Юлианна Винсент – Заноза для декана. Академия Дэмфилд (страница 5)
"Если профессор принес мне ужин не из студенческой столовой, — задумалась я, глядя на еду. — То где он ее взял?"
Догадка родилась сама собой:
"Неужели, сам приготовил? — не хотела верить я. — Да, не-ет! А если да? А я его грязью полила! Или не полила! Он мне, вообще-то, непристойности предложил! Или нет? А-ай!"
Отмахнувшись от дурных мыслей, в которых я сама запуталась, я создала магическое плетение, с помощью которого избавилась от зловонно пахнущей еды, взяла пижаму и, стараясь не думать о вкусном ужине, странном профессоре и его еще более странном поведении, отправилась в душ.
Эта ночь тоже была спокойной, чем безусловно меня порадовала. И я даже проснулась в хорошем настроении и пребывала в нем ровно до того момента, пока не стала собираться на пары и не осознала, что рюкзак со всеми своими вещами я вчера забыла в лазарете.
Глава 6
Где-то очень далеко территориально, но очень близко к осуществлению планов
— Командор М…, — обращается невысокий мужчина средних лет к тому, что стоит у окна, но его перебивают не давая договорить.
— Тсссс, — зло шипит командор, — я же просил без имен!
— Винотат! — слегка поклонившись, признает свою ошибку мужчина.
— Есть какие-то новости? — также сквозь зубы спрашивает командор.
— Тени усилили наблюдение за теми, кто нам нужен, — отчитался мужчина. — Поэтому в ближайшее время нужно залечь на дно. Боюсь, если мы пойдем против Теней, то весь наш план провалится.
— А ты не должен бояться! — вкрадчивым голосом проговорил командор. — Ты должен выполнять мой приказ! Или ты забыл, что я для тебя сделал?
— Никак нет, командор! — отчеканил мужчина. — Но…
— Никаких но! — рявкнул командор, подходя к подчиненному почти вплотную и хватая его за грудки. — Мы должны собрать всех до тринадцатой луны! Я не хочу ждать еще год! Ты меня понял?
— Так точно, командор! — проговорил мужчина.
Командор резко отпустил подчиненного так, что тот чуть не упал. Мужчина вышел за дверь, отряхивая и нервно поправляя старый серый камзол. Его лицо было недовольным, но в то же время он словно боролся сам с собой.
Командор, действительно, много сделал для него и его семьи, но то, чем сейчас ему приходилось заниматься в благодарность, ему очень не нравилось. Казалось, что он идет против собственной природы. Но не смотря на это, он был готов сделать все, что угодно, лишь бы командор не узнал его секрет.
Дэмиан
Горнел хохотал так, что в ректорской тряслись стекла.
— Я сказал что-то смешное? — не понял я веселья друга.
На диване сидела улыбающаяся Настя и заплетала Тьерре косички.
— Ой, ты, конечно, меня насмешил, — вытирая слезы с лица, проговорил ректор. — Это же надо было додуматься, предложить студентке индивидуальные занятия!
— Горнел, дрыш ты чешуйчатый! — зло посмотрел я на друга. — Я к тебе, вообще-то, за советом пришел! Настя, скажи ему!
— Что ты хочешь, чтобы я сказала? — уточнила девушка.
— Я, правда, не понимаю, почему она так отреагировала, — я понимал, что я идиот, но не понимал, в чем именно.
— Дэмиан, ну ты как маленький, ей-богу! — снисходительно посмотрела на меня Ведьма, но все же стала объяснять. — Ночь, лазарет, ты принес ей вкусный ужин, а после предложил индивидуальные занятия. Я бы на ее месте подумала тоже самое.
— Да, да, — поддакнул друг и обратился к жене. — Некоторые, кстати, таким же способом студентов заманивали! Я узнавал!
— Лично я никого не заманивала! — закатила глаза Ведьма. — Еще раз мне это припомнишь — прокляну, что чешуя облезет!
— Сама же ее потом будешь на клей лепить, — беззлобно парировал ректор.
Я всей душой любил этих двоих и их бесконечные перепалки, но сейчас меня, действительно, тревожила неоднозначная ситуация со студенткой Штерн и я хотел получить пару прикладных советов, как ее исправить.
— Насть, а если серьезно, — обратил я внимание подруги на себя. — Что мне делать со всем этим?
— Да-а-а, друг, — протянул Горнел. — Пора тебе уже жениться, а то ты совсем забыл, как с женщинами общаться.
— Слушай, советчик! — этот гад стал меня раздражать. С тех пор, как он женился, он теперь всех норовит поженить и выдать замуж. — Если бы и на меня свалилась попаданка с земли, я бы женился не раздумывая, но не всем везет так, как тебе!
— Это да! — глядя на жену и посылая ей воздушный поцелуй, гордо сказал ректор.
