Юлианна Орлова – Это спецназ, детка (страница 20)

Нет, не плевать, но и падать в омут с головой не собираюсь. И вообще. У нас сегодня свидание, где я панирую нормально поговорить с ним и выяснить хотя бы немного информации о его жизни, а то мы уже исследовали рты друг у друга, а кто чем увлекается до сих пор остается загадкой.

Феноменально весело проводим время вместе, не так ли?

И надо бы узнать, не женат ли этот кадр ненароком. Я же «стреляный воробей», как говорит спецназ, а значит, должна понимать, во что с такой широченной улыбкой вляпываюсь.

Оставшееся время трачу на скрупулезные приготовления. И как назло, все платья кажутся либо «блядскими», либо «монашескими», а есть еще и категория «неподходящие для погоды». Устало прикрыв глаза, я сажусь на диван и всматриваюсь в корзину с цветами.

Очень красивые, и вообще у него все получается красиво и помпезно, а я даже платье не могу подобрать, не говоря уже о туфлях!

Приведя себя в порядок, слегка подкручиваю волосы и собираю их на макушке «мальвиной», оставляя пару прядей у лица.

А платье в итоге надеваю черное, то, что на мне сидит как влитое, и которое явно из категории «блядское» исключительно из-за смелого выреза.

Если не обращать на него внимание, то сойдет и под «монашеское», потому что длина ровно до колена.

В назначенное время я получаю сообщение от Мекса.

«Я жду тебя».

Накидываю пальто и, глубоко втянув воздух, спускаюсь вниз. А спецназ стоит, уперевшись бедром в огромный черный внедорожник, в руках букет роз. И все это под аккомпанемент пушистых снежинок, падающих с неба бесконечным потоком.

—Пиздарики. И как с тобой в таком виде куда-то идти? — ошарашенный взгляд останавливается на мне, губы приоткрывает в шоке.

Значит, хорошо оделась.

Нравится.

Алчно разглядывая меня, Мекс забывает о букете, откладывает его на капот.

Но тут же ко мне подходит и прямо с явным удивлением целует в губы. Почти целомудренно, если так вообще можно описать хоть что-то в связке с Мексом.

В машине чувствуется напряжение, оно между нами искрится неудовлетворённостью. Обжигающий легкие воздух продирается внутрь с трудом. Давление скачет вверх, ударяет в голову моментально.

На заднем сидении очередной букет, я периодически посматриваю на него через зеркало заднего вида и улыбаюсь несмело, мне очень нравится чувствовать внимание к себе таким образом. Мне в жизни столько цветов не дарили, как сейчас за эти пару дней.

Щеки горят огнем

Спецназ перехватывает мою похолодевшую ладошку и тянет к губам, бросая на меня беглые взгляды, сводящие с ума. Тяжело выдыхаю и поигрываю пальцами, а Шолохов губами зажимает указательный и подушечку смазано облизывает, отчего меня в кипящий чан окунает.

—Красивая такая, расскажи о себе, — оставляет пару невесомых поцелуев на внутренней поверхности руки.

—А ты еще не знаешь обо мне ничего? — ежусь и улыбаюсь, игриво поднимая бровь. Врет же как дышит, точно все уже прознал.

—Ну я могу узнать, но зачем наводить справки, елся все можно узнать из этого прекрасного ротика? Я ж только имя и адрес, а остальное нет. Честно вру, — хмыкает и подмигивает. Сердце удар пропускает. Ну вот умеет же довести девушку.

—Ну что ж, где училась, ты уже в курсе. Мой папа был следователем, умер от острой сердечной недостаточности пару лет назад, он мой самый главный мужчина в жизни. Мама судмедэксперт со сложным характером, и мы практически не общаемся. Сложный человек. Хорошие новости, я характером в отца. Принципиальностью в мать, грубо говоря, тебе в случае чего не повезет, — цокаю языком и всматриваюсь в вытягивающееся лицо Шолохова.

—Охереть. Слушай, ты извини, если я там лишнего спросил и для тебя болезненная.

—Нет, все хорошо, не переживай.

—В общем, удивила. А чего языки? Очевидно, что семейная сфера деятельности слегка другая.

—Потому что мне не нравится все это. А моей маме не нравился мой выбор, и был грандиозный скандал. Поддержал только отец, вот такие у нас сложные отношения, — перевожу внимание в окно и слежу за мелькающими гирляндами в заведениях.

Вспоминать некоторые моменты больно, но меня пугает другое: как легко я сейчас рассказала Мексу то, о чем мой бывший не в курсе. И, разумеется, он не был знаком с моими подругами и мамой.

А спецназ, как минимум, в двух пунктах обошел его влегкую.

И не только в двух, если быть честными до конца.

—Ты молодец, что следуешь зову сердца, пупсик. Я такой же, меня батя хотел сунуть к себе в ведомство, так сказать, но я такое творил, что иногда меня воспитывали ногами. Все было, в общем, не подарок. Мать научный сотрудник, уважаемая личность, отец прокурор, а я раздолбай, биба и боба, все вместе. Пару машин в мясо раздолбал, пати вечные на хате были, бабы бесконечные. Я тебе говорю, как есть, чтобы ты не думала, что я ангел во плоти, — хмыкает и переводит на меня спокойный взгляд.

