реклама
Бургер менюБургер меню

Ёся Джинн – Экскурсия в таинственный замок (страница 2)

18

В столовой повисла тревожная тишина. Все прекрасно понимали, что если метель не закончится в ближайшие пару часов, то мы застрянем в замке неизвестно на сколько. Без связи. Без возможности вызвать помощь. И, судя по всему, без еды.

– ЧъЙОрт! Ведь провизию завезли из расчета на один торжественный обед, который вы только что съели! – в ужасе воскликнула Марта. – Что же делать в такой ситуации?

– Вы у нас спрашиваете? – проскрипел недовольный женский голос. – А вот это мы предлагаем решать вам, дорогуша!

– Чего вы сразу на милую девушку наехали! – заступился мой драгоценный профессор, защитник всех угнетённых и сирых. – Она что-ли пургу вызвала? По виду она ещё молодая ведьма, такое ей не подвластно! Не ругайте и не критикуйте! Мы взрослые люди! Многие из вас, как я вижу, уже опытные охотники за привидениями! Перестаньте дёргать экскурсовода без повода. Она и так уже с ног сбилась, пытается всё разрулить! Давайте я расскажу немного о нас, с Лёвой, чтобы вы знали с какой просьбой можно к нам обратиться и чем мы можем быть полезны.

Народ несмело загудел, но мой друг настолько харизматичен и эмоционален, что его даже лягушки и птички слушали, открыв рты.

– Я профессор славянской мифологии. Лёва – следователь по особо важным делам. Мой верный и надёжный друг. Умён, смел, находчив, галантен, также, как и я.

– Вы что его сюда женить привезли? – смеясь спросила молоденькая красотка. Все заулыбались и полилась теплота, та которая и в холодном замке, без еды и перспектив согревает и объединяет не случайно собравшихся в одном месте людей.

– Нравится? Вы ещё аукцион будете устраивать за обладание его руки и сердца, но для начала номера телефона! – поддержал и усилил волну юмора Кот Баюн.

– Ох, зря вы с ним связались, он же сказочник! Профессор Баюн, вам много чего с три короба наврёт! Вы не за мной, а за ним будете бегать! Умалять, чтоб легенду или миф рассказал!

– А вы думали! Сядем возле камина, будем смотреть на огонь, я вам расскажу «Миф об Изабелловой лошади». О наших с Лёвой приключениях, которые ещё не закончились. Кто знает может мы найдём здесь ниточку, которая приведёт нас к поимке преступника. Я точно знаю, что здесь есть замечательный домовой Фома Фомич. Вы не бойтесь, милые дамы с собачками, капусткой, котятами и белочками! Он такой классный, прям как я, очень добрый! Как начнёт говорить на своём домовитом языке, становится так комфортно, как будто ты дома. Мне очень приятно, что милые дамы, вы не визжите и не кидаетесь туфлями. Благодарю вас за внимание.

Народ весело гудел, знакомился с соседями, смеялся, ахал и охал от услышанных похожестях историй и время незаметно текло.

– Ой, а где наша Марта?

Вдруг старинные часы откуда-то из глубины замка пробили полночь.

Глава 3. Приключения начинаются

Мы тоже познакомились с некоторыми персонажами нашей экскурсии. Народ разбрёлся по комнатам и закоулкам, от нервного перевозбуждения никто не спал. Перемещались от компании к компании или общались тет-а-тет.

– Лёв, представляешь, у Василисы зеркальце не работает, а ещё она знаешь, что заметила? – вернулся с очередного рандеву профессор и заявил.

– Что?

– Да то, что в замке нет зеркал! Что-то тут не так. У нас нет волшебных предметов, но мы сами являемся людьми, которые чувствуют и видят тонкие планы.

– Тут и без зеркал много отражающих поверхностей. Может зеркала просто замаскированы? Видимо кто-то боится отражений. Что ты ещё узнал? Я только что выслушал научно-познавательную лекцию про мои вдруг нахлынувшие чувства, от дамочки с собачкой! Они, между прочим, не только у меня! Чувства. Что здесь что-то неладное, я почувствовал ещё до того, как часы пробили полночь! Вспомни, Константин Тимофеевич!

– Да, ладно, разбурчался тут, как старый дед! Я хотел с домовым погуторить, не могу его найти. Всякие «вампирчики» и странные молодые ребята – все носятся по замку как угорелые. Ловят уснувшего дракона. Ничего не видят и не слышат! Всё, что работало вне замка, перестало работать или стало работать не так. Ты заметил – мастер по замкам Григорий не справился с замками, на вид простецкими, для внутренних те массивных дверей. Дважды… Это ведь звоночек.

– Эка невидаль! И на старуху бывает проруха. Ты поясни мне, что молодЁжь и подрОстки, должны слышать и видеть?

– Приключения начались задолго как часы пробили полночь. Метель не думает прекращаться. Даже, наоборот, только усиливается. Ты слышал, как за окнами воет ветер? Может, это совсем не ветер? Серьезно! Мне кажется, что в гуле стихии я отчетливо слышу волчий вой. Очень близко, прямо под окнами, или в соседней комнате!

