Йон Линдквист – Звездочка (страница 72)

Максу даже не удавалось связаться с Торой. Он звонил, он писал письма ей на почту и даже на почту этой уродине — безрезультатно. Он знал, что у девчонок есть еще готовые песни, но как прикажете их раздобыть, если эти чертовки не выходят на связь?

Он был на грани отчаяния, ему казалось, он потеряет разум из-за всех переживаний. Однажды Макс сидел дома и вертел в руках бумажку, на которой был записан телефон Дизы. Клара объяснила ему, что Диза специализируется на садомазохистских играх, может приехать к нему домой, привезя с собой массу разных БДСМ-принадлежностей и причинить ему столько боли, сколько он захочет.

Макс попытался представить себе, как это будет. Запястья скованы наручниками, плетка хлещет по спине, жгучая боль во всем теле. Он попытался взглянуть на себя и на собственные мысли со стороны и вдруг понял, что ему нужно. Заведя руку за спину, он нащупал те шрамы, до которых смог дотянуться.

В ту злополучную встречу с Торой Ларссон его жизнь приняла новый поворот. Тогда в отеле он испытал настоящий ужас, но сейчас, когда Макс поглаживал шрамы, он вдруг понял, что именно этого ему не хватает. Именно это он хотел бы пережить снова.

«Ну что за глупости! Соберись, старик!»

Он взвесил все альтернативы: Джерри и возня с договором, помощь посредников, письма, звонки и так далее. В итоге сработал принцип бритвы Oккама. При наличии набора возможностей выбирай самое простое.

Ему нужны песни Торы Ларссон. Она не хочет их ему отдавать. Раз ты катишься по наклонной, тебе остается лишь одно. Макс купил себе утепленную куртку, термобелье и теплую шапку. И начал слежку за домом Торы. Задача оказалась непростой, поскольку рядом с домом не было подходящего укрытия, а если он просто будет ходить под окнами, кто-нибудь из соседей наверняка что-нибудь заподозрит.

Тогда он снова прибегнул к тому же принципу. Купив упаковку пива, Макс уселся на скамейку, стоящую в нескольких метрах от подъезда, где жила Тора. Лучшая маскировка — быть у всех на виду. Мимо развалившегося на скамейке пьяницы люди обычно проходят, даже не подняв на него глаз. Высидеть дольше пары часов в день ему не удавалось, но Роберт сопровождал его в каждой вылазке, и Макс надеялся, что когда-нибудь ему повезет.

Пять дней подряд слежка не давала результатов: ни Тора, ни Джерри из квартиры не выходили. Он видел, что в подъезд заходят девочки подросткового возраста, а потом замечал их в окне. Силуэт Торы тоже иногда мелькал среди других. Макс сделал вывод, что Джерри куда-то уехал.

Периодически ему кто-нибудь звонил. Его бывшие протеже, старые знакомые — все вдруг захотели узнать, как у него дела. Наверное, прошел слух, что он — агент Торы Ларссон, и все решили возобновить с ним контакт. Он часто слышал в трубке звон бокалов и обрывки чужих фраз, люди звонили ему, скучая в ресторане или баре, в их голосах звучала наигранная любезность.

Сидя на скамейке и коченея от холода, Макс отвечал на их звонки, рассыпаясь во взаимных любезностях, но держал трубку подальше от уха и презирал их всех. Они — тупое стадо, которое мчится к пропасти в едином порыве.

Макс поднял банку с ледяным пивом, салютуя Торе Ларссон. Ее он тоже ненавидит, но к ней он хотя бы преисполнен уважения. Их связывает невидимый кровавый след, который идет от его ног к ее подъезду, в ее квартиру, в ее тело. Макса передернуло, когда он подумал об этом.

На шестой день наконец случилось то, чего он так долго ждал. Из подъезда вышли Тора с уродиной. Макс обхватил ладонями банку с пивом и уставился себе под ноги, будто он слишком пьян, чтобы поднять голову. Девочки прошли всего в паре шагов от него и направились в сторону метро. Выждав несколько минут, Макс вошел в подъезд и поднялся на последний этаж.

Закоченевшими руками он достал из кармана свой талисман и прижал его ко лбу. А потом дернул ручку двери — не заперто. На мгновение Макс застыл, глядя на распахнувшуюся перед ним дверь, опасаясь, что это ловушка. Ему просто не может так повезти!

Набравшись духу, Макс вошел в прихожую и закрыл за собой входную дверь. «Эй, кто-нибудь есть дома?» В ответ тишина. Не теряя времени, Макс направился в гостиную и подошел к компьютеру. Увидев, что он выключен, Макс от досады закусил губу. Он нажал на кнопку включения, приговаривая: «Ну давай, пожалуйста, ну давай же…»

Но тут удача отвернулась от него, потому что компьютер запросил пароль. Макс попробовал набрать сначала «Тора», потом «Тесла», перебрал еще парочку вариантов, пока наконец не выбил, зло стуча по кнопкам, «чертпобери», но и это проклятье не сработало. Тогда Макс выключил компьютер и стал обыскивать квартиру.

