Юки Онна – Токийская рапсодия (страница 2)
Июньским жарким днём, в пустом концертном зале симфонического оркестра звучала невероятная музыка, исходящая от одной маленькой скрипки, на которой виртуозно играл юноша. Он стоял с закрытыми глазами, в чёрном классическом костюме, из под лацкана пиджака виднелся белоснежный воротник рубашки. Его плечи прекрасно гармонировали с изящной фигуристой скрипкой, которую он нежно придерживал рукой, упираясь щекой об подбородник. Другой рукой он держал смычок, которым плавно скользил по струнам, отчего музыка разливалась по всему концертному залу.
– Ты же трудишься усердно? – Спросила строго женщина сидящая на первом ряду, прерывая игру юноши стоящего на сцене.
– Меня мучает бессонница.
Тэкуми опустился на колено, укладывая скрипку в футляр, лежащий перед ним на сцене.
– Что же этому причина?
Голос женщины смягчился. Она приподнялась, подошла к краю сцены, разглядывая лицо юноши и пытаясь встретится с ним глазами.
Красивые мужественные руки аккуратно уложили смычок, рядом со скрипкой и закрыли футляр.
– Ты ведь знаешь, через месяц состоится долгожданный конкурс, где я буду выступать с оркестром.
Женщина подобрала в обе руки лицо Тэкуми, заставляя посмотреть в свои глаза.
– Я уже договорилась с продюсером. Ты будешь участвовать в конкурсе юных скрипачей. Мне пришлось весь вечер сопровождать его, чтобы заполучить место.
Глаза Тэкуми сузились а губы превратились в тонкую ниточку, размахнув руки женщины, он отскочил от неё и попятился назад ошарашено.
– Только не говори, что ты уже всё решила! – Голос раздался эхом и разлетелся по концертному залу.
– Разве я не обязана заботиться о таких вещах?! Ведь ты мой единственный ребёнок!
Властно женщина бросила вдогонку сыну, который почти покинул сцену.
– Ты хоть раз, по-настоящему заботилась обо мне? – Тэкуми ушёл, одёрнув бархатный занавес кулис.
В Токио жизнь кипит красками. В непрерывном потоке людей, бывало чувствуешь себя никому ненужным, абсолютно одиноким и никчёмным. А когда тебе шестнадцать, да ещё у тебя нет друзей, то всё усугубляет положение. Таковой была жизнь Тэкуми. Он родился, вырос в обществе матери, которую не видел месяцами из-за постоянных гастролей оркестра, где она работала. А их короткие встречи, всегда заканчивались упрёками и нотациями, что сын талантливой пианистки, должен стать великим скрипачом. Мать с детства, постоянно брала Тэкуми на светские вечера, где играла на пианино, а маленький скрипач аккомпанировал ей. Стоило ему исполнится пять лет, как его впервые начали приглашать на такие мероприятия. Якобы благотворительные вечера, где собирались влиятельные господа из всевозможных верхушек, сходка благодетелей от которых сводит желудок. Тэкуми ненавидел подобные вечеринки, куда его приглашали сыграть на скрипке, он чувствовал себя в такие моменты театральной куклой, на которого глазели ради развлечения. Являясь гениальным талантом, одарённым ребёнком, он был лакомым кусочком для тех, кто готов был заплатить баснословные деньги, лишь бы поймать лучи гениальности юного дарования. Такое признание давалась молодому сознанию тяжело, он чувствовал себя опустошённым, после каждой подобной игры на скрипке. Тэкуми казалось, что тень матери будет преследовать его всю жизнь, волочась за ним словно собственная и подталкивая на жизненном пути. Глубоко в душе, он чувствовал себя одиноким, поэтому угнетался многочасовыми упражнениями на скрипке, изнуряя тело от нехватки отдыха, чтобы хоть как то заполнить душевную пустоту, от отсутствия материнской и отцовской заботы. Бывало днями запирается в комнате и не выходит, пока не добьётся идеального результата в игре. Состояние Тэкуми усугублялось по мере взросления и становления личности. Было мало изнуряющих упражнений, вдобавок к этому же, он всегда мучился вопросом, о своём происхождении а точнее кто же является его отцом. Может он был тоже музыкантом? Или обычным офисным работником? А вероятнее поклонником творчества матери. То, что он никогда не видел отца отягощало ему жизнь, да и мать тоже не говорила о нём ни разу, даже плохим словом не упоминала. Ведь для любого юноши, иногда хочется получить отцовское наставничество, как для любой девушки материнские заботу и поддержку. Лишь однажды, он набрался смелости спросить об отце, на что получил лишь негодующий взгляд матери и душераздирающую мелодию, что она сыграла на пианино. С того дня, он больше не интересовался о своём происхождении. Тэкуми было понятно, что он появился на этот свет не от большой любви, а лишь с одной целью, стать продолжением материнских амбиций и иллюзий, которые она возложила на плечи сына. С самого юного возраста, только он научился крепко стоять на ногах и умело держать палочки для еды, его жизнь превратилась в сплошную репетицию, где не было места обычным детским забавам. Даром которым наделила его судьба, им было мало просто обладать, его нужно было бесконечно развивать, но при этом не растерять себя при малейших неудачах, которые периодически случаются на жизненном пути.
