Юдханджая Виджератне – Цифровая каста (страница 1)

Юдханджая Виджератне

Цифровая каста

Данная книга представляет собой художественное произведение. Все места, имена и названия – включая упоминания социальных сетей Facebook и Instagram, принадлежащих компании Meta Platforms, деятельность которой с 2022 года запрещена на территории Российской Федерации, – являются плодом воображения автора либо используются в вымышленном контексте. Любые сходства с реально существующими людьми, организациями, местами или событиями абсолютно случайны.

Книга содержит упоминание наркотических или психотропных веществ, употребление которых опасно для здоровья, а их незаконный оборот влечет уголовную ответственность. Обращаем внимание, что информация о подобных веществах и связанной с ними незаконной деятельности используется лишь в художественных целях.

Часть I

Мне всегда нравилось находиться за объективом камеры. Нравилось, как это выделяет тебя из толпы и дает возможность парить где-то на периферии, лишь время от времени спускаясь на землю, чтобы запечатлеть очередной момент.

В каком-то смысле это проще, чем писать. Как писателю, мне приходится разбираться в людях, разговаривать с ними, вторгаться в тишину, вооружившись дюжиной непринужденных острот, которые помогают завязать разговор. И даже после этого люди продолжают держаться настороже. Никто не хочет, чтобы где-то был записан его пьяный разговор.

Быть фотографом – совсем другое дело. Люди приходят к тебе сами. Они улыбаются. Они флиртуют. Стараются показать себя с лучшей стороны. Ведь никто не хочет огорчать камеру.

Стоп.

Меня уводит в сторону. Препараты. Шум. Судя по будильнику у кровати, у меня осталось всего несколько часов, прежде чем они найдут это место.

Я хочу рассказать вам одну историю. Правдивую историю. И сделать это по старинке. Не хочу выкладывать ее на Facebook*, YouTube или Anagram; не хочу, чтобы мой голос и мой текст принадлежали какой-нибудь безликой компании-монолиту. Я хочу написать о Джулиусе Коммоне и компании NumberCorp.

ПАТРИК ОДОМИР УДО

Марракеш, 3 мая 2071 года

Глава 1

Моя мать скончалась 3 февраля 2030. Это стало плохим началом хорошего года.

Служба здравоохранения пришла к нам, чтобы забрать тело. Двое человек в белых костюмах сконфуженно постучались в дверь нашей крохотной квартирки; прямо у них на глазах отец коснулся губами ее руки. Я вышел на балкон, куда свет проникал лишь после того, как солнцу удавалось пробиться сквозь бетонный лес Чикаго. Когда я вернулся, ни их, ни матери уже не было.

У отца, старого журналиста, было лекарство на случай смерти; он достал из шкафчика бутылку виски и налил себе рюмку. Особых причин для поминок у нас не было, но мы их все равно устроили.

– Поминки нужны живым, а не покойникам, – сказал отец, открывая двери всем, кто жил в блоке С.

Так я и встретился с Джулиусом Коммоном.

Я все еще помню его так, будто это было вчера. Он был лысым и грузным – почти тучным. Одет целиком в черное – в костюм обманчиво простого вида, по которому сразу понимаешь, что стоит он больше твоей месячной зарплаты. Люди расступались, чтобы дать ему пройти, а их кружки разворачивались к нему, будто цветы навстречу солнцу. Когда он проходил мимо, разговоры затихали, а затем разгорались с удвоенной силой ему вслед.

Вблизи я понял, что он не такой уж толстяк: то, что я принял за жир, на деле было слегка заплывшими жирком мышцами. Человек такой комплекции кажется безобидным, пока не наденет смокинг или не ввяжется в кулачный бой.

– Джулиус Коммон, – со всей серьезностью представился он, протягивая мне руку. На ней яростными черными росчерками была выведена надпись «MEMENTO MORI». – Твой отец – мой старый друг.

Чепуха – у отца не было друзей. Люди вспоминали о нем, только если хотели, чтобы он что-то для них написал.

Тем не менее.

– Патрик Удо.

– Патрик ищет работу, – сказал отец. – Он тоже писатель. И ему надо чем-то зарабатывать на жизнь.

– Как и тебе, – заметил Коммон. – Watchman Press тебе хоть что-то платит?

– Я слишком стар для твоих стартапных штучек, – ответил отец. Он устал. Это было видно по его лицу. – Поговори с моим сыном.

Лишь много лет спустя я осознал всю значимость того факта, что Джулиус Коммон решил разыскать моего отца. Джулиус никогда никого не искал. Наоборот, люди сами искали с ним встречи.

Коммон протянул мне визитную карточку. Толстую. Тяжелую. Из настоящего картона. С мерцающим символом «=», сотканным из удивительно филигранных рисунков людей и городов. «NUMBERCORP» – значилось на ней. Там же был указан адрес в Калифорнии.

Он сказал, что ему нужен писатель. Я спросил, какого рода. Не помню точно, что мне тогда ответил Джулиус, но с его слов выходила какая-то работенка в духе корпоративного копирайтера. Меня это не впечатлило. В мире и без того хватает ферм контента, и мне не хотелось погрязнуть в написании текстов вроде «Десять вещей, которые вам следует делать перед завтраком» или «Почему вы должны голосовать за политика X». Так и чокнуться недолго.