В сумке, валявшейся на полу в прихожей, он нашел то, что искал. Макс сразу узнал дешевенький mp3-плеер, который видел на встрече с Торой. Его прошиб пот, когда он нашел песню «Лети» и еще около двадцати песен, объединенных рубрикой «Терез». Вставив наушники и быстро их прослушав, Макс с удовлетворением заключил: вот его золотая жила.

Но почему «Терез»?

Запихав плеер в карман, Макс в нерешительности остановился перед входной дверью. Если девочки уехали куда-то на метро, у него еще есть время до их возвращения.

«Терез»?

Возможно, это единственный шанс узнать побольше о девчонке, которая завладела его жизнью. Расстегнув куртку, Макс запер дверь изнутри и пошел осматривать квартиру, но уже другими глазами.

В комнате, которая, судя по всему, была спальней Джерри, в тумбочке у кровати Макс нашел документы на продажу дома. Дом достался Джерри от его родителей, Леннарта и Лайлы Сёдерстрём. В лежащем в той же папке свидетельстве о смерти значилось, что они умерли в один и тот же день. Имя Леннарт Сёдерстрем показалось Максу знакомым, но он не смог вспомнить, кто это. Явно связан с музыкальной сферой. Макс сделал себе мысленную пометку: потом нужно будет проверить.

В ящиках письменного стола он обнаружил старые счета, договор о съеме квартиры, выписки со счетов, свое первое письмо Торе и другие бумаги. Ничего примечательного, за исключением очевидного факта — не было ни одного документа, в котором бы упоминалась Тора. Никаких школьных аттестатов, грамот — ничего.

Комната Торы выглядела по-спартански. Будто это ее временное убежище. Кровать, проигрыватель для дисков, музыкальная коллекция, детские журналы, вот и все. На тумбочке у кровати лежало удостоверение Торы. Макс взял карточку в руки и пригляделся повнимательней.

Анжелика Тора Ларссон. Пока все верно. Но девочка на фотографии никоим образом не могла быть Торой. Подняв карточку и посмотрев ее на свет, изучив обратную сторону, Макс понял, что кто-то над ней основательно поработал. Карточка явно была потертой, но, помимо обычных царапин, на ней виднелись следы, которые говорили, что дату рождения подменили.

Анжелика. Тора. Терез.

Ему не удалось ни на шаг приблизиться к тайнам девочки, которая выдавала себя за Тору Ларссон, но теперь он точно знал две вещи. Первое: здесь что-то не так. Второе: ему это явно на руку.

Стрелка часов приближалась к одиннадцати, он пробыл в квартире целый час. Пожалуй, больше не стоит испытывать судьбу. Перед уходом Макс убедился, что не оставил никаких следов. Прикрыв за собой входную дверь, он постоял на лестничной площадке, прислушиваясь, а потом сбежал вниз по лестнице. По дороге к метро Макс увидел полицейские машины, припаркованные рядом с магазином. Совсем недалеко от скамейки, на которой ему больше не нужно сидеть. Он нашел, что искал, и даже больше.

Приехав домой, Макс первым делом налил себе виски, чтобы отпраздновать успех. Затем скопировал песни из mp3-плеера к себе в компьютер и начал слушать.

Золото! Настоящее золото! Пять песен из списка того же высокого уровня, что и «Лети», остальные похуже, но тоже очень неплохие. Тексты иногда хромают, но любой шведский артист с гордостью бы стал соавтором этого диска.

Именно диска. Макс уже мысленно представлял себе готовый продукт. Над треками нужно будет еще поработать, подчистить звук, немного приукрасить, но в целом у него есть все, чтобы выпустить бестселлер.

Имелась лишь небольшая загвоздка. Тора не станет с ним сотрудничать. А что она сделает, когда обо всем узнает, вообще непредсказуемо. Но без осложнений тут не обойдется.

Выйдя в интернет, Макс решил проверить те данные, которые собрал в квартире Торы. Он нашел Анжелику Тору Ларссон и выяснил, что номер ее удостоверения всего на одну цифру отличается от номера, который он видел на карточке у Торы.

Еще интересней стало, когда он забил в поисковик имена Леннарта и Лайлы Сёдерстрём. Макс прочитал статьи о жестоком убийстве известных музыкантов, об их сыне Джерри, о таинственной комнате, которую полиция обнаружила в подвале. Шрамы на спине подсказали ему то, чего не было написано в интернете. Загвоздка вполне могла обернуться гвоздем программы.

Тора Ларссон у него на крючке. Он может делать что угодно, потому что она не сможет ему помешать.

В понедельник утром Тереза отправилась в школу. Когда она садилась в автобус, остальные провожали ее взглядом. Она прошла в самый конец автобуса, села на последнем ряду, закинув ноги в новых ботинках на спинку сиденья перед нею. Молодежь оглядывалась на нее и прыскала со смеху. Но стоило ей взглянуть им в глаза, они отворачивались.