Тэкуми чувствовал себя втиснутым в золотую клетку, куда заманила его собственная мать. Его самые яркие годы и детские фантазии с каждым днём меркли, под пристальным надзором матери, что устраивала каждый раз по приезду оценочные выступления в пустом концертном зале, с холодным выражением лица, приучая сына держаться на сцене и безжалостно вынося вердикты насчёт игры на скрипке. Тэкуми с трудом мерился с таким положением дел, но никак не мог сопротивляться материнскому наставничеству, являясь единственным ребёнком и членом семьи матери. Он понимал, что в этом огромном мире, они у друг друга одни и поэтому каждый раз пытался держаться за мать, не смотря на её своевольный характер. Но на этот раз, мать Тэкуми перестаралась, расставив приоритеты в его жизни, на своё усмотрение, что изначально следовало и ожидать.
Поэтому, Тэкуми поднялся на крышу здания симфонического оркестра, передохнуть от материнского надзора и побыть на минуту в спокойствии. Посмотрев куда-то перед собой в даль, в его голову проникла порывистое и пробивающейся через все законы адекватного отвратительная идея. Потянувшись вперёд и посмотрев лениво вниз, взгляд Тэкуми наполнился жутким желанием, наблюдая с головокружительной высоты на длинную дистанцию, где внизу расположились мусорные баки для различных отходов. Тэкуми флегматично перелез через парапет, вставав на узкий край крыши прижимаясь поясницей к нему. Жаркие лучи июньского солнца осветили ему спину, будто подталкивая совершить отчаянное безумство, на которое он решился не обдуманно. Вот кто придумал делать такие низкие ограждения? А самое главное для чего? Для того кто решил покончить жизнь самоубийством, оно совсем не явилась бы препятствием, как и защитой для того, кто просто решил постоять на крыше и понаблюдать за городским пейзажем, подумал он про себя без иронии. В любом случае Тэкуми уже было не остановить, ведь он даже не колеблясь перелез через ограждение, будто никогда не боялся упасть с огромной высоты. Прикрыв веки от хлынувшего в лицо горячего воздуха и прислушиваясь к городскому гулу тянувшегося до ушей, от проезжающих где-то автомобилей, пролетающего над ним самолёта. Не смотря на оживлённый шум Тэкуми был спокоен. Его сердце не колотилось бешено, дыхание было ровное а на лице не было страха. Он выпрямился, выставляя кончики оксфордов вперёд, будто прощупывая неосязаемую пустоту под пальцами ног, затем закрыв глаза наклонился слегка корпусом вперёд, готовый совершить убийственный прыжок. Смерившись, что через пару секунд станет мертвецом свободным от проблем, угнетающих мыслей, общественного давления и вообще от всего на свете, что так терзало его в последнее время. У Тэкуми возникло странное ощущение, будто его внутренний отчёт времени прекратился, а земля вовсе замедлила своё вращение. Тэкуми представилось, как он лежит на земле лицом вниз, без признаков жизни, с раскинутым по стороны руками и ногами, от чего его охватил невидимый восторг. Именно в этот миг, он подумал, что нет ничего больнее в жизни, чем просто жить, разыгрывая перед лицедействующим окружением матери спектакль и играя роль идеального ребёнка.
– Подождите.
Сзади Тэкуми раздался голос. Тэкуми открыл глаза и выпрямился. Он оглянулся назад на девушку, что встала в нескольких шагах от него. Её взволнованное лицо перекосилось от испуга, а на губах появилась кривая нервная улыбка, которой кажется она надеялась спасти кого-то от самоубийства. Тэкуми равнодушно отвернулся от неё и закрыл глаза.
– Не делайте этого!
Девушка крикнула ему в спину. Тэкуми выругался себе под нос раздражённо. Тэкуми закричал развернувшись, осипшим от жажды голосом.
– Не могла бы ты свалить отсюда!
– Я не уйду!
– Ты ведь не хочешь стать свидетелем?
– Я ни за что не уйду!
– Не суйся! Я пропащая голова, не управляющая своей жизнью! Так какой в ней смысл?
Девушка, приблизилась к нему незаметным шагом.
– Одна усталость за все труды досталась. Неужели мне даже нельзя выбрать как умереть?
– Я тоже не управляю своей жизнью. Жизнь вообще тяжёлая штука! Иногда кажется, что я больше так не могу, но всё же есть вещи которые меня радуют и поэтому продолжаю идти вперёд! И у вас ведь есть вещи, которые приносят вам радость? Может вы любите слушать музыку? Я вот обожаю классическую музыку, поэтому пришла на вечерний концерт. Хотите вместе его посмотрим?