Юхо Паасикиви – Моя работа в Москве и Финляндии в 1939-1941 гг. (страница 55)

– Рюти: Мы хотим максимально быстро прояснить этот вопрос. Поскольку сейчас мы пришли к взаимопониманию по важнейшим вопросам, нет смысла продолжать войну.

– Молотов: Сначала надо подготовить договор и только после этого можно остановить военные действия. Иначе переговоры могут легко зайти в тупик. Сначала лучше договориться, а потом прекратить военные действия.

После этого обсуждались технические детали, касавшиеся подготовки договора. В завершение Молотов заявил: «Поскольку мы сейчас пришли к взаимопониманию, хочу выразить благодарность советского правительства правительству Швеции за его содействие восстановлению мира между двумя странами. Советское правительство высоко оценивает действия министра иностранных дел Гюнтера, министра Ассарссона и госпожи Коллонтай в этом деле. По мнению советского правительства, мир можно скоро восстановить».

– Рюти: В связи с посреднической деятельностью Швеции возникли некоторые недоразумения, вызывающие сожаление, которым мы, однако, не хотим уделять особого внимания. Поскольку договор уже практически готов, и мы можем выразить нашу признательность правительству Швеции за его посредничество.

После заседания мы отправили своему правительству следующую телеграмму: «Они не пошли ни на какие уступки, условия надо было принимать. Вместе с тем, обещали до завтрашнего дня обсудить три более мелких уступки. Окончательное предложение по договору получим завтра. Они не согласились на перемирие, военные действия завершатся с подписанием договора, что мы стараемся всячески ускорить».

Таким образом, вопрос был решён. На следующий день, 12 марта, мы получили телеграммой информацию о следующем заявлении английского правительства, с которым накануне на заседании парламента выступил премьер-министр Великобритании Чемберлен: «Как знает нижняя палата, правительства Франции и Великобритании постоянно направляли и направляют Финляндии материальную помощь. Она имеет огромное значение для Вооружённых сил Финляндии. Как уже сообщали финскому правительству правительство Его Величества и правительство Франции, они готовы по просьбе правительства Финляндии совместно и безотлагательно оказать помощь Финляндии всеми имеющимися в их распоряжении средствами».

Такое заявление в пользу Финляндии, сделанное премьер-министром Великобритании от имени двух великих держав на заседании нижней палаты парламента, уже само по себе имело для нас большое моральное и идейное значение, какие бы собственные цели не связывали с этим западные великие державы. Оно показывало, что Финляндия поднялась из положения неприметности, являющейся долей молодых малых государств. К сожалению, реальная ситуация была такова, что Англия и Франция, так же как и Соединённые Штаты, не могли осуществить свои намерения по действительной и эффективной помощи Финляндии. Нам нужно было воспринимать реальность такой, какой она была. Ход событий нельзя было изменить.

Четвёртая встреча состоялась в Кремле 12 марта в 17 часов. Мы получили проект советской делегации по мирному договору и протоколу к нему только за час до заседания, сосредоточившись на изучении основных положений. Поэтому дискуссия на этой встрече свелась к обсуждению общих моментов, а окончательная дискуссия была перенесена на новую встречу, которая должна была состояться вечером того же дня.

Проект, подготовленный русскими, в общем и целом, соответствовал окончательному мирному договору, за исключением третьей статьи, которая содержала лишь запрет на создание военных союзов, направленных против другой договаривающейся стороны, и на вступление в такие коалиции, но в нём не упоминалось требование воздерживаться от нападения. Плата за аренду полуострова Ханко предлагалась в размере 5 миллионов финских марок в год. Далее говорилось, что финские войска должны быть выведены с территории Ханко в течение трёх дней, а железная дорога Салла – Кемиярви должна быть обязательно построена в течение 1940 года. И наконец, обмен ратификационными грамотами должен быть произведён в течение трёх дней с даты подписания договора. В проекте протокола предлагались слишком сжатые сроки отвода войск.

В начале заседания Рюти вновь предложил внести в проект изменения, которые мы ранее предлагали, поскольку, по нашему мнению, линию границы можно было в некоторых местах скорректировать, не нанося ущерба обороне Ленинграда, что, напротив, позволило бы избежать ущерба интересам Финляндии.

