Ёсики Танака – ЛоГГ. Том 2. Амбиции (страница 3)

— Но идти безоружным слишком…

— Предположим, я возьму пистолет, — сказал Ян. — Предположим даже, что выстрелю. Ты правда думаешь, что я в кого-нибудь попаду?

— Эм… нет.

— Но тогда и брать его бессмысленно, верно?

Ян развернулся, направившись к штабу командования, и Юлиан, паникуя, последовал за ним.

Дело не в том, что Ян был бесстрашен или дерзок. Просто он отчётливо видел границы человеческих способностей. Он захватил неприступный Изерлон, использовав трюк, которого никто не смог предсказать. И это научило его, что там, где в дело вовлечены люди, не бывает совершенства и ничего нельзя гарантировать.

Ян никогда не стремившимся стать солдатом, а мечтал лишь о жизни историка. Именно из книг по истории он и узнал, что каким бы сильным ни было государство, оно рано или поздно развалится, и каким бы великим ни был герой, вслед за обретением могущества наступит и падение.

То же относится и к жизни. Герой, переживший множество битв, умирает от осложнений гриппа. Последний оставшийся в живых в кровавой борьбе за власть гибнет от рук неизвестного убийцы. Император Отфид III, боявшийся отравления, ничего не ест и в итоге умирает от истощения.

«Когда удача уходит, она уходит. И никакая осторожность уже не спасёт».

Ян не брал с собой даже телохранителей. Когда он получил назначение на Изерлон, за ним поначалу присматривали четыре смены по двенадцать человек, но они следовали за ним даже в туалет, так что он быстро устал и отказался от них.

С другой стороны, Ян уделял большое внимание работе охранной системы крепости. Он разделил её функции между тремя отдельными станциями, поставив их под взаимное перекрёстное наблюдение. Взять её под контроль было возможно, только захватив все три станции. Кроме того, в системе кондиционирования воздуха были установлены специальные устройства, анализирующие атмосферу на предмет отравляющих веществ. Было и множество других усовершенствований.

Всё это было сделано не только потому, он сам, захватив крепость, знал о несовершенстве охранной системы. Другой причиной, которая и заставила его учесть всё возможное и невозможное, было военное руководство, без конца твердящее о необходимости обезопасить крепость, а также нервничающие подчинённые, чиновники, требующие отчёта о расходовании бюджета, любящие учинять проверки политики и журналисты, только и ждущие, что что-то пойдёт не так. Именно для этих людей и были нужны эти излишние действия, позволяющие сказать: «Смотрите, система охраны Изерлона совершенна».

— Я ясно вижу, как в головах людей остаётся всё меньше ума по мере того, как они поднимаются выше, — пожаловался однажды молодой адмирал Юлиану.

— Если вы это понимаете, то вас не застанут врасплох вместе с ними. Пока нет лишних проблем, разве вам не кажется, что всё в порядке? — ответил мальчик так, словно в этой комнате взрослый именно он. А потом сменил тему. — Меня больше волнует то, что по мере того, как вы поднимаетесь выше, растёт и потребление вами алкоголя. Попытайтесь хоть немного уменьшить его.

— Я правда стал настолько больше пить?

— По крайней мере, в пять раз по сравнению с тем, что было три года назад.

— В пять раз? Нет, не может быть, чтобы так много.

Под сомневающимся взглядом Яна, Юлиан вывел на экран компьютера данные о расходах на домашнее хозяйство за последние три года. Показатель 100, примененный к расходам на алкогольные напитки три года назад, вырос до 491. Поскольку в это число не входило выпитое вне дома, то у Юлиана были все основания утверждать, что потребление увеличилось в пять раз или больше.

Не имея возможности спорить, Ян пообещал воздержаться от выпивки, но оба они испытывали сомнения в том, как долго он сможет держать обещание.

Два часа спустя Ян собрал свой командный состав в зале совещаний. Это был тот самый зал, в котором, когда крепость принадлежала Империи, встречались комендант крепости и командующий базирующимся в ней флотом. В то время для совещаний были нормой споры, после которых каждый оставался при своём мнении.

Состав собравшихся вокруг стола сейчас был следующим:

Контр-адмирал Алекс Кассельн, начальник администрации крепости.

Бригадный генерал Вальтер фон Шёнкопф, глава службы безопасности.

Контр-адмирал Фишер, заместитель командующего Патрульным флотом.

Контр-адмирал Мурай, начальник штаба.

Коммодор Патричев, заместитель начальника штаба.

Капитан Блад-Джо и капитан третьего ранга Лао, офицеры штаба.

Старший лейтенант Фредерика Гринхилл, адъютант командующего.

Также присутствовали капитан третьего ранга Нильсон, капитан линкора «Улисс», и его старший помощник, лейтенант Эда.

