Ёль Фрем – Саммамиш (страница 2)

Мать до вечера так и не вернулась, но позвонила сыну, предупредив, что задержится допоздна. А он лишних вопросов не задавал, знал, что ей не понравится. Вероятно, Анна опять колдовала, помогая кому-то.

Погасив все свечи и свет, проверив на всякий случай еще раз небольшое помещение, Адам вышел из магазинчика, закрыв его на ночь. Эта работа была не пыльной, доставляла достаточно удовольствия, поэтому выжатым он себя не чувствовал, да и запах свечей как никак помогал.

Теперь Хэйз жалел о том, что вышел из дома в том, в чем был. На улице стало гораздо холоднее, ветер разгулялся, проникая под домашнюю футболку. Идти ему все так же было недалеко, но теперь дорога до дома казалась в несколько раз длиннее. Мать ругалась бы, заметь его сейчас, трясущегося, раздетого на холоде, но той, к счастью, даже дома не было, потому возможность получить выговор снижалась до нуля целых одной сотой. Иногда его брат очень любил включать взрослого зануду.

– Мамы сегодня не будет до полуночи, знаешь?

Это было первым, что услышал Адам, стоило ему открыть дверь и шагнуть в дом. Он не успел ту даже прикрыть за собой, продолжая дрожать от окутывающего его тело ветра.

– Да, она звонила мне, просила закрыть магазин. У тебя есть планы?

Чувствуя тепло домашнего очага, Хэйз младший расслабленно выдохнул, наконец-то переводя свое внимание на мельтешащего перед ним Эллиота.

– У нас вечер гаданий, помнишь?

Чужой взгляд, однако, скрывал в себе куда больше обычной надежды на какой-то расклад.

– Что ты еще придумал, Эл? Выкладывай.

И будь Адам занудой или обычным подростком, обязательно начал бы ворчать из-за чужой фантазии и неспокойного характера, но он был, в первую очередь, колдуном, который очень любил магию. И все же брат говорить не спешил, словно знал, что это может не понравиться младшему, словно чувствовал, что тот откажется, сомневался. Но идеей все ещё горел, глаза его продолжали блестеть, а грудная клетка приподнималась и опускалась слишком быстро, от неспокойного дыхания, выдавая его волнение и предвкушение.

– Я не голоден, поэтому мы могли бы начать сразу, если ты хочешь успеть до прихода мамы.

– Отлично!

Восклицание было слишком громким, словно Эллиот только этого и ждал.

– Я уже все разложил в саду, идем. Только…

Он слегка нахмурился, оценивающе разглядывая Адама. Тот даже сначала не понял, что именно было не так и первым делом около зеркала оказался, но ничего нового, кроме старой футболки с темным пятном и домашних штанов он не увидел. В чем уходил, в том и вернулся. Менять одежду по щелчку пальцев он еще не научился.

– Оденься, там прохладно.

И правда, сам Эл стоял все это время в теплом свитере, готовый действительно ко всему. Он словно предчувствовал согласие брата, а возможно это была его новая психологическая уловка, на которую младший Хэйз невольно повелся. Стянув с вешалки темного шкафа свою куртку и накинув ее не плечи, застёгивать ту он не торопился, вышел обратно на улицу. За домом, после небольшой посадки полезных трав, что сажали в зиму, стояла закрытая беседка, в которой парни часто прятались. Мать туда не ходила, не прибиралась там давно, да и забыть про нее уже полностью забыла, потому та казалась идеальным местом, где можно было скрыться от чужих, посторонних глаз и полностью отдаться магии.

Внутри, по кругу были расставлены свечи, плотные, высокие, на идеальном, одинаковом расстоянии друг от друга. Парни еще давно принесли в это место несколько удобных подушек, чтобы не сидеть на холодном. В центре, между ними, лежала их любимая колода Таро. Когда-то давно, во время семейного путешествия в Мексику, они купили ее на местном рынке, у своеобразного мужчины, который торговал подобной атрибутикой. Много надежд на эти карты у них не было, возможно те и вовсе могли оказаться подделкой. Но оказалось ровно наоборот. Колода выбрала их обоих, позволяла гадать на все, что было их душам угодно, и была откровенной, почти никогда не ошибалась. Конечно, были и неточные предсказания, но по сравнению с картами матери, она стала их идеальным спасением.

Однако колодой все не обошлось. Рядом с ней стояла ступа с пестом, на старой газете лежало несколько сухоцветов, а в стеклянной бутылке под светом яркого фонарика рябила вода. Гаданием и правда, видимо, ничего бы не обошлось. Адам даже развернулся немного, многозначительно посмотрел на брата, ожидая хоть каких-то оправданий, но старший в ответ лишь плечами пожал, не скрывая озорной улыбки.

– Проведем небольшой обряд? Он безопасный, честно. Просто на привлечение…эээ… любви?

– Серьезно, Эл?