– Профессор, ты только женщинам не расскажи свои подозрения. Где мы столько нюхательной соли найдём? Что это за волки такие странные, решили прогуляться в пургу? Как-то холодно и зябко по снегу бродить. Может это оборотни, а не молодёж?

– Да не только это! С боем часов замок стал каким-то пугающим. Лампы сразу стали подозрительно мигать. Не случилось бы чего с электричеством! Сыростью повеяло, несмотря на жарко натопленные камины.

– Ты тоже учуял эту странную сырость или плесень столетий? – в животе у меня заурчало. – Странно, я вроде хорошо поел! Похоже, пора достать скромные припасы или идти к Марте с просьбой раздобыть еды. Остатки обеда унесли на кухню.

Но профессор не сдавался:

– Это не животы урчат! Звуки раздаются в темных коридорах замка и напоминают мне не то стон, не то тихое рычание. Что это? Ветер в трубах или что-то другое? Шутник Юрген, напугал всех своими байками! Теперь даже мне мерещится всякое! – заволновался Кот.

– Профессор, возьмите себя в руки! Вам ещё слагать сказки, мифы и легенды, а вы паникуете! – постарался угомонить поддавшегося панике друга, перевести его внимание со всяких звуков я сказал ему:

– Пожалуй, стоит подумать о том, как отсюда выбираться. Кажется, Марта упоминала, что в замке есть трактор. Черт с ней, с метелью! Добраться бы до машин, а там уж до города доехать как-нибудь получится. Трактор точно пригодится, чтобы расчистить мост.

– Тебя волчий вой не смущает? Если волки нападут на тех, кто решил покинуть каменные стены? Тут лучше действовать группой. Сначала нужно получить ключи от трактора. Где бы они могли быть? У кого? Согласится ли персонал замка нам помочь? – сработало! Мозг профессора перестал тревожиться и начал действовать.

– Черт! Это был крик в коридоре? Слуховые галлюцинации? Или происки нечисти, голодных духов? Привидения, которые давно ждали, когда в замке появятся люди, не на двухчасовую экскурсию, мимоходом, а останутся на всю ночь, до утра? – насторожил уши как доберман Константин Тимофеевич.

– Профессор! Вы опять забыли для чего вы здесь!?

– Таки разве ты дашь мне забыться в сладком ужасе? – хитро подмигнул мне сказочник Баюн.

Я совершенно успокоился за него и за будущие легенды. Может настоящим легендам надо уже угомониться, перестать пугать гостей, сесть рядком возле камина и рассказать всю подноготную этого семейства и замка: «Кто из них, кто».

У меня сложилось стойкое ощущение, что замок большое тело, а всё что в него попало – его внутренний мир.

В общем наша задача: всё расставить по своим местам, помирить и примирить прошлое с настоящим, чтобы могло родиться будущее.

Как говорят: «утро вечера мудренее!»

***

Повезло же Альбрехту Штауфен родиться не в светлых палатах с теплой колыбелью, а в холодных руинах родового поместья, которое давно забыли даже призраки.

Его самые замечательные и любящие родители – беглецы, скрывались от Тёмного Братства, и не могли найти места безопаснее и выбрали замок не из ностальгии, а от отчаяния.

Старинный особняк дышал проклятиями: стены шептали жуткими голосами, тени скользили и двигались не боясь, что их заменят, гуляли как кошки по дому: сами по себе; в подвалах не только по ночам, но и днём, что-то скреблось, жаждущее вырваться наружу.

Его мать, Элинор Штауфен, когда-то была могущественной ведьмой-архивариусом, хранительницей запретных знаний. Но теперь её магия была скованна страхом. Она проводила дни в огромной библиотеке замка, лихорадочно перебирая древние фолианты, пытаясь найти способ защитить сына. Иногда она забывала его покормить, слишком погруженная в заклинания, которые больше не работали.

Её ласка была редкой, а взгляд – далёким, будто она видела не Альбрехта, а тень его будущей судьбы. Но всё равно его мама была самой лучшей, она тихим слабым голоском пела ему колыбельные. До его рождения у неё был очень мощный, волшебный голос, но все силы, которые звучали, когда она пропевала заклинания ушли на охранные обереги и защиты, чтобы спасти наследника.

Его отец, преданный своими друзьями, Конрад Штауфен, последнее время также, был одержим поиском спасения. Он рыскал по руинам особняка, искал запретные артефакты, которые могли бы защитить семью. Но однажды он не вернулся из подземелий. Альбрехт было уже пять, и он помнил последние слова отца: «Я найду способ… Я обязан».

Безусловно, его родители, как все, или большинство родителей, желали своему сыну добра и счастья. Только маленькому ребёнку не понятны и не нужны все эти «жертвы» ради спасения в будущем. Ему хотелось больше внимания, любви, игр, весёлых догонялок и просто совместных трапез здесь и сейчас. Он, и как все на свете маленькие дети, не живут будущим, они не понимают времени и для них прошлое/настоящее/будущее – всё находится в одном моменте, в эту самую минуту, в одной точке. Долгими одинокими вечерами Альбрехт отчаянно думал в чём же провинился или плох, что родители ищут непонятно что, непонятно, где и для чего, совершенно забросили мальца и иногда забывают покормить его.