Перед женщиной я увидела спину в красной кожаной куртке с вышитым узором: дракон с разинутой пастью, выныривающий из моря. Куртка Рагнара. Он обернулся к нам.
– А вот и вы.
Под жиденькой, каштанового цвета челкой, которая сильно поредеет еще до того, как Рагнару стукнет тридцатник, блестели глаза хищника, злые и опасные, даже когда он улыбался. Или – особенно когда он улыбался. Возможно, он не случайно называл этот город саванной, а к мотоциклу у него был прицеплен крюк, при помощи которого Рагнар, по его собственным словам, «отмечал слабое животное в стае».
– Что за хрень? – выпалила я.
– Хрень, ага, – он улыбнулся еще шире, – есть возражения?
Я поняла, что он видел, как я заставляю себя промолчать. Цена того, что ты в банде, – это игра по правилам банды. В частности. Однако то, что случилось дальше, в правилах не прописано.
– День настал, Тупень, – сказал Рагнар, – твоя очередь.
– А?
– Давай, это не страшно.
Тупень поднял голову и вопросительно посмотрел на меня.
– Ему не обязательно. – Я и сама слышала, что голос у меня звучит напряженно.
– Обязательно. – Рагнар вызывающе посмотрел на меня, словно напоминая, что на должности заместителя он выглядел бы лучше меня.
Он ждал возражений, чтобы разыграть козырь, вот только я и так знала, что это за козырь.
– Приказ Брэда, – сказал наконец он.
– А сам Брэд где? – Я огляделась.
Все – и Тупень тоже – пялились на женщину на столе. И лишь в этот момент я заметила маленького мальчугана с вытаращенными глазами. Он сидел на кресле, развернутом к столу. Мальчику было года три-четыре, не больше, и он тоже смотрел на свою мать.
– Брэд наверху. – Рагнар перевел взгляд на Тупня. – Ну что, малыш, готов?
Один из братьев О’Лири подкрался к Тупню и стянул с него штаны. Все заржали. Тупень тоже, но он всегда смеется, когда другие смеются, чтобы никто не подумал, будто он ни хрена не понял.
– О-го-го, – проквакал Рагнар, – смотрите-ка, наш малыш готов.
Опять гогот. Громче всех смеялся Тупень.
– Скажи Ивонн, что ты готов, Тупень! – Рагнар посмотрел на меня.
– Я готов! – засмеялся Тупень, польщенный всеобщим вниманием. Остекленевшими глазами он пялился на женщину.
– Ни хрена, Тупень, – сказала я, – не смей…
– Неисполнение приказа, Ивонн? – весело проорал Рагнар. – Подбиваешь его не исполнять приказ?
– Я готов! – завопил Тупень.
Ему нравилось повторять фразы, смысл которых, как ему казалось, до него допер. Другие поставили его на стул, врубили музыку погромче и принялись двигать стул вперед.
Кровь у меня закипела. Боксерские матчи проигрываешь, когда перестаешь регулировать температуру собственной крови. Поэтому я проговорила – тихо, но чтобы Рагнару было слышно:
– За это, Рагнар, ты у меня огребешь.
Ножки стула скребли по полу. Женщина лежала, повернув голову к мальчику. По щекам у нее текли слезы, и она что-то шептала. Не выдержав, я подошла ближе и услышала делано спокойный и все же дрожащий голос:
– Все хорошо, Сэм. Все будет хорошо. Закрой глазки. Подумай о чем-нибудь хорошем. О том, что будешь делать завтра.
Я шагнула вперед, подхватила Сэма под руки и подняла.
– Отпусти его! – закричала женщина. – Отпусти моего сына!
Я посмотрела ей прямо в глаза.
– Он этого не увидит, – сказала я.
Подняв мальчика на плечи и придерживая его – а он вопил и вырывался, как недорезанный поросенок, – я направилась к двери в кухню. Рагнар преградил мне путь. Наши взгляды встретились. Не знаю уж, что он увидел у меня в глазах, но через пару секунд отвалил.