Парень едва ли не закатил глаза, но сдержался, что стоило ему больших усилий, проходя в беседку следом за братом и прикрывая дверь. Здесь все ещё было холодно, завывающий снаружи ветер проникал внутрь через небольшие щели в деревянных стенах, но парни не торопились их закрывать. Им и так было вполне комфортно, главное, что свечи не гасли, остальное было не важно. Возможно, к зиме и правда стоило заняться небольшим ремонтом, но сейчас им было не до этого.

– Не факт ведь даже, что получится. Не будь занудой, Ад. Мне нужен фанат.

На губах Хэйза младшего тоже растянулась улыбка. Так было всегда. Какую бы авантюру не предложил брат, он на нее соглашался. Шел всегда следом, поддерживал, помогал. Они слишком рано лишились отца и стали единственной поддержкой друг для друга.

– Начнем с карт?

– Мы гадаем слишком часто, тебе не кажется?

Эллиот редко в чем-то сомневался, предпочитая сначала делать, потом думать, но иногда в его голове проскакивали подобные мысли, заставляющие на пару секунд притормозить.

– Они помогают настроиться. Я сегодня почти не колдовал, мне нужна разминка.

Адам на чужие сомнения пожал плечами, подхватывая любимую колоду, что идеально лежала в руках. Будь он глупее, будь он менее опытным, подумал бы, что та и правда была волшебной, согревала своим теплом, делилась своей энергией, но карты оставались просто картами и предпочитали лишь выбирать себе хозяина. В данном случае двоих.

Но прежде всего им не хватало атмосферы. Вокруг было слишком темно без зажжённых свечей, приятный запах не витал во влажном воздухе, а до ушей не долетал тихий треск нескольких деревянных фитилей. Но у парней не имелось ни спичек, ни зажигалок, только лишь их магия, которая снежным комом накапливалась внутри, желая поскорее получить свою долгожданную свободу. Им пришлось взяться за руки, они все еще плохо колдовали по одному. Теплые ладони слегка покалывало от обилия энергии, они разве что не искрились, предвкушая вечернее развлечение.

– Ardeat.

Стоило им только сомкнуть губы на последнем звуке, каждая свеча вспыхнула, настолько ярко, что на мгновение беседка озарилась, как в солнечный летний день. Братья действительно с каждым разом становились все сильнее, их силы крепли, развивались. Им пора было тренироваться по одиночке, использование совместной магии становилось все опаснее. Они контролировали только себя, но не силы друг друга, не могли иметь власти над той энергией, которая формировалась от них двоих. В следующий раз они, вероятно, и вовсе могли спалить деревянное сооружение. Сомнение и удивление читалось во взглядах обоих, но каждый решил промолчать. Они и так осознавали, что уже были способны на большее. Физически, но все еще не морально.

– Итак, твой вопрос?

Адам совсем упустил из вида, когда Эллиот подхватил в руку колоду. Он слишком много внимания уделил беспокоящим его мыслям, в очередной раз выпадая из реальности. С этим и правда стоило уже что-то делать.

– Разве не ты хотел узнать, когда очередной посланник Амура постучит в твои окна?

Тяжелый взгляд брата Адам мог почувствовать физически.

– Во-первых, на любовь нельзя гадать, во-вторых…

– Да что ты говоришь? Ты узнал об этом до того, как мы сделали сотню раскладов или уже после?

– Ты сегодня жутко раздражающий. Итак, твой вопрос?

Адам на мгновение задумался. Его не сильно что-то волновало. Он не был поклонником предвидения и не желал знать, что ждало его на следующей неделе, через год или через десять лет. Ему было достаточно того, что он имел сейчас. Этим они с Эллиотом и отличались.

– Кто сегодня будет мыть посуду?

– Ты издеваешься?!

– Ладно, ладно.

Легкий смех пронесся по всей беседке, и свечка в руках, которую он успел поймать прежде, чем она врезалась в его лицо, вновь вспыхнула.

– Что насчет… хмм, работы? Я сегодня в очередной раз помог мистеру Миллеру. Хотелось бы знать, будет ли он здоров? Смогу ли я его вылечить?

Брови Элла были нахмурены, пока он вытаскивал карты одну за другой, пока перед ним не сложилась картина из пяти.

– Они обещают ему долгую жизнь. Ты явно хорош в этом. Помогать людям – твое предназначение. Тебя и правда хвалят.

Адаму пришлось извернуться, чтобы посмотреть на карты собственными глазами, еще и не к верху ногами, увидеть картину самому. Они и правда предвещали прогнозы положительные. И это помогло ему выдохнуть с облегчением. Волнение появилось только после того, как вопрос сорвался с его губ, но так или иначе, беспокоило это его все равно. Он действовал на свой страх и риск, добавляя магию в чаи, заколдовывая их, излечивая больное тело старичка. Желание помогать было сильным. Но что-то внутри все равно отозвалось не так радушно на предсказание. Что-то внутри противилось такому будущему, будущему для людей и ради людей, будущему в травах и лечении чужих недугов. Неужели он был способен только на это? И ничего большего?