– Молотов: Правительство Советского Союза не согласилось на ваши предложения, и, следовательно, мы не можем внести в наши требования такие изменения, которые содержали бы уступки Финляндии. Напротив, я вынужден заметить, что в нашем государстве в широких, особенно очень широких, военных кругах господствует точка зрения, согласно которой и Печенгу не надо возвращать Финляндии. Хотя у нас никогда ничего не делается, что противоречило бы мнению народа, советское правительство всё же готово оставить территорию Печенги, или Петсамо, Финляндии. Кроме того, мы уже 23 февраля передали наши минимальные требования и сейчас не можем их смягчить. Переговоры длятся долго. Нехорошо поднимать новые вопросы или выдвигать новые предложения.

– Рюти: Предлагаю при определении границы не нарушать интересы населённых пунктов, за исключением тех случаев, когда это крайне необходимо. Например, в Энсо4 планируемая граница пройдёт по территории больницы и пересечёт заводскую территорию.

– Молотов: Конечно, граница не должна быть абсурдной. Подобные вопросы может решить в рабочем порядке демаркационная комиссия.

– Рюти: Обмен ратификационными грамотами в течение трёх дней технически невозможен, поскольку в Финляндии ни в коем случае в столь короткие сроки не успеют осуществить эту процедуру.

– Молотов: Прошу предложить новую дату.

– Я: В Финляндии ратификация требует согласия парламента. После того как вопрос будет вынесен на обсуждение парламента, договор ратифицирует Президент Республики.

– Рюти: Предлагаю во избежание ненужного кровопролития заключить перемирие незамедлительно, уже до ратификации мирного договора. По моему мнению, с началом мирных переговоров не нужно продолжать военные действия и кровопролитие.

– Молотов: Как мирный договор, так и перемирие вступят в силу одновременно. Мы не будем объявлять перемирие до подписания мирного договора.

Далее мы поинтересовались, каким будет положение гражданских служащих на территории полуострова Ханко, на что Молотов заявил, что Советский Союз готов выкупить у Финляндии территорию Ханко, если на это согласится правительство Финляндии. Ведь в своё время даже такая огромная территория, как Аляска, была продана другому государству. Если территория Ханко будет передана в аренду Советскому Союзу, то управлять там будет советская военная администрация.

На это Рюти ответил, что положение Аляски было совсем другим, поскольку она находилась далеко от центра России. В Финляндии до получения независимости, например, в Выборге, размещались как финские, так и русские войска, что не мешало работе гражданских чиновников и местных властей.

Молотов сказал, что тогда ситуация была иной, поскольку Финляндия была Великим княжеством в составе России.

Я поинтересовался, каким будет положение гражданского населения в Ханко и как будут решены вопросы собственности.

– Молотов: На территории Ханко власть будет принадлежать военно-морским силам Советского Союза. Если возникнет ущерб гражданам Финляндии, то правительство Финляндии может позаботиться о компенсации.

– Рюти: Предложенная сумма в 5 миллионов марок совершенно недостаточна.

– Молотов: Война привела к такой ситуации. Ей соответствуют и наши требования. Предлагаю годовую аренду размером в 6 миллионов марок.

– Рюти: Аренда должна соответствовать нормальным ценам.

– Молотов: Положение было совершенно иным до войны. У войны свои законы. Сейчас я предлагаю 6 миллионов. Хочу лишь заметить в этой связи, что любая другая великая держава потребовала бы ещё и контрибуцию. Как я сказал, мы готовы купить территорию.

– Я: Каково взаимоотношение заключаемого сейчас мирного договора и Тартуского мирного договора? Останутся ли положения этого договора в силе, если они не будут сейчас изменены или отменены?

– Молотов: Нет, не останутся, так как новый договор заменяет собой Тартуский мирный договор, который вследствие войны прекратил своё существование. Если будут другие вопросы, то мы можем договориться о них позже.

Мы также заметили, что в связи с договором надо решить ряд гражданских вопросов, но Молотов ответил, что по этим вопросам можно поговорить позже.

– Рюти: Сколь большим будет гарнизон, размещение которого предполагается в Ханко?

– Молотов: Да там много и не поместится.

– Рюти: Можно ли предположить, что там, возможно, будут дислоцированы силы, которые предполагается применять против Финляндии.

– Молотов: Об этом не может идти и речи.

Я спросил, как предполагается решать вопросы, вытекающие из права оптации, то есть выбора гражданства населения, на что Молотов ответил, что они будут согласовываться отдельно.

Потом говорили об упомянутых в проекте протокола сроках, в течение которых должны быть отведены войска. Вальден предложил их продление.