Юлиана Лелич – Чем дальше в лес… (страница 14)

Дарий долго смотрел на Артемия, а потом произнес:

– Я надеюсь, ты усвоил урок?

– Да.

– Мы все долго закрывали глаза на твои выходки, но случившееся повториться не должно. Тебя спасло только то, что девушка оказалась благоразумной и вовремя сообщила о своей чреватости, пожелав избавиться от нее. Вытравить такой приплод очень трудно, она могла умереть. Больше Агата не сможет иметь детей, никогда не познает счастье материнства, и это твоя вина.

Марья немного оправилась от вытягивающего силы досмотра и рискнула покоситься назад, на Артемия, пораженная произнесенными словами. Он стоял, виновато опустив голову. Его раскаяние выглядело совершенно искренним.

– Я сожалею, я действительно поступил ужасно, я осознаю, что виноват, – горько выдал Артемий, не поднимая головы.

– Виноват, – не утешил Дарий. – Благодари Татьяну, что вступилась за тебя. По своей глупости она родила тебя, но по твоей – вынуждена защищать. Без тебя ее жизнь была бы куда лучше.

– Я понимаю, – едва слышно выдавил Артемий.

– Впрочем, Татьяна не выполнила уговор. Разве тебе не запрещено было использовать нечистую магию? Обращаться животным без необходимости? Разве не должна была она смотреть за тобой? Не допускать подобной поганой магии?

– Она не виновата. Она не разрешала, я сам…

– Ты перекидывался в зверя в ее доме. Это ее ответственность.

– Простите меня. Это моя вина, только моя.

– В другой раз слова Татьяны тебя не спасут.

Артемий покорно закивал.

– Также за тебя поручился Мирослав, без его слова твой приговор не был бы смягчен.

Парень вскинулся, глаза сверкнули золотом.

– Я его не просил.

– Знаю, – веско ответил Дарий. – Если бы ты просил, его словам не было бы такой цены. Он сам пожелал поставить не только репутацию, но и жизнь на твою защиту. Ты понимаешь, что это значит. Не смей подвести его, потакая своим порочным прихотям.

– Да, – Артемий вновь смиренно склонил голову.

Дарий еще какое-то время посмотрел на него, потом вернулся к столу и встал у окна, видимо, посчитав ответы Артемия удовлетворительными.

– Идите.

Артемий и Марья поклонились и поспешили как можно скорее покинуть помещение. Снаружи на них накинулись Вита и Полина.

– Вы чего так долго? Что он говорил?

Марья посмотрела на поникшего Артемия и вдруг поняла, что Дарий отчитывал его при ней неспроста. Он посчитал нужным, чтобы девушка слышала все это, чтобы знала, в чем виноват Артемий. И чтобы… что? Не повторила ошибок той, неизвестной ей несчастной? Да с чего они взяли все, что у нее есть в Артемии такая надобность? Или у него в ней?.. Она покраснела и отвернулась, буркнув:

– Ничего не говорил.

Вита хмыкнула недоверчиво и скрестила руки на груди. Полина повела плечами, мол, не хочешь говорить – не надо. Артемий на Марью не смотрел вовсе, полностью раздавленный чувством вины и упреками.

– Жуткий он, – прошептала Поля, косясь на дверь. – И чего он там искал, в наших головах?

– Идемте, я отведу вас в библиотеку, – произнес Артемий ровным голосом, показывая, что обсуждать что-то из сказанного внутри кабинета не намерен, как и комментировать степень жуткости Дария. – Вам нужно как можно скорее ознакомиться с основами. Читать придется много.

Вита опустила руки и возвела очи горе. Полина с Марьей хихикнули над ней и поспешили за удаляющейся спиной провожатого.

Библиотека потрясала своей величиной и обилием книг, высокими полками уходящих в темный потолок. Марья раскрыла рот и жадно оглядела все это богатство. Полина тоже рассматривала пыльные толстые тома с интересом. Виталина вся скривилась, ощущая себя явно не в своей тарелке. Литература никогда не была ее сильной стороной. Артемий подвел их к длинному столу, потарабанил пальцами по гладкой поверхности и громко позвал:

– Солнышко, ну где ж ты прячешься, выдь, выдь к добрым людям!

Среди полок что-то брякнуло, послышались шаги.

– Это ты, что ли, добрые люди? – совсем недобро сощурилась высокая стройная девушка и откинула назад длинные русые волосы, достающие до самых колен. – Да таких как ты сжигать надо живьем на потеху толпе.

Артемий хохотнул и улыбнулся светло и приветливо.

– Я, может, и не совсем людь, но вот их привел уму-разуму учиться. А ты могла бы и поскучать без меня, а? Посчитай, с весны не виделись.

