Ю Камия – Два игрока бросают вызов всему миру (страница 18)

— Отныне, Корон, главой поселения у нас будешь ты. Не подведи! 

— А... Э... Что?..

С довольной улыбкой всучив Корон карту, он встал и потянулся.

— Вот тут будет ваше новое поселение. А здесь — туннель, который ведет в безопасную подземную пещеру. Мы там, конечно, слегка намусорили, но жить можно. Мы все это учли при эвакуации.

Рику обменялся взглядами со стоящей рядом Шви, и, ухмыляясь, они вместе развернулись и направились прочь.

— Стойте! Подожди, Рику! — оправилась, наконец, от шока Корон. — Без тебя я!.. Без тебя все поселение!.. — крикнула она, еле сдерживая слезы. Как бы она ни храбрилась, никто не мог полностью заменить им Рику. Но брат, обернувшись, обнадеживающе произнес:

— Нет, ты вполне справишься сама. Ведь теперь никто не умрет.

— Что?..

— Короче, доверься мне. Я буду периодически выходить на связь. Поселение я оставляю на тебя со спокойной душой.

Потерявшей дар речи Корон оставалось только немо смотреть им вслед.

— Рику!.. — снова жалобно позвала она и осеклась, поняв, что к ней обернулся совсем не тот Рику, к которому она привыкла. Впрочем, этого нового Рику она тоже знала: это был мальчишка, с которым она встретилась много лет назад, — с яростным пылом в глазах и накрепко запертым сердцем. Вот только сейчас его сердце было открыто, и сделала это не кто иная, как следовавшая за ним Шви. Теперь у Корон не осталось в этом сомнений.

Корон глубоко вздохнула, но в этом вздохе была и доля облегчения. Напоследок она задала вопрос, на который уже ожидала услышать какой-нибудь совершенно невероятный ответ.

— Что ты задумал на этот раз?

И ответ ее не разочаровал, даже наоборот — превзошел все ожидания. Это были слова прежнего Рику: живого, самодовольного, беспечного и явно чем-то вдохновленного.

— Да просто игру. Мы начинаем обычную детскую игру!

Глава 3.

1 + 1 = Незабвенность

Далеко-далеко от нового, основанного Корон поселения в наспех сооруженном внутри пещеры штабе за круглым столом собрались Рику, Шви и 177 «призраков» — тех, кто, заканчивая эвакуацию, «погиб» внутри горного хребта.

Главарь «призраков» — Рику — обвел взглядом всех присутствующих и произнес:

— Больше мы не будем просто ждать и надеяться, что эта война когда-нибудь закончится.

На лицах слушающих отразилось удивление; Рику продолжал:

— Мы боремся за жизнь в этом проклятом мире и дружно молимся, чтобы наши страдания прекратились... Но кому мы возносим молитвы? — по его тону было ясно, что все это накипело у него уже давно. — Скопищу разрушителей, величающих себя богами?! Каким-то там «небожителям», которые уже и сами не в состоянии управлять своими отродьями?! Ну допустим, доживем мы до конца этой никому не нужной войны — и дальше что?! — все больше распалялся он, размахивая руками в воздухе. — Они воюют за титул Единого Бога! А как вы думаете, когда кто-то из них все-таки станет этим самым Единым Богом, для нас что-то изменится в лучшую сторону? А?!

Он вдруг понизил тон и продолжил уже спокойным голосом:

— Пора бы уже, наконец, признаться себе, что в этом мире для нас нет надежды...

«Призраки» понуро опустили головы; лицо каждого скривилось, словно от боли.

В глубине души они это понимали, но признать правоту Рику значило окончательно впасть в отчаяние.

— ...Поэтому мы создадим себе надежду сами, — уверенно заключил Рику, и глаза присутствующих снова поднялись на него. — Способ есть только один, с точки зрения здравого смысла — безрассудный, граничащий с безумием.

Он усмехнулся.

— Мы — призраки. Никто нас не видит, никто о нас не знает, — Рику покосился на сидящую рядом Шви. А затем смело встретился с ней взглядом: с той, кто убедил его, что мечты реальны. — Но все мы движимы одним жгучим желанием... И именно благодаря ему мы все еще существуем, и наш мир тоже.