– Дайте мне время подумать, – ответил я. – Нам нужно дождаться, пока разойдутся гости.

Коммон огляделся по сторонам. Он будто только сейчас заметил людей, заполнявших нашу мрачную квартиру. Людей, которые смотрели на него в ответ, недоумевая, кто он такой и что делает здесь в своем дорогом костюме.

– Эти люди никуда не денутся, – сказал он. – В отличие от меня.

Спустя несколько месяцев я открыл вебсайт своего банка. Обычно у меня не было причин туда заходить, но я нашел работу в качестве ассистента преподавателя, так что на моем счете скопилось немного денег. Работа была скучной и требовала просто исправлять недочеты, которые не заметил компьютер, но благодаря ей у меня появился шанс выбить студенческий кредит для учебы по магистерской программе. Я решил, что дополнительное образование может положительно сказаться на моем заработке. Не так уж много людей имеют степень магистра.

– Сэр, вы должны выдать нам доступ к вашему «Номеру», – сообщил льстивый чат-бот, выскочивший на экране моего ноутбука.

– К чему?

– К «Номеру», сэр. Скачайте приложение «Номер»…

– Постойте-ка, – перебил я.

– …а теперь войдите в систему с вашим удостоверением личности ООН…

– Скачиваю…

Бот постучал по экрану.

– Войдите в систему с вашим удостоверением личности ООН, – повторил он. Я так и сделал.

– Теперь введите номер банковского счета и этот одноразовый пароль, сэр. Мы перешлем им вашу банковскую выписку за последние пять лет. Пожалуйста, ознакомьтесь с условиями предоставления услуг и подтвердите, что согласны с ними.

На экране появилось число: 3480.

– Вам также нужно предоставить данные аккаунтов в Facebook* и других социальных сетях, сэр. Наличие связей повышает ваш рейтинг.

Я так и сделал. Facebook*. Instagram*. Visual.ice, где у меня хранились фотографии и была горстка подписчиков.

6032.

– Отлично, сэр! – отозвался банк, голос которого теперь звучал куда дружелюбнее. – Перед вами совокупная величина, которая дополняет традиционный кредитный рейтинг вашими социальными связями и другой доступной о вас информацией.

– Например?

– Что ж, сэр, вижу, вы закончили колледж Уитон, – ответил бот. – Как правило, посещение университета такого калибра заметно увеличивает ваш рейтинг. Не говоря уже о подписчиках в Facebook*. Как мы уже говорили, номер 6032 дает вам право на кредит третьей категории для личных, профессиональных или образовательных целей…

«Любопытно», – подумалось мне. Я закрыл чат-бот и начал наводить справки о компании, стоящей за этим самым «Номером».

«НОВЫЙ ФИНАНСОВО-ТЕХНИЧЕСКИЙ СЕРВИС ЗАДАЕТСЯ ЦЕЛЬЮ ОБЪЕДИНИТЬ КРЕДИТНЫЕ ПРОВЕРКИ С СОЦИАЛЬНЫМИ СЕТЯМИ».

«”ВЫ БОЛЬШЕ, ЧЕМ СЧЕТ В БАНКЕ”, – УТВЕРЖДАЕТ NUMBERCORP, И МЫ С ЭТИМ АБСОЛЮТНО СОГЛАСНЫ».

«СНАЧАЛА ООН, А ТЕПЕРЬ И БАНКОВСКИЕ СЧЕТА: НОВАЯ АВАНТЮРА КОММОНА».

Когда отец вернулся домой, в моем браузере было открыто штук двадцать вкладок. Большинство из них относились к NumberCorp, которая оказалась финансово-технологической компанией стоимостью в шесть миллиардов долларов. Главные технологические СМИ по большей части обходили корпорацию стороной, упоминая лишь о ее финансировании.

Оставшиеся вкладки касались Джулиуса Коммона. Социолог. Бизнес-магнат. Родился в 2000 году, на заре нового тысячелетия. Обучался в одном из самых хардкорных технических университетов Китая. Вернувшись к цивилизации в возрасте двадцати одного года, он создает «удостоверение ООН» – глобальную блокчейновую систему идентификации, которая перевернула с ног на голову всю паспортно-визовую индустрию. Затем использует вырученные деньги для создания инвестиционного фонда и, действуя с опорой на рынки предсказаний, вкладывает средства в масштабах всего рынка ценных бумаг. Исчезает на несколько лет, предположительно выйдя на раннюю пенсию, а затем появляется из ниоткуда в Кремниевой долине с NumberCorp, финансированием на миллиарды долларов, а ваш банковский счет вдруг начинает требовать «Номер».

«ДЖУЛИУС КОММОН И NUMBERCORP: ПЛАНОМЕРНОЕ ПРЕОБРАЗОВАНИЕ ОБЩЕСТВА»

Некоторым достается вся удача.

Отец, не сводя с меня глаз, подошел и вручил мне приглашение. Оно напоминало визитку и было сделано из старомодного картона – настоящая роскошь по нашим временам. «NUMBERCORP ПРИГЛАШАЕТ ВАС В КРЕМНИЕВУЮ ДОЛИНУ, – гласила надпись, сделанная элегантными буквами из чеканного золота. – АМБЕР-ТАУЭР, АТЕРТОН, КАЛИФОРНИЯ, 94027».