– Да и еще бы век тебя не видеть, – фыркнула девушка и отвернулась, оглядывая пришедших. – Я Мирослава. Можно Мира.

Она была совсем-совсем такая же, как ее брат. Ни у кого не возникло и капли сомнений, кто перед ними. Только лицо ее было поживее. Видимо, все эмоции, выделенные на двоих, достались ей одной. Поля очнулась первая и представила всех троих, пытаясь не сбиваться и при этом не пялиться в светло-серые глаза очень уж любопытно.

– А этот чего с вами? – Мира кивнула на Артемия, когда с формальностями было покончено.

– Я, вроде, их куратор.

– Да ну? – поразилась та. – Тебя на привязи надо держать, а ты разгуливаешь с девицами! Мало тебе Агаты? Так хоть бы Таню пожалел, бесстыдник! Любит же тебя, засранца! Мать, как-никак!

– Ты чего взъелась? – опешил от такого напора парень. – Я тебе ничего не сделал.

Мира аж ахнула от возмущения и воинственно выхватила из-под стола первый попавшийся толстенный том. Взмахнула им и выдала:

– Из-за тебя Татьяна судьбу свою испоганила, а теперь еще и мой брат себя подставил, тебя, остолопа озабоченного, перед Дарием и Яном выгораживая!

– Я просил его, что ли?

– Это не имеет значения! – Мира хлопнула книгой по столу. – Пошел вон из моей библиотеки!

Артемий опасливо отскочил в сторону, а потом хохотнул и выдал:

– У тебя просто за триста лет ни одного мужика не было, вот ты и злишься.

Тяжелый том полетел в резво удаляющуюся спину и врезался в косяк двери через мгновение после того, как она захлопнулась. Не помнящая себя от злости Мирослава вдруг побледнела и распахнула глаза в ужасе:

– Это же был второй том рукописного издания зельника Аглаиды… Единственный экземпляр…

И, подхватив на ходу волосы и подол платья, она кинулась собирать развалившиеся странички.

– Вау, – выдала Вита веско, подводя итог животрепещущему диалогу.

Из-за стеллажей споро вынырнула тоненькая совсем юная девушка в черном платье с белым воротничком и оборками на подоле и принялась помогать Мирославе. Ее короткие волнистые темные волосы свесились на лицо, почти закрывая острый носик и черные блестящие глаза. Полина подскочила и тоже опустилась на колени у книги, помогая собирать. Втроем они быстро управились. Мира встала, поправила платье и бережно положила книгу обратно.

– Спасибо, Арина. Иди, займись переписью дальше.

Девушка кивнула и скрылась среди полок с книгами так же молча, как и пришла. Поля вздохнула и с жалостью поглядела на дверь, где так и пропал Артемий. Мирослава глянула вслед Арине.

– Помогает мне тут. В магии не сильна, да что уж поделать. Бедное дитя, ее семью покусали вампиры. Родителей и сестру не спасли, а ее упыри обратить хотели, да удалось воспрепятствовать. Среди людей ей уж не место, да и семьи нет. Вот и занимается книгами. Где учет ведет, где подклеит, где перепишет. Почерк у нее – загляденье. – Мира вздохнула и повернулась к девушкам. – И тебе спасибо, Полина. Сейчас, – Мира наконец вспомнила, зачем они все тут столпились. – Вот, я для вас уже приготовила чтива на первое время. – Она склонилась под стол и выпрямилась, бухнув на его поверхность с десяток фолиантов. – Этого вам на пару недель хватит, и, кстати, советую конспектировать.

С этим напутствием она снова нырнула вниз и извлекла на свет стопку толстых тетрадей и горсть ручек.

Даже Марья с Полиной удрученно выдохнули, что уж говорить про Виту, которая чуть не плакала от обиды и разочарования.

– В ветеринарке столько не задавали… – протянула она с ужасом.

Марья смолчала: им задавали и не столько. Полина, смирившись, подхватила тетради и ручки и сунула их сестре. Потом взяла пять верхних книг и всучила их Марье, а оставшиеся взяла себе.

– Спасибо.

– На здоровье, – улыбнулась Мирослава. – И держитесь подальше от Артемия. От него один вред.

Девушки неловко кивнули и вышли из библиотеки. Артемий ждал их, привалившись спиной к стене.

– Что, все грехи вселенной на меня свесила?

Марья покосилась на дверь, откуда они пришли, и покачала головой. Парень недоверчиво вскинул брови, но промолчал.

– Темочка, – жалобно позвала Полина. – Нам что, правда все это надо за две недели прочитать?