— Так, этот знаток семейной жизни не даст нам спокойно поговорить, — вставая с дивана и кидая в мужа укоризненный взгляд, сказала Настя. — Пойдем!
Малышка Тьерра побежала впереди нас, открыла дверь и с радостными криками: "Кри-и-ис! Ты пришел!" понеслась навстречу молодому мужчине, что заходил в приемную.
— Крис? — недоуменно спросил ректор. — Какой Крис?
— Горнел, только не рычи! — успокаивающим голосом сказала Настя. — Это Брэйв. Он иногда приходит гулять с Тьеррой, когда я занята.
— Но ты сейчас свободна! — прорычал в ответ друг.
— Я сейчас пойду решать ментальные страдания твоего друга, — ответила девушка, не задумываясь. — Так что занята!
— Да, она занята! — подтвердил я, утягивая Ведьму за собой из кабинета. — А ты, если не доверяешь Брэйву, можешь последить за ними из окна!
Под недовольное ворчание друга, мы покинули приемную и отправились в лазарет.
После третьей кружки чая и моих душевных изнываний, я пришел к выводу, что более эффективного способа, чем просто извиниться и объяснить, что я ничего такого не имел ввиду — нет.
— Зачем изобретать велосипед, если его уже придумали? — задала мне контрольный вопрос Настя.
— Что изобретать? — не понял я.
— Велосипед, — повторила она, но понятнее не стало и это было видно по моему лицу, поэтому девушка, улыбаясь, пояснила. — На земле это такой вид транспорта: два или три колеса, педали и руль. Педали и колеса соединены между собой цепью. Крутишь педали и едешь. Очень удобно, кстати. И полезно для здоровья.
— Какой все-таки удивительный этот ваш мир, — не переставал восхищаться я. — Каждый раз поражаюсь вашей смекалке.
— Знаешь, еще и не такое придумаешь, если нет магии, — улыбаясь, сказала Настя. — А по поводу твоей ситуации, ты ничего не сможешь сделать с восприятием тебя другим человеком. Хоть ты поперек тресни, а повдоль срастись. Если у нее уже есть какой-то сложившийся образ тебя в голове, то поменять его может только она сама, если захочет, конечно. Поэтому, просто извинись, объясни ситуацию и живи дальше.
Я клятвенно заверил Ведьму, что именно так и поступлю. Она пошла спасать Брэйва от нашего рычащего ректора, а я отправился читать остальные отчеты студентов о вынужденной практике, надеясь найти еще хотя бы один столь же подробный отчет, какой написала Рина. Но на пятом, моя надежда начала задыхаться, а на восьмом скоропостижно скончалась.
Я откинулся на стуле и потянулся. Нужно было размяться, а то мышцы затекли сидеть в одной позе. Закрыл глаза и мне сразу же вспомнилась вчерашняя картина. Столько разных эмоций было на лице студентки Штерн.
Я увидел удивление, недовольство, блаженство, страх, недоумение, едва уловимую радость и в конце она наградила меня злостью и презрением.
— Кто-нибудь знает, почему вместо того, чтобы делать свою работу, я сижу и разбираю эмоции на лице какой-то студентки? — тряхнув головой, возмущенно сказал я вслух самому себе. И уже хотел встать со стула, но зацепился ногой за что-то, лежащее под столом. Ругнувшись, посмотрел вниз и увидел рюкзак. Поднял, чтобы посмотреть именную бирку, хотя и так понимал, кому он принадлежит.
— Видимо, извиняться придется раньше, чем я планировал, — с тяжелым вздохом, сказал я вслух сам себе и направился к выходу из лазарета с рюкзаком в руках.
Вся эта ситуация почему-то сильно выбивала меня из колеи, я слишком резко дернул дверь на себя и мне в объятия упало рыжее пятно.
Глава 7
Катарина
Я всяческими способами оттягивала неизбежное. Хвала Сенсее, сегодня была всего одна лекция, а все остальные занятия были практическими и рюкзак мне особо не пригодился. Но мне не удалось скрыть его отсутствие от сильно наблюдательного друга, который задал мне вопрос в лоб, как только мы встретились:
— Где твой рюкзак?
— Это допрос? — слишком резко ответила я вопросом на вопрос.
— Плохо спала? — решил перевести тему парень.
— Нормально спала, — отмахнулась я.
Арчи молча кивнул то ли моему ответу, то ли каким-то своим мыслям и мы отправились на занятия. Но все оставшееся время я ловила на себе его задумчивый взгляд. Мне было неловко, что я грубо разговаривала со своим единственным другом, но нервозность от мысли, что мне придется в очередной раз отправиться в лазарет и возможно, встретиться там с этим, предлагающим непристойности, мужчиной, брала надо мной верх.