Ёль Фрем – Ты под моими шрамами (страница 5)

– Опять что-то в себя пихаешь? Или ты думаешь, что если будешь пить, то похудеешь? Да ты если челюсть себе сломаешь, все равно жрать не перестанешь, хомячиха. Смотри, как бы подоконник под тобой не проломился. В школе ты много что поломала. Но знаешь, что самое главное. – Кайл наклонился к самому уху девушки, так, чтобы его слова слышала только Сорим. – Итан бегает за тобой, только чтобы доказать, что он круче меня. Ты ему не нужна.

В чужом голосе была слышна отвратительная насмешка, в то время как у Сорим сердце замерло. Она так ничего и не ответила, только позволила коктейлю упасть на пол, встала на ноги и, слегка покачиваясь от отсутствия сил и влияния чужих слов, ушла в сторону туалетов, закрылась в кабинке и упала перед унитазом на колени. Кайл был прав, ей нельзя было позволять себе даже пить что-то, поэтому, благодаря нехитрым действиям, всё содержимое её желудка вскоре оказалось в туалете. По щекам без остановки текли слёзы, а Сорим впервые за долгое время вновь отключилась. Теперь ремиссия официально закончилась. Она снова вернулась туда, откуда никогда уже не было выхода.

***

Распаренный тренировкой на свежем воздухе, практически пышущий жаром и энергией, Итан чувствовал себя самым счастливым человеком. Занимался любимым делом, пусть оно и заставляло семь потов проливать, даже с человеком, в которого он был влюблён, вроде бы намечались первые шаги навстречу. О чём ещё можно было мечтать юному первокурснику?

Парень задержался на поле с другими студентами первого года – по местным правилам дедовщины они убирали весь спортивный инвентарь в подсобку, но даже лишняя нагрузка после усиленной тренировки не казалась футболисту раздражающей. Итан забежал в раздевалку под смешки сокомандников с широкой улыбкой на лице. Только вот она треснула, стоило ему увидеть в мусорном баке ту самую закорючку, которую он выводил так долго и упорно. Казалось, даже плечи Итана, ещё недавно гордо развёрнутые, опустились и сгорбились.

– Итан, малыш, ты чего так резко скис? – На плечо с приносящей боль силой опустилась рука капитана команды. К Кайлу Итан испытывал уважение, но иногда в его взгляде, направленном на себя, видел что-то, что пугало и заставляло напрячься. Старшекурсник проследил за чужим взглядом, натыкаясь на неудавшийся презент. – Твоё что ли? Опять для Сорим?

– Должно было быть, – коротко резюмировал Демиан, один из защитников их команде, растрёпывая чужие ещё влажные волосы. – Ты не унывай, в следующий раз получится.

– Конечно получится, потому что теперь есть я, – Кайл гордо ударил себя в грудь. Голубые глаза на секунду потемнели от идеи, которая пришла в чужую голову. – Мы с Сорим были одноклассниками в школе, я хорошо её знаю. Так что даже не удивлён, что она выбросила… даже язык не поворачивается назвать это едой. Ты, Итан, должен действовать основательно.

– В смысле? – Ли нахмурил брови, но прислушался. Для него любая информация была на вес золота.

– Сорим любитель вкусно покушать, – где-то со стороны послышался смешок, такой едкий, что Итан повернул голову, чтобы найти его источник, но повторять никто не решался. – Так что удивлять её нужно хорошей, качественной и жирненькой такой едой. Особенно свинину любит. Попробуй, должно прокатить.

– Звучит выполнимо, – младший потер загривок, который неприятно раздражал охлаждающийся пот. – Ладно, посмотрим. Спасибо, кэп.

– Обращайся, малыш, – Кайл скалился, на прощание тыкнув Итана локтем в бок так по-дружески, что последний едва сдерживал болезненное шипение. Большинство сокомандников вокруг уже закончило принимать душ и переодеваться, те, кто был в числе первых, почти закончили, так что Итан остался капушей, на которого скинули ключ от раздевалки.

Футболист неспеша переодевался, впервые воспринимая слова Картера о том, что он – безмозглый влюблённый дурак, который не замечает очевидного, чуть более серьёзно. Чёрт, но ведь во всех любимых фильмах и романах Итана герои вместе любовались закатами и наслаждались жизнью.

Что же он делал не так?

Ни шум душа, ни тишина, ни свежесть одежды не наталкивали на ответы. Вздохнув, Ли закрыл раздевалку на ключ и проверил карту: баллы пробок на главных улицах двигались к нескромной семёрке, поэтому перед дорогой домой Итан решил заглянуть в туалет. Он попробовал открыть дверь в мужской туалет – она была заперта. «На ремонте», – с досадой подумал он. Решив, что уроки уже кончились и никого нет, Ли направился к женскому туалету напротив.  Вид исписанных даже снаружи кабинок не вызывал приятных ощущений, но ведь он ненадолго, верно?

