Юли Велл – Смотри в оба (страница 10)
Полина сжала ручку.
— А что мне делать? Специально писать хуже, чтобы не задевать чьи-то чувства?
— Хотя бы не светиться, — сказал он.
— То есть быть серой мышью? — Полина посмотрела ему в глаза. — Как все эти девочки, которые боятся открыть рот, чтобы не разозлить вашу четвёрку?
Он не ответил.
— Я не буду так, — сказала она. — Я пришла сюда учиться. Я имею на это право. Я олимпиадой это право заработала. А вы здесь — потому что у ваших пап есть деньги. Так что не тебе мне указывать, как учиться.
Тишина повисла в воздухе.
Волконский смотрел на неё. Долго. Тяжело.
Потом медленно, очень медленно, наклонился вперёд через стол. Так близко, что она чувствовала его дыхание.
— Ещё раз скажешь что-то про моего отца, — сказал он тихо, — и я сделаю так, что ты забудешь, зачем сюда пришла. Ты поняла?
Полина смотрела в его ледяные глаза.
— Поняла, — сказала она.
— Повтори.
— Я поняла.
Он откинулся обратно. Взял книгу. Открыл.
— А теперь иди. Мне надоело на тебя смотреть.
Полина собрала вещи. Не побежала — пошла. Спокойно. Ровно.
Но когда вышла в коридор, прислонилась к стене и выдохнула.
Козел!!
Сердце колотилось так, что темнело в глазах.
Она его боялась. По-настоящему. До дрожи в коленях.
Но когда он смотрел на неё — в его глазах было не только презрение. Было что-то ещё. Что-то, чего она не понимала.
В среду в библиотеку пришёл Тимофей.
Волконского не было. Полина сидела одна за своим столом у стены.
Молчун сел напротив неё. Не спросил разрешения. Просто сел.
— Ты смелая, — сказал он. — Или глупая.
— И то, и другое, — ответила Полина, не поднимая глаз.
— Лис бесится, — продолжал Тимофей. — Он не может тебя сломать. Это его злит.
— А зачем ему меня ломать?
— Потому что ты нарушаешь правила, — Тимофей пожал плечами. — Ты не боишься. Ты споришь. Ты смотришь прямо. Он не привык.
Полина подняла голову.
— А ты? Ты привык?
Тимофей промолчал. Встал и ушёл.
Полина осталась одна.
Она думала о Волконском. О его ледяных глазах. О том, как он сжимал челюсть, когда она сказала про его отца.
Она боялась его.
Но почему-то в этом страхе было что-то ещё.
Что-то, что заставляло её сердце биться чаще не только от ужаса.
СМОТРИ В ОБА
Глава 6. Горячий суп
К концу второй недели Полина поняла, что одной выживать невозможно.
Она сидела в столовой одна, как всегда, в дальнем углу, где её никто не видел. Перед ней стоял поднос с гречкой и компотом — самый дешёвый обед, который можно было купить на её стипендию.
— Можно?
Полина подняла голову.
Перед ней стояла та самая девушка — филологиня с каштановыми волосами, которую она спасла в библиотеке. В руках у неё был точно такой же поднос. Та же гречка. Тот же компот.
— Конечно, — сказала Полина. — Садись.
Девушка села напротив. Помялась.
— Меня Даша зовут, — сказала она. — Даша Мельникова. С филфака. Ты меня, наверное, не помнишь…
— Помню, — перебила Полина. — Ты плакала в библиотеке.
Даша покраснела.
— Прости, что я тогда убежала. Оставила тебя одну с ними. Я… я просто испугалась.
— Всё нормально, — сказала Полина. — Я сама испугалась.
Они помолчали.
— Ты смелая, — сказала Даша тихо. — Я бы не смогла так.
— Не смелая. Глупая, — Полина усмехнулась. — Меня за это наказали.
— Как?
Полина посмотрела на свои руки.
— Неважно. Давай есть, а то остынет.
С этого дня они стали сидеть вместе.
Даша оказалась из Челябинска. Мать — учительница, отец — водитель автобуса. Тоже бюджетница, тоже олимпиадница, тоже чужая в этом мире золота и мрамора.
Они быстро сдружились.
Полина впервые за месяц почувствовала, что не одна. С Дашей можно было говорить по-настоящему — без оглядки, без страха, что донесут. Даша не лезла в душу, не задавала лишних вопросов, но всегда была рядом.
— Они тебя опять трогали? — спросила Даша в пятницу, заметив синяк на запястье Полины.
— Нет. Сама ударилась.
— Врёшь.