Ыно Чон – Библиотека ведьмы (страница 2)
Если бы кто-то прознал, что в свои двенадцать она не может прочитать ни строчки из сказки, ее бы засмеяли. «Тупица», «дурочка» – подобные слова сразу приходили в голову, но Розмари все еще нужен был отдых. Учитывая знания из другого мира, ее возраст был куда старше двенадцати лет. Ей казалось, стоит только захотеть – и она тут же выучит буквы. Она просто хотела некоторое время пожить расслабленно, утрясая воспоминания в своей голове.
В тот момент, когда Розмари медленно и неуверенно потянулась к тарелке с печеньем, Шарлотта сама взяла одно и вручила его сестре. Стоило Розмари вкусить сладость, как она ощутила вкус счастья.
– Сестра, я хочу пончик, – попросила она вместо благодарности.
– Нельзя.
Шарлотта с превеликим удовольствием потчевала сестру различными десертами, но пончики были под строжайшим запретом. Шарлотта была уверена, что именно тот пончик стал причиной двухлетнего сна Розмари. И оказалась права: в нем нашли достаточное количество яда, чтобы отравить ребенка. По всей видимости, кто-то из поместья хотел убить Розмари.
К счастью, Розмари обладала врожденной способностью нейтрализовать яд – способность, передавшаяся в их роду из поколения в поколение. Шарлотта тоже унаследовала эту особенность и имела иммунитет к отравлениям. Однако детскому организму требовалось больше времени на борьбу с ядом, и, вероятно, именно поэтому процесс детоксикации совпал с моментом возвращения воспоминаний из прошлой жизни.
Так или иначе, с тех пор пончики стали для Розмари запретным угощением.
«Это уже слишком… Сейчас-то ничего страшного не случится».
– Чем больше запрещают, тем сильнее хочется…
– Розмари, если говорю нельзя, значит, нельзя. Поняла? – Голос Шарлотты был мягким, но непреклонным.
Смирившись, Розмари потянулась за печеньем, взяла одно и отправила его в рот.
Спустя два года, когда Розмари исполнилось четырнадцать, она столкнулась с действительно пугающей ситуацией. Однажды она чуть не задохнулась во сне.
Ее лицо и шея к тому дню почти слились в одно целое, и той ночью Розмари осознала, что единственный путь к воздуху – горло – начало сжиматься. Казалось, жир затопил не только ее тело, но и все пространство вокруг.
Узнав, что Розмари чуть не задохнулась, Шарлотта, побледнев, поспешно кинулась к ней. Всегда безупречно одетая, в этот раз она пришла растрепанная и в ночной рубашке. Лицо ее было фарфорово-бледным, в голубых глазах плескалась тревога.
С трудом взяв себя в руки, Шарлотта подошла к Розмари, сидевшей на кровати. Иронично, что той, кто чуть не умерла, была Розмари, но пережившей смертельную опасность казалась Шарлотта.
– Сестра, я в порядке… – Розмари сощурила маленькие глазки, утопающие в мягких щеках, и попыталась ободряюще улыбнуться, глядя на Шарлотту. Та осторожно взяла сестру за пухлую и белую, похожую на булку руку. Тонкие и изящные пальцы Шарлотты были холодными, как ледышки.
«Если так продолжится, старшая сестра покинет этот мир раньше меня», – подумала Розмари мрачно.
– Розмари… не оставляй меня одну, – произнесла Шарлотта дрожащим голосом. Для нее Розмари была смыслом жизни. Единственной причиной, по которой она унаследовала титул баронессы и продолжала защищать их род.
– Я не умру, Шарлотта… но я должна похудеть. Если так пойдет и дальше, однажды я просто задохнусь во сне.
– Но как же…
– Я похудею, и мы проживем долгую и счастливую жизнь.
Шарлотта всегда говорила, что ей нравится пухленькая Розмари. Но даже она понимала – ее младшая сестра больна. Слуги уже озадаченно косились на них обеих.
Розмари грустила от осознания, что больше не сможет жить в сладостном союзе с сахаром, но ради спасения собственной жизни она должна была с ним расстаться.
«Я, Розмари, объявляю сахару войну! Я выберусь из сахарного болота ради счастливого будущего рядом с сестрой! Разве я не обязана дожить хотя бы до ее свадьбы?»
На самом деле Розмари собиралась жить гораздо дольше, и ради этого будущего она начала худеть. Началась настоящая битва – долгая ли, короткая ли, но неизменно одинокая.
Розмари решила прибегнуть к знаниям о диетах из прошлой жизни. Во-первых, все белое – зло. Значит, от этого нужно держаться подальше. Сахар, соль, мука – прощайте. И если соль и муку Розмари могла вычеркнуть без особых сожалений, то вот отказаться от сахара… Для человека, который ежедневно поглощал килограммы сладкого, это было сродни пытке.
