Юки – Эстер. Сбежавшая невеста (страница 5)

Сложно было изображать из себя парня, ведь надо было помнить о множестве вещей разом. Походка, речь, манера держаться, и даже вот такие мелочи, как страхи, тоже играли свою роль. Много ли на свете мужчин, которые боятся грызунов?

Спасало то, что все детство провела рядом с братьями, нахватавшись от них привычек, всяких словечек и манер. Но обманет ли это кого посерьезнее?

Но, кажется, мой новый знакомый оказался весьма рассеянным типом, и мое поведение его, похоже, не удивило. Однако вопросы у него все равно возникли.

– Слушай, а сколько тебе лет? – задумчиво поинтересовался парень, усевшись за стол. – Вроде взрослым выглядишь, а голос ломается.

Он откуда-то извлек кусочек хлеба и начал методично крошить его на стол, скармливая крошки своему жуткому зверьку.

– Сам ты ломаешься! – сердито парировала я, пряча испуг за возмущением. – Просто... Я певец вроде как. Тенор. Просто иногда срываюсь.

Я почти не соврала ему. Петь я любила просто безумно. Можно сказать, это было моим главным увлечением, и репетиторов по магическим наукам, в которых мне отказывал отец, заменила учительница по вокалу. У меня оказалось прекрасное сопрано, звонкое и чистое, и моя наставница не могла нарадоваться, пророча мне прекрасное будущее. И даже на гитаре играть я умела, радуя подруг долгими зимними вечерами импровизированными концертами.

Однако отец и тут решил за меня, выбрав мне судьбу замужней женщины.

– Серьезно? – Парнишка изумленно открыл рот, забыв про хлеб. – Ух ты! А спой что-нибудь.

– Делать мне больше нечего, – пробурчала я и с опаской уселась на краешек сиденья напротив.

– Ну, пожалуйста!

И снова этот взгляд брошенного щенка. Да сколько можно?!

– Вот придешь вечером в вагон-ресторан – и услышишь, – отрезала я, не желая с ним спорить.

Надувшись, мальчишка какое-то время возился с крысой, я же, испуганно косясь на клетку, старалась свыкнуться с мыслью, что придется делить купе с этими двумя. Минут пять мы просто молчали, пока мой сосед вдруг не спохватился.

– Кстати, я Оливер, – протянул он мне руку, вытерев ее о пиджак. – Мы ведь так и не познакомились.

Мне не особо хотелось пожимать ему руку после крысы, но это было бы крайне невежливо. Нам ведь еще ехать вместе несколько суток.

– Я Брендон, – ответила ему, вкладывая в рукопожатие всю силу, чтобы не выдать себя.

И, кажется, перестаралась, потому как лицо Оливера вдруг скривилось, и он едва слышно зашипел, тут же выдернув руку.

– Куда едешь, Брендон? – потирая ладонь, спросил парень.

Его любопытство казалось искренним, и я не стала скрывать очевидного.

– В магическую академию поступать. Внезапный дар открылся, вот родители и отправили меня туда.

– О, и я тоже! – продолжил фонтанировать радостью Оливер, дико раздражая меня этим. – Надо же, какое совпадение! А в какую?

– Ну, та, что в Окланде, такое название еще заковыристое у нее...

– Имени Людвига Венценосного?

– Ага, – снова кивнула я. – Ты же знаешь, она единственная в королевстве, которая принимает таких взрослых адептов, как я.

Эта академия действительно была чем-то сродни высшей школе для тех, кто уже закончил обычную и хотел развить талант, а также для тех, кто слишком поздно узнал о способностях и не умел ими управлять. Однако академия считалась элитной, и брали туда лишь детей самых знатных аристократов, или же если у поступающего был большой потенциал.

В моем случае оставалось надеяться лишь на второй вариант, и я была почти уверена, что поступлю туда. Недаром ведь Дэвид так желал заполучить меня в качестве жены.

Я присмотрелась к Оливеру. Интересно, а он богат или же просто сильный маг? Одет не слишком модно: в обычный твидовый пиджак и простые брюки, запонки на рубашке и те просто позолоченные. Значит, все-таки талантлив.

– Удивительно!

Голос парня выдернул меня из раздумий, и я непонимающе уставилась на него.

– Что именно?

Оливер же вскочил на ноги, чуть не смахнув со стола стакан с чаем в тяжелом железном подстаканнике, и взбудоражено заходил по купе.

– Так и я туда же еду! Это же здорово, может, даже будем на одном факультете учиться!

Я его восторгов не разделяла, но понимала, что друзья мне в будущем очень пригодятся. И потому, натянуто улыбаясь в ответ, кивнула.

– Да, я тоже рад этому.

Глава 8

Обрадовавшийся новому знакомству Оливер оказался по-женски болтливым. Он не замолкал ни на секунду, так что у меня не было ни единой возможности его о чем-то спросить. Впрочем, вряд ли он нуждался в моих вопросах: и без них справлялся неплохо.

А еще в качестве извинений за утренний инцидент с крысой Оливер притащил из вагона-ресторана горячий кофе, бутерброды с вяленым мясом и несколько плиток шоколада. Странный выбор для мужчины, но я обрадовалась: сладкого хотелось до безумия.