Ян, как обычно, оглядел лица собравшихся офицеров, а потом открыл рот, чтобы заговорить. На самом деле, говорить официально у него получалось плохо. Скорее было похоже, что он разговаривает с друзьями за чашкой чая.

— Думаю, вы все уже знаете, что на линкоре «Брокен» прибыл посланник из Галактической Империи с довольно интересным предложением. Суть его состоит в том, чтобы произвести обмен двумя миллионами военнопленных, которые сейчас находятся, соответственно, в руках Империи и Союза.

— Так им тоже тяжело кормить их, — саркастически заметил Кассельн. Среднего роста, со здоровым телосложением, он был скорее военным чиновником, а не солдатом, более опытным в работе в тылу, чем на линии фронта. Мастер кабинетной работы, он был специалистом в обеспечении линий снабжения и административной деятельности. После поражения при Амритсаре на него возложили вину за провал плана снабжения экспедиционного флота — хотя на самом деле эта катастрофа была вызвана хитрой стратегией гросс-адмирала Империи Лоэнграмма — и отправили на дальнюю базу, но позже, по просьбе Яна, перевели на Изерлон.

Справедливости ради стоит отметить, что Алекс Кассельн сейчас являлся фактическим мэром города Изерлон с пятью миллионами жителей. И справлялся с этим замечательно. Его способности к управлению, пожалуй, оказались бы полезны даже в более крупных и сложных организациях.

— Это, скорее всего, одна из причин, — ответил Ян. — В любом случае, тут я тоже виноват.

Количество взятых в плен при захвате крепости было сравнимо с населением большого города.

Бригадный генерал Вальтер фон Шёнкопф улыбнулся этому обмену фразами. Тридцатитрёхлетний мужчина с тонкими чертами лица, он был тем, кто непосредственно исполнил план Яна на Изерлоне. Рождённый в семье имперских аристократов, он попал в Союз ещё ребёнком, вместе со сбежавшими из Империи дедушкой и бабушкой. Он был умён и отважен, обладал неукротимым духом, который некоторые считали опасным. Но сам он всегда оставался спокоен, даже под враждебными и подозрительными взглядами.

— Но всё же смеяться тут не над чем, — продолжил Ян. — Фраза «Им тяжело кормить их» на самом деле имеет серьёзное значение. Очень скоро обстоятельства могут сложиться так, что они действительно не смогут делать этого.

— Что вы имеете в виду?

— Проще говоря, мы можем рассматривать это предложение как знак того, что Райнхард фон Лоэнграмм наконец решился вступить в вооружённое противостояние с коалицией высшей знати.

Когда Ян произнёс имя этого белокурого молодого человека, которого во флоте Союза считали самой большой угрозой, в зале установилась напряжённая тишина.

В последние несколько месяцев Ян постоянно думал об этом: что делать с маркизом Лоэнграммом, всё ближе подбирающимся к власти в Галактической Империи.

Райнхару, для того, чтобы захватить власть, нужно было уничтожить группу могущественных аристократов, считающих его врагом. Это, вполне вероятно, обернётся полномасштабной гражданской войной. И Ян отлично понимал, что маркиз Райнхард готовится к этому конфликту.

Проблема заключалась в том, что маркиз Лоэнграмм не мог не учитывать в своей подготовке Союза Свободных Планет. Он не станет наблюдать со стороны, как его противники в Империи объединятся с Союзом, и не позволит флоту Союза дождаться того, как гражданская война истощит обе противоборствующие стороны в Империи. Несмотря на то, что раны, понесённые Союзом при Амритсаре, ещё не зажили, и флот не готов к новым кампаниям, молодой имперский главнокомандующий, несомненно, не пустит ничего на самотёк.

Так что же он предпримет?

Ян пытался проанализировать обстоятельства, в которых находится Райнхард. Существовали определённые рамки, в которые он поставлен, и, очевидно, он будет строить планы, учитывая их.

Результаты анализа выглядели следующим образом:

1. Райнхарду понадобятся все силы, чтобы справиться с объединением знати.

2. Поэтому сражение на двух фронтах сразу невозможно.

3. Исходя из пунктов 1 и 2, получаем, что по Союзу нужно ударить с помощью уловки, а не военной силы.

4. Разделить врага и заставить сражаться между собой — лучшее, что можно сделать в такой ситуации.

Когда Райнхард дойдёт до этого пункта, Ян мог догадаться, что последует дальше: он найдёт способ расколоть армию Союза изнутри!

Вот что должен сделать Райнхард. Вот, что он сделает. Ян не мог придумать чего-либо ещё, если бы оказался на месте Райнхарда. Если бы силы Союза разделились и сражались друг с другом, Райнхард был бы свободен воевать с аристократами и не боялся бы нападения с тыла.

«Что же конкретно он сделает в таком случае?..» — дойдя до этой точки в своих рассуждениях, Ян останавливался. Здесь вариантов уже было больше, и он не мог предугадать решения противника.