Конечно же, стоило ей отказаться от сахара, как руки задрожали, перед глазами поплыл туман, а в сознании воцарилось звенящее чувство пустоты. Пресный, безвкусный и лишенный соли суп, впрочем, тоже нельзя было назвать едой. Зачерпывая ложкой бесцветный бульон, состоящий из минимального набора питательных веществ, Розмари тихонько бормотала себе под нос:
– Это сладкий суп. Суп из сахара.
Бормочущая названия сладостей, от одного названия которых сводило скулы, Розмари выглядела словно одержимая. Со стороны можно было подумать, что она на диете уже несколько недель, хотя не прошло и полдня.
Итак, у нее сахарная зависимость. Факт, который в поместье знали все, но Розмари смогла признаться себе в этом только сейчас.
«Я не буду худеть слишком сильно. Сброшу ровно столько, чтобы можно было дышать свободно. И не умереть во сне, конечно».
Потягивая пресный безвкусный суп, Розмари думала, что если кто-то здесь и похож на персонажа книги, то это не она, а Шарлотта. Ее старшая сестра – вот кто идеально подходит на роль героини романа в жанре фэнтези. Прекрасная мудрая девушка, которая могла существовать на картинах или в выдуманном мире. Холодная и сдержанная с другими людьми, она была бесконечно заботлива с родными. Отец Розмари производил впечатление скучного человека, но был весьма образован, а мать считалась одной из пяти самых красивых женщин в империи; Шарлотта унаследовала от родителей и ум, и красоту. А вот Розмари явно достались только гены отца, ибо внешне они были настолько разные, что с трудом можно было поверить в их родственную связь.
Обыкновенная Розмари и восхитительная Шарлотта.
Розмари посмотрела на опустевшую тарелку и тяжело вздохнула.
– Этот мир действительно жесток ко мне, – пробормотала она, отложив ложку в сторону. Обед только усилил чувство голода и пустоты в желудке, а сил не было ни на что. Она должна была заниматься спортом, чтобы похудеть, но лишний раз нагружать свое массивное тело Розмари не хотела. Вдруг она подвернет ногу и Шарлотта опять расплачется?
Розмари встала из-за стола и, покачиваясь, пошла к себе. Кровать с удовольствием приняла ее в свои объятия.
Шарлотта дорожит ею. Пожалуй, сестра дорожит ею даже больше, чем сама Розмари дорожит собой. Но что чувствует она, Розмари?.. Девушка задумалась.
Для Розмари Шарлотта – единственная кровная родня, ее семья. Она ценит ее, но не так отчаянно, как Шарлотта. Розмари уже хранила в себе воспоминания о другой семье, о том, как пересекла реку, лежащую за границей жизни. Да и… могут ли Розмари и Шарлотта всегда быть вместе? Точно нет. Шарлотта унаследовала титул баронессы, но, что важнее, однажды она встретит спутника жизни. Того, кого она будет любить, с кем действительно проведет всю свою жизнь. И это будет не Розмари.
«Было бы славно, встреть она хорошего человека», – подумала Розмари, зарывшись лицом в теплое одеяло. Ах, почти пустой желудок… Ничего не хочется делать. Розмари так и заснула бы, но если она продолжит лежать в этой позе, то задохнется, верно? Неуклюже перебирая ногами, она перевернулась.
– Как же я голодна…
Голодное урчание в ее животе больше походило на рев слона. Розмари с трудом пережила кризис, настигший ее спустя всего полдня, и перетерпела этот адский день. Удовольствие от жизни исчезло, но ей показалось, что ее подбородок стал чуть изящнее.
– Шафран, тебе не кажется, что я немного похудела? – обратилась Розмари к своей горничной.
«Да как ты могла похудеть спустя один день», – хотела ответить та, но лишь приветливо улыбнулась.
– Да, госпожа, вы выглядите стройнее, чем вчера! – молвила Шафран с неприкрытой лестью, пытаясь угодить госпоже, которая казалась помесью свиньи и человека.
– Не льсти и не пытайся угодить мне ложью.
Шафран вздрогнула. Неужели глупая девчонка раскусила обман за ее бесстрастным лицом?..
Наблюдая, как губы горничной кривятся в натянутой улыбке, Розмари цокнула языком.
– Хоть я и кажусь дурочкой, я знаю, что невозможно похудеть за один день. – Розмари вздохнула, посмотрев на Шафран с легким сочувствием. – Ты, наверное, страдаешь. Пришла сюда с мечтами о том, чтобы служить прекрасной аристократке, а теперь приходится прыгать вокруг такой… свиньи.
– Ах, госпожа… – сказала Шафран в растерянности. Конечно, она могла думать такое про себя, но сказать вслух – никогда.
– Потерпи немного, – добавила Розмари с притворной тоской, будто старушка, переживающая за все на свете. – Это может занять больше времени, чем я думала, но что уж там. Я ведь сестра хозяйки, так что тебе в любом случае придется служить мне.
Шафран лишилась дара речи. «Эта девушка… правда та четырнадцатилетняя дура, о которой все говорят?» – почти в панике подумала она.