– Да ты понимаешь, – говорил Оливер, пока я с наслаждением допивала кофе, – отец-то у меня как слег, сразу же паника началась. Только и слышали: а как же деньги, а как же имение… Тьфу, как будто жизнь человека ничего не стоит. Но, главное, я ведь его старший сын, поэтому все бремя ответственности легло на меня. Честно скажу, я никогда об этом не мечтал.

– Удивительно, – пробормотала я, откусывая внушительный кусок шоколада.

– Почему? – искренне удивился Оливер. – Ну вот представь, живешь ты всю жизнь с мыслью, что впереди у тебя академия, научные открытия, рукоплещущие залы. Да я мог бы изобрести новое заклинание или зелье! А вместо этого свожу бухгалтерию поместья в огромной амбарной книге, выслушиваю жалобы фермеров. Это важно, конечно, но совсем не предел мечтаний. Но главное даже не это!

– А что?

– Невеста. – Мой новый друг страдальчески закатил глаза. – Когда заболел отец, они с матушкой рассудили, что одному мне будет тяжеловато, а еще что любому делу нужна женская рука. Уж не знаю, почему они выбрали именно эту ручищу… Да что я рассказываю, у меня же даже ее портрет с собой есть!

Оливер принялся копаться в дорожной сумке, выискивая листок с изображением его драгоценной невесты, а я не удержалась от вопроса:

– Зачем ты вообще его взял с собой, если она, судя по всему, так тебе не нравится?

– Вряд ли она вообще кому-то может понравиться, – вздохнул мой собеседник. – А что до портрета… Знаешь, это на случай, если я вдруг забуду, почему сбежал. Мне невероятно повезло, если можно так сказать о смерти троюродной тетушки Мариэт. Детей она не нажила, супруг ее ушел в мир иной лет десять назад, а она отчего-то объявила меня своим любимчиком и завещала мне приличное состояние. А еще, весьма удобно, оно все оказалось на банковских счетах. А не в натуральном виде. В самом деле, что бы я делал, достанься мне, к примеру, конюшня с лошадьми или стадо крупного скота? Или поля. А так я попросту взял все деньги и… Черт, ты же не соберешься меня грабить?

– Оливер, тебя охраняет боевая крыса – как я могу? – еле сдерживая смех, отозвалась я.

– Вот и славно. – Парень мигом успокоился. – А то я подумал, рассказал тут, что у меня в сумке, мало ли.

– Только больше никому не рассказывай, – серьезно посоветовала я. – Не все же боятся твою Ливси.

– Да уж не дурак!

Вот с этим я бы поспорила. В целом, Оливер производил скорее приятное впечатление. Наивный, бесхитростный, но одновременно достаточно умный и сообразительный. И, судя по его рассказу, одарен он был сразу всем: и магией, и финансами. Так что местечко в академии для него точно отыщется. А что до меня… Нужно будет постараться туда добраться.

Выговорившись и допив кофе, Оливер неожиданно уснул, прижимая Ливси к груди. А я смотрела в окно на проплывающие деревушки и думала о том, какая все-таки шутница – эта судьба: столкнуть в одном купе двух беглецов от навязанного брака. Будь я в своем облике, со смехом поделилась бы с попутчиком увлекательной историей. Но сейчас это было бы глупо, нужно было подальше спрятаться от Дэвида.

Время до вечернего выступления пролетело незаметно. Я собиралась в вагон-ресторан, а проснувшийся Оливер вдруг выразил желание отправиться со мной. И почти уже ушел, когда я напомнила, что неплохо бы наложить хотя бы какую-то защиту на его драгоценную сумку с наследством. В результате мы едва не опоздали, потому что под «какой-нибудь защитой» Оливер, как оказалось, понимал практически все высшемагические заклинания.

В вагоне-ресторане нас встретил Рик, нервно выщипывающий край сигары. Благо он не догадался сначала ее зажечь.

– Где тебя носит, Брэм?! – напустился он с порога. – Я уж подумал, что ты не придешь.

– Я держу свое слово, Рик, – возразила я, оглядывая столики.

Сказать, что яблоку негде было упасть, – это не сказать ничего. Люди сидели в два слоя: девушки устроились на коленях своих и чужих мужчин, кто-то облокотился на краешек стола. Сцена была уже установлена, и все с любопытством поглядывали на меня.

– Посади куда-нибудь моего друга, пожалуйста, – попросила я, показав на Оливера, которому подмигивали из угла сразу две пышногрудых блондинки. – Подальше от приключений.

Рик хмыкнул, подхватил зазевавшегося Оливера и устроил его за своим столиком. А я в прекрасном настроении отправилась петь.

Глава 9

Кажется, весть обо мне прошлась по всему поезду, и я буквально утонула в аплодисментах, когда закончила петь. В этот раз я чувствовала себя более уверенно и даже распелась быстрей, чем обычно, получая от самого процесса небывалое удовольствие. Мой измененный магией мелодичный, глубокий голос, льющийся, словно река, по всему вагону, вызывал и у меня самой мурашки и уносил в неведомые дали.