Нагнувшись, я перешагнула порог кухни, слыша, как мать малыша кричит сзади: «Нет!» Я прошла через кухню и оказалась в коридоре, по которому дошла до ванной. Посадив мальчика в ванну, совмещенную с душевой кабиной, я задернула занавеску и сказала, что если он будет сидеть тихо и зажмет руками уши, то мама скоро придет и заберет его отсюда. Потом я вытащила ключ из замочной скважины, вышла и заперла дверь снаружи. Я поднялась по лестнице, прошла мимо пары открытых дверей и, обнаружив закрытую, осторожно ее приоткрыла.
В комнату просочился свет из коридора. Брэд сидел на кровати, на которой спала девушка-блондинка, моя ровесница. Спала она в наушниках. Я такие наушники знаю, они с шумоподавлением, поэтому в них не проснешься, даже когда рядом гранаты рвутся.
Или когда у тебя под боком мордуют твою семью.
Брэд, похоже, тут уже давно сидел. Впрочем, и девушка была красивая, этакой романтической красотой, слегка старомодной. Не совсем в моем вкусе. Но явно во вкусе Брэда. Я его таким еще не видела – взгляд ласковый и томный, а на губах улыбка. Меня вдруг осенило: а ведь я вообще впервые вижу Брэда радостным.
Свет из коридора падал девушке в глаза, и она отвернулась, но так и не проснулась.
– Сваливаем, – прошептала я, – крики в гараже слышно. Соседи наверняка полицию вызвали.
– У нас времени куча, – сказал Брэд, – а ее с собой возьмем.
– Чего-о?
– Она моя.
– Ты чего, совсем башкой поехал?
Может, оттого, что я сказала это слишком громко, но девушка внезапно открыла глаза. Брэд снял с нее наушники.
– Привет, Эми, – прошептал он мягким, незнакомым голосом.
– Брэд? – Удивленно распахнув глаза, девушка будто машинально отодвинулась назад, подальше от Брэда.
– Тсс, – сказал он, – я пришел тебя спасти. Там, внизу, банда – твои родители и Сэм с ними. Захвати какую-нибудь одежду, и пойдем со мной. Там, за окном, лестница.
Однако тут эта девушка, Эми, заметила меня.
– Ты чего творишь, Брэд?
– Я тебя спасаю, – повторил он шепотом, – а остальные в гостиной.
Эми заморгала. Переварила услышанное. Быстро переварила – эту науку мы все усвоили.
– Я Сэма не брошу, – громко заявила она, – не знаю, что происходит, но либо помоги мне, либо вали отсюда. – Она повернулась ко мне. – А ты кто такая?
– Делай, как он сказал. – Я показала ей пистолет.
Не знаю, правильно я поступила или нет, Брэд про похищение ничего не говорил, но едва она попыталась встать, как Брэд ухватил ее за волосы, оттянул голову назад и прижал к ее носу и рту тряпку. Девушка дернулась, ее тело обмякло. Хлороформ – надо же, а я думала, он у нас кончился.
– Помоги дотащить, – бросил он мне и сунул тряпку в карман.
– Да чего ты с ней делать-то будешь?
– Женюсь и детей заведу.
А я-то, ясен пень, решила, что он стебется.
– Шевелись! – скомандовал он, подхватив девушку под руки, и выжидающе посмотрел на меня.
Я не сдвинулась с места. Не знала, смогу ли. Я посмотрела на плакат у нее над кроватью. Я слушаю эту же группу.
– Это приказ, – добавил Брэд, – так что решай.
Решай. Я, естественно, знала, что это значит. Решай, хочешь ли остаться вместе с единственной у тебя семьей. Под единственной у тебя защитой. Решай прямо сейчас.
Я пошевелилась. Наклонилась вперед. Ухватила девушку за ноги.
