ЙЕН ЛОКК – Проклятый (страница 5)

Милана подняла на меня удивленные глаза, как будто спрашивая, почему я задаю идиотские вопросы. Но я был непреклонен. Мне нужно было знать ответ. Или она мазохистка?

– Дэн, я тебя люблю. – Просто ответила она. А я просто стоял и тупо рассматривал ее совершенное лицо. Я мог бы простоять до утра, но раздражение пробило толщу апатии.

– Любишь? – я даже не заметил, как сорвался на крик. – Ты любишь меня? Я овощ!Я даже не помню, как я очутился здесь! И тебя не помню!

Моя гневная тирада даже не напугала ее как следует.

– Дэн, ты не виноват…

Я бросил на Милану взгляд полный отвращения, и она поняла, что защита меня от воплей не самая лучшая тактика.

– Твои родители умерли, и оставили тебе все, что расположено на Ямайке. – Известие вышибло меня из колеи, и я нахмурился.

– Мои… родители? – Новость была настолько ошеломляющей, что я не сразу понял, почему держусь за раковину. Надо же! Даже не вышел из ванной. Вторым осознанием было то, что я о родителях совершенно забыл.

Марианна и Картер Латс были владельцами сети банков, расположенных на Ямайке. И тут я вспомнил. Латс. Наша семья владела всем, что только есть в Кингстоне и еще трех округах. И, насколько я понял, я наследник. Охренеть.

Я рухнул на кровать, и обхватил голову руками, пытаясь не думать о потере родителей. Что произошло? И почему я ни черта не помню?

Я должен знать все, что только возможно.

– Милана, я не помню ничего, кроме больницы. Расскажи, что знаешь! – умолял я.

Милана подошла ко мне. До этого момента она стояла в дверях, то ли боясь подойти ближе, то ли просто из нежелания двигаться. Но она подошла, и я заметил, что ее походка слегка скована, и мысленно проклял себя еще раз.

– Дэн, тебе не двадцать два, а двадцать три. Тебе исполнилось двадцать три в прошлом месяце. – Я метнул в нее напряженный взгляд, но не перебивал. – Ты теперь официально наследник империи «КейЛа» и опекун Лили и Рона.

– Merde! – Еще один пункт встал на свое место. Рональд действительно выторговывал лучшие условия для себя. Я выматерился, надеюсь, достаточно тихо. Милана улыбнулась. Значит, не так тихо.

– Не знаю, в чем причина, но пока управление в городе не на Латсе, Лили взяли в оборот на двести миллионов. По крайней мере, так я поняла из ее истерики. – Милана докладывалась по полной программе, уверенная, что эту часть жизни я не помню. Надо сказать, она права.

– На сколько? – перехватило дыхание. Получается, сестренка не выступала против меня только из расчета на погашение долга. Что ж… дважды дура! Но я был в отключке… – Сколько ей осталось?

– Около сорока. – Я поморщился. – А Рон… Я не уверена.

– Что ты знаешь? Он хотел в открытую вытащить двести миллионов, а я не знаю на что – Решив попросту игнорировать всех своих родственников с их проблемами, я все-таки хотел узнать, инвестором каких проектов «братишки» являюсь.

– Ты его знаешь,– ага, гомосексуалист-наркоман, чего тут сложного? – постоянно тянет деньги с «КейЛа». Не знаю, как сейчас, но наркотики на Ямайке появились благодаря ему. Скорее всего, находясь в « отключке» он брал у тебя разные суммы, но видимо, не сообразил, что ты .... пришел в себя. Прости, подходящего термина я не могу подобрать, я не медик. И окружают его довольно-таки темные личности, но из мелких, крупные ждут твоего прихода. Он практически все время под кайфом, мне кажется, он даже сам не въезжает, во что впутывается. Но в доме он только после аварии, до этого никто не зал, где он шляется. Как и Лили. Они были вместе.

Чего, блядь? Рон и Лили? Что этот чмошник задумал? Почему Лили? Я нахмурился, и сообразил. Ах, да. Деньги. У Рона собственный наркобизнес, а Лили очень удобно просить о мелких и крупных одолжениях. Я давно говорил отцу, что надо хотя бы основные понятия о семейном деле доводить и до женских ушей. Иначе, они остаются легкими мишенями. А уж для Рона с его способностями и подавно.

–  Ты знаешь…?

– Я не дура. И простите за то, что из-за меня тут начнётся. – голос до жути знакомый, вот бы вспомнить кто это.

–  Casus belli.

Повод к войне. Отец объявлял войну. Кому и из-за кого? Я не помню. Продираться сквозь воспоминания оказалось совсем нелегко. Я чувствовал физически, что мозг отключается от напряжения. И решил не усугублять ситуацию Как сказали врачи, мой мозг может отказать в любую секунду. Не надо насиловать его. Постепенно я вспомню.

– Что еще я не знаю?

Милана нахмурилась, но быстро отогнала грусть с безупречного лица

– Меня. Мы познакомились с тобой в десятом классе школы. – И я мог

это забыть?!!! – Начали встречаться. А потом ты разбился. – Она задохнулась, а я даже не мог подойти и утешить ее. Что я ей скажу? Не помню?!