Примерно так я и думала изначально, увидев его впервые. Словом, ничего нового он мне сейчас не сказал, и я лишний раз утверждаюсь, что оказалась права. Губы поджимаю и киваю.

—Эй, пупс, я пиздюком был, но сейчас же я в альфе, смотри какой перец? Меня батя сунул в военное, потом к Архангелу, да и вообще совершенно другой человек. Я хочу серьезно, ты там не думай, ну что там надо тебе? Встречаться хочу, вот. Я правда, в душе не ебу, как это должно выглядеть, но ты мне расскажи, я ж не тупой, я все пойму и буду стараться. Хочу короче тебя себе. Давай съедемся, давай там фоточку забубенем в инстик, что там надо для девочек, а?

Глава 22

Мекс

Веду свою девчонку в ресторан, с панорамного купола на последнем этаже которого город видно, как на ладони. А вечером да в такую пору, когда все подсеивается в новогоднем антураже, пупсик обоссытся от счастья.

Это любимое место моей мамы, и что-то мне подсказывает, что Маше тоже понравится.

А что я, собственно говоря? Я вот сейчас в машине предложил ей съехаться, но в глазах увидел панику и шок.

Неприятно так, скажу я честно. Я может вообще никому такого не предлагал и домой не звал вовсе, а тут предложил и на тебе.

Конечно, лыбу тяну, но она у меня печальная. И вообще вес падает куда-то вниз-. Нехорошо получилось.

Чего? Я же хороший? И не только, когда голый и в рабочем положении, а и когда сплю зубами к стенке, и когда зажимаю у стенки. В общем, с каким сторон на меня ни посмотри, я очешуенный!

—У меня к тебе вопрос. Ты не практикуешь свободные отношения? — летит вопрос от Маши точечно в мою челюсть, потому что она падает на пол со свистом и громким стуком. Че, блять, она только что спросила у меня?

Поворачиваю голову и в шоке всматриваюсь в нее бешеным взглядом. Если она мне предложит СО, я нахер разнесу все, что будет вокруг меня в щепки. Руль сжимаю до белесых костяшек.

—Я сейчас очень злой, пупсик, максимально, млять, злой. Скажи мне, что ты не собираешься предложить мне подобное, иначе я взорвусь к чертовой матери на собственных газах из горящего пердака!

Она потрясенно на меня взирает и округляет пухлый ротик, а затем взрывается хохотом, хватаясь за живот. И так смеется она, что я немного расслабляю булки, считывая юморные фибры в пространстве.

Ну явно не думала предложить же. Не думала ведь, да?

—Почему так смешно, Максим? — Маша уже плачет от смеха, а я паркуюсь у ресторана и поворачиваюсь к ней всем телом и любуюсь этой картинкой.

Губы растягиваются в таком счастливой гримасе, что тяжело не любоваться.

—Потому что я иногда ляпаю глупости, в моменты стресса вообще могу взорваться так что не заставляй меня нервничать, ладно? К чему этот вопрос? Он меня прямо взволновал! — щекой прижимаюсь к подголовнику и не моргая смотрю на белобрысые кудри и мягкое свечение бархатной кожи.

Хочется провести по ней пальцами, и я делаю то, что хочу, собирая трепет по крупицам.

Пиздец меня накрывает рядом с ней.

Пупсик прекращает смеяться и переводит внимание на мою руку, ласкающую ее щечку, покрытую розовым румянцем.

—У меня есть подозрения, что ты можешь иметь отношения еще с кем-то, ухаживая за мной. И я бы хотела знать правду до того, как мы пойдем дальше. Уже есть печальный опыт, который во многом меня ранил до глубины души. Потому что я никогда бы не завела отношения с женатым, например, впрочем, как и с занятым. И вот я спрашиваю, есть ли у тебя кто-то? И да, я не прощаю измены. Переписок и флирта с другими тоже. Наверное, честно заявить об этом сразу, — уже серьезно вещает мне, а я слушаю и понимаю, что частично понял, что она только что сказала, но самое главное во всем этом — что она не предложила мне свободные отношение.

Аж от сердца отлегло.

—Так и инфаркт можно схлопотать. Нет у меня никаких отношений, и вообще у меня не было отношений. Ты первая, кому я предложил. Вот. Так что не неси чушь, пожалуйста, а то у меня реально давление скаканет, и не туда, куда надо скакнет. Кому оно надо? М? Никому, правильно! Пойдем вкусно жрякать и смотреть на красоту.

Ну я буду смотреть на тебя, а ты на красоту…

Маша кивает, но взгляд подозрительный не вырубает. Ядрена вошь, я же и правда не встречался ни с кем. Так с Танюхой трахался, но не больше…

Пока она не решила, что мы должны пожениться.

С дуба упала малышка, и мы разбежались, собственно говоря, а больше ничего не было. Ну кроме одиночных перепихонов, никого ни к чему не обязывающих.

Но это Маше знать не надо. Пусть для нее я буду девственником!