно в сейф, повернула замок, определила поверх интересного углубления картину (дядя явно пересмотрел шпионских боевиков и наивно полагал, будто такая нехитрая маскировка поможет против возможных злоумышленников), после чего одернула широкую рубашку и неторопливо спустилась вниз.

Остановившись на пороге, я нажала кнопку на пульте; ворота послушно отъехали в сторону, образовав небольшой проход, позволяющий визитеру беспрепятственно очутиться на территории. В проходе появилась физиономия молодого следователя, этот парень был одним из тех, кто меня допрашивал. Только, в отличие от своего дотошного немолодого коллеги, этот был не таким приставучим и, как мне показалось, не имел ни малейшего интереса к смерти Павла.

— День добрый, — расшаркался этот тип, не торопясь заходить на территорию особняка.

— Добрый, — хмуро ответила я, также не спеша его приглашать. — Чем обязана?

— Возникли вопросики к вам…

— Почему бы вам не вызвать меня повесткой?

— Да тут сущая ерунда, — парень обезоруживающе улыбнулся, однако впечатления не произвел. — Ну так что, пустите, или будем заморачиваться с официальными документами?

— С официальными спокойнее, — рассудительно заметила я, не спуская со следователя пристального взгляда. В конце концов, я видела его на рабочем месте и точно знаю, что он — тот, за кого себя выдает. — Ладно, входите.

Парень шустро прошмыгнул к порогу. Слегка удивившись такой скорости, я, тем не менее, посторонилась, пропуская его в дом. Мы устроились в гостиной, он — на диване, я — в том кресле, на которое пролила не так давно вино. Использовав все химические средства, какие удалось обнаружить в шкафчике в ванной, я-таки сумела расправиться с пятном, и теперь на мягкой обивке не осталось даже следа.

Следователь выглядел подозрительно довольным; может, именно поэтому я из вредности не стала ничего ему предлагать.

Перебьется.

— Что вы хотели узнать?

— Видите ли, Вера…

— Владимировна, — спокойно подсказала я.

Парень осекся и бросил на меня растерянный взгляд.

— Что?

— Вера Владимировна. Не вижу причин игнорировать мое отчество, — произнесла, стараясь скрыть охватившее меня раздражение.

— А, да-да… Просто вы так молоды, и я подумал…

— Не думаю, что вы намного старше.

Он сдался и постарался наладить контакт, вновь прибегнув к помощи улыбки.

— С вами трудно разговаривать, это точно.

— Совсем легко, если следовать установленному шаблону. Вы задаете вопрос — я отвечаю.

— И что, вы никогда не делаете исключений? Даже для близких людей?

— О близких людях я не сказала ни слова. Простите, с трудом улавливаю цель вашего визита.

— Тогда к делу? Прошу прощения за подробности, но тело вашего дяди было в таком состоянии, что установить точную причину смерти оказалось проблематичным для наших экспертов. Тем не менее, кое-какие зацепки позволяют предположить, что умер он вовсе не от ожогов.

— В самом деле?

— Мне кажется, вы могли бы дать следствию больше информации.

— Меня там не было. Не знаю, чего вы от меня ждете?

Он не спешил отвечать, сверлил меня задумчивым взглядом, наверняка пытаясь что-то для себя уяснить. Я сохраняла видимое хладнокровие, хотя на самом деле уже начинала понемногу нервничать. Не люблю, когда на моей территории возникают чужие, особенно люди, которые мне неприятны. И все эти дурацкие намеки…

Неспроста.

Этот парень не может знать о том, что я была в тот вечер совсем рядом с горящей дачей Павла. В противном случае мы бы разговаривали совсем в другом месте.

— Вы уверены, что не были там? Мы не получили точного подтверждения вашего алиби, Вера Владимировна — вы могли как присутствовать в доме своих родителей, так и отсутствовать.

— Тонкое наблюдение, — не смогла удержаться. — Я уже много раз отвечала на этот вопрос.

— Хорошо… А что вы скажете вот на это, — он притянул к себе портфельчик, раскрыл его и, покопавшись, извлек какой-то листок, принялся читать урывками: — показания водителя такси, имени я вам не назову… Этот человек говорит, что ближе к полуночи отвозил к Майскому — а там, как мы с вами помним, и произошло несчастье — молодую девушку. Она сообщила ему, что опоздала на электричку из-за дополнительных занятий в университете. Словоохотливый водитель поинтересовался, мол, неужели эти злыдни-профессора могут допоздна задерживать студентов, на что девушка ответила обтекаемо. Мы показали этому мужчине вашу фотографию, и…

— И?