Неверно, и это Ли понял, как только заметил в пространстве между полом и дверью дальней кабинки ноги в знакомых кроссовках и спортивных штанах. Поза вызывала много вопросов, но ещё больше – страхов.

– Сорим? – Молчание. – Сорим? Ты меня слышишь? Ты как? – Вновь тишина. Итан хотел сначала постучать в кабинку, но что-то ему подсказывало, что раз ни одной колкости не прозвучало в ответ на первое обращение, то вряд ли ему откроют после такого жеста вежливости. Сорвать хлипкую щеколду для таскающего железо Итана не составляло труда, а вот вид, который открылся за стукнувшей о стену дверью, требовал мужества. Как оказалось, его у Итана не было. – Чёрт.

Итан почти отшатнулся от страха: не от того, что с Сорим явно что-то не так, а от того, что прямо сейчас он даже не помнил номер спасателей. Что уж говорить про первую медицинскую помощь. Пока «помощь» и «медицинская» складывались у Итана в единую картину медкабинета, он осторожно поднял Сорим с колен и кое-как оттер её лицо от, о боже, оставшихся слёз и слюны прохладной водой из-под крана. От холода Сорим, казалось, на секунду приоткрыла глаза, но тут же сомкнула их обратно.

Футболист был в панике. И она была настолько яркой и откровенной, что Итан не особо помнил, как закинул маленькую и слишком лёгкую даже для её комплекции девушку на плечо и добежал до медпункта. Хвала всем существующим и несуществующим богам, врач ещё был здесь.

Женщина только охнуть успела, заметив бледную Сорим в отключке на руках у Итана. Она указала футболисту на одну из кушеток, куда нужно было уложить пациентку.

После краткого – но Итан сомневался, что внятного, – рассказа о событиях последних пяти минут, врач кивнула. И попросила о том, что разбивало Итану сердце – выйти за дверь.

Позволила войти обратно она лишь спустя какое-то время, держа в руках планшет с бумагами, которые заполняла во время осмотра.

– Мистер Ли, расскажите, что произошло? Где вы нашли мисс Пак?

Выслушав его, не слишком подробный ответ (кто бы хотел посвящать её в детали, она всего лишь была медиком), женщина тяжело вздохнула, снова что-то записывая на бумагах.

– У мисс Пак сильное истощение. Судя по всему, она не ела уже несколько дней. Я вынуждена обратиться за более профессиональной помощью и вызвать скорую. Возможно, тут дело в чём-то более серьёзном…

– Не надо. – Хриплый голос Сорим, горло всё ещё болело после недавнего приступа, прозвучал тихо, но очень уверенно, заставив женщину посмотреть на неё с большим сомнением. – Я в порядке, правда. Отравилась недавно, ничего не могу есть, только тошнит без остановки, а тренироваться много приходится. Вот и свалилась. Всё хорошо. Я нормально себя чувствую.

Врач выглядела уже более убеждённой, но всё же хмурилась, а после, когда ей кто-то позвонил, вышла, предварительно сказав, чтобы студенты никуда не уходили – ей ещё стоило подумать.

Сорим не желала видеть чужого взгляда. Она бы с удовольствием перестала существовать в этот момент. Лишь бы не видеть эту противную жалость, которая заставляла ощущать очередной приступ тошноты. – Перестань пялиться. Что такое отравление, надеюсь, тебе знакомо?

Пак не должна была злиться на Итана, но делала это. Тот опять лез не в своё дело. Мог бы и не трогать её, она бы очнулась и пошла домой. Так нет же, проявил свою добродетель. А возможно, и вовсе был отправлен Кайлом. С того станется.

Невидимые ушки прижимались к голове от тона, которым Пак ещё с Итаном не разговаривала, даже когда отшивала и посылала. Младший пытался, правда, не зажигать звёзды в глазах сочувствием и жалостливой нежностью, которую сам на дух не переносил, но в ситуации с Сорим это было просто нереально. Девушка выглядела ещё более хрупкой, чем обычно, на некогда румяных щеках занимал почётное место бледность, доходящая до пугающего сероватого оттенка, под глазами – тёмные круги.

– Прости, – прошептал пристыжённо Итан, опуская глаза в пол, чтобы ещё сильнее не раздражать Сорим.

Пак, игнорируя боль во всём теле, поднялась с кушетки ровно в тот момент, когда врач вернулась в кабинет. – На этот раз я вас отпущу. Но… Пак Сорим, вам необходимо пое…

– Я вас услышала. – Обсуждать эту тему с женщиной, ещё и в присутствии лишних ушей, она не собиралась. Итан и так слишком усложнял её жизнь. Вчерашний вечер, вероятно, повлиял на них как-то не так. Но сил грубить уже не осталось.

Поэтому Сорим, стоило ей только услышать, что она свободна, поспешила покинуть медицинский кабинет. Она ненавидела врачей.

– Мисс Пак, рекомендации, – женщина окликнула Сорим, но бумажку со списком витаминов и абсорбентов для улучшения состояния забрал из её рук Итан.