Рику нахмурился, собирая всю волю в кулак перед следующей фразой.

— Давайте не будем притворяться и умничать, ведь мы, люди — глупы...

И громко заявил:

— Мы должны сражаться, сражаться и еще раз сражаться, а не убегать.

Взгляды 177 человек неотрывно смотрели на Рику; тот вновь усмехнулся.

— Вы правильно услышали: мы должны сражаться против всего мира, имея в распоряжении лишь то, что у нас есть, — нашу глупость. Мы должны обвести всех вокруг пальца, как и подобает призракам, как и подобает настоящим слабакам. Мы должны использовать любые средства, забыв о стыде и совести. Пусть нас назовут трусами, окрестят мерзавцами, посчитают ущербными. Главное — что мы победим!

Все ради одной-единственной цели.

— Мы одержим такую победу, которая с лихвой окупит наши бесконечные поражения.

Наступила тишина. Все пытались переварить то, о чем говорил им Рику. Сам же он думал лишь о противнике, с которым им предстояло сразиться, — о враге, который уже множество раз едва не уничтожал человеческую цивилизацию, о враге, способном сокрушить горы, высушить моря и погасить звезды.

Тишину прервали неуверенные смешки, раздавшиеся в помещении. Смеялись и «призраки», и даже сам Рику.

— Ну да, надеяться выиграть у них — настолько абсурдно, что даже смешно, правда?

Именно так. Было бы странно, если бы кого-нибудь эта мысль не рассмешила.

— Наша глупость — доказательство нашей человечности и последняя причина на что-то надеяться в этом мире, — подытожил Рику, глядя на 177 «призраков». — Наша победа положит конец этой войне.

Все — и на этот раз даже Шви — смотрели на него с удивлением: неужели он не шутит? Рику в самом деле вознамерился закончить войну богов человеческими силами?.. Он кивнул, подтверждая, что просто не будет:

— Правда, условия нашей победы, мягко говоря... суровые.

Рику с ухмылкой озорника, только что учинившего очередную проказу, вспомнил свое детство. Тогда он думал, что мир намного проще. Что нет ничего невозможного, что если прикладывать достаточно усилий, то все мечты сбудутся. Так смотрел на мир невинный, несмышленый ребенок. Сейчас, прекрасно осознавая, что мир представляет из себя на самом деле... он понял, что был прав.

Он продолжал свою речь:

— Оказывается, мир — обычная игра. Боги устроили борьбу без правил за титул Единого Бога.

«Разве это не упрощает все?» — подумал он.

— А значит, ничто не мешает нам создать свои собственные правила.

Повертев в руке шахматную фигуру, он перевел взгляд на Шви: той явно не терпелось узнать, что же он задумал. Рику кивнул ей в знак того, что сейчас она услышит ответ, и затем, довольно ухмыльнувшись, зачитал список придуманных им правил.

— Первое: никого нельзя убивать.

Довод логики, на котором основывалось первое правило, был таков: убьешь ты — убьют и тебя.

А довод души был много проще: Рику не хотел, чтобы умер хоть кто-то.

— Второе: никто не должен погибнуть.

Довод логики тут был таков: умрет один — умрут и все остальные.

А доводом души было: Рику не хотел никого потерять.

— Третье: никто не должен о нас узнать.

Тут хватало одного лишь довода разума: если о них узнают, их уничтожат.

— Четвертое: все средства допустимы.

Это правило основывалось на доводе души: любое жульничество не является таковым, если о нем никто не узнает.

— Пятое: на их правила нам плевать.

Тут доводом разума было: играя по чужим правилам, невозможно выиграть.

А душа лишь кричала: «Меня уже тошнит от нескончаемых убийств!»

— Шестое: нарушение любого из этих правил означает поражение.

Тут доводом разума было: зачем нужны правила, которые не соблюдаются?

Душа просто знала, что в победе, одержанной ценой жизней, не будет смысла.