– И ты нашла меня сейчас. Зачем? – требовательно воскликнул я.

– Дэн, мы вместе с десятого класса! Как ты не понимаешь!

– Нет, как раз эту часть я понимаю. – Смущенно начал я. – Но к чему такие сложности?

– Должен же кто-то был тебе рассказать! Хотя бы часть. – Возмутилась Милана.

– Мила… – Я вздохнул и развел руками. Она разрыдалась, а я опять запаниковал. – Что?

Сквозь всхлипы я разобрал почти заглушенные слова

– Так ты меня назвал в шк… школе. – Она подняла на меня глаза сияющего серебром неба, и меня затрясло. Но я же ничего не жрал!!

Реакция собственного организма меня несколько напрягала, что я почел за благо переместиться на противоположный конец комнаты. Меня трясло от желания заняться сексом с ней.

Милана удивленно приподняла брови, интересуясь, почему это я так резво ускакал так далеко, но я замотал головой. Надеюсь, отрицательно…

Мысленно проклиная себя и называя животным, я, заикаясь, попытался продолжить допрос.

– Мила, а если… я не совсем уверен, но теоретически… если я не буду питаться, как это на мне отразиться?

Я мучительно пытался отвлечься от требовательных призывов тела, и соображал вдвое медленнее. Если не втрое.

Милана забралась на кровать, и встряхнула волосы. Сейчас практически без косметики она выглядела настолько убийственно хорошо, что я почти сорвался со своего места. Но я удержался, и, развернувшись, отошел на те два шага, которые все-таки успел сделать в ее направлении.

Интересно, она не слышала, как я скрипнул зубами? Мне показалось, что я это сделал чересчур громко.

Милана помедлила, но ответила

– Дэн, еда – это основная потребность любого биологического вида.

Я прервал экскурс в зоологию: я уже сообразил, что это был очень глупый вопрос, питаться необходимо.

– Если что, у меня всегда был зачет по биологии. – И я, наконец, сообразил, кто счастливчик, способный на подвиги. Вот только нихрена не помню этого. Интересно, а если я в сознании, как это все будет происходить, чисто механически или с вариациями?

Милана рассмеялась. Она перестанет? Я и так едва стою на ногах!

Решив проигнорировать все до единого требования своего тела, я медленно подошел к кровати и улегся на нее, перевернувшись на живот. Да, так определенно лучше. Напряжение не так ощущается. И Милу не видать. Подальше от искушения. Так не проще ли вернуться на исходную позицию?

Подсознательный голос ухохатывался над моими жалкими попытками не замечать ее. Если не помнишь, думаешь, ты не знаешь?

Кровать несколько просела в неопределенном направлении. Наверное, Милана решила не искушать судьбу, и держится подальше от меня. Я был с ней солидарен.

Подсознание, однако, выкручивало мои мозги в противоположном направлении: ты хочешь узнать, какая она? Ты не помнишь, а я ощущаю шелк ее волос на твоем теле. Ты хочешь это узнать. Ты хочешь… Хочешь…

Не выдержав, я поднял голову и встретился взглядом с ней. Меня едва не отнесло на другой конец комнаты. Милана улеглась так, чтобы наши лица были на одной линии. Она улыбалась.

Впервые находясь в полном сознании, я дотронулся до нее.

Сдав свою машину и машину Милы в автосервис (мою в металлолом и на запчасти), мы унеслись гулять по Карибам. Солнце еще не село, но воздух стал одновременно еще более плотным и в то же время освежающим.

Мы отрывались по полной программе: гуляли, говорили и целовались. Мне было настолько необычно, что я не замечал взглядов прохожих.

Единственные места, которые мы обходили стороной, это рестораны и иже с ними. Правда, ближе к полуночи я все же уговорил Милу перекусить. Сам же обпивался йогуртом. Это единственный продукт, который не «выключал» меня совершенно, и я почти уверился, что можно питаться только этим.

Пока выживу, а там… Я знал, что первые часы после «объедаловки» меня заботит только один вопрос. Но втайне от Милы надеялся, что она меня еще захочет, и я смогу позволить себе пару кальмаров. Всего на пару часов, убеждал я себя. Или один. Или легкий салат из морепродуктов. Не больше 100 грамм, или сколько мне нужно на час?

Прислушиваясь к своим ощущениям, я чувствовал только голод и полное отсутствие желания. Значит, я хочу только во время и первый час после «включения». Необычно. Я планировал завести этот разговор ближе к утру, но мои намерения совершенно расходились с желаниями Милы.

– Дэн, ты не хочешь перекусить? – этот вопрос раскидал все мои попытки посидеть на диете.

Я посмотрел на нее, она улыбалась во весь рот. Жадина…

Пары кальмаров хватило на полтора часа. Мила улыбалась, как кошка, дорвавшаяся до клетки с семьей попугайчиков. И еще полчаса в полном сознании.