Yelis – Можно ли обижать девочек? (страница 28)

– Не попала! – обрадованный удачным сейвом, я едва не показал девушке язык.

Непонятное выражение её глаз и загадочная улыбка меня не насторожили. А зря!

То, что девушка попала, куда хотела, я начал подозревать через полминуты, когда получил второе попадание по корпусу, а боль от первого шлепка мячом не только не исчезла, но стала даже увеличиваться. И на этот раз я заметил, что к мячу от уже побледневшей ауры девушки прицепилась размытая янтарно-красная клякса.

«Так не желающее проходить покраснение вызвано не механическим воздействием от мяча, а термическим от старосты!» – сообразил я, после обработки своим головным процессором видеоряда, полученного из дополненной реальности.

Что интересно, пойманный мною мяч не был полностью горячим. Нагретым оказалось только то место, которое соприкоснулось с моей голой кожей. И которое потом быстро остыло, не повредив неположенным температурным воздействием кожаную покрышку мяча.

Третьего малоприятного эксперимента я решил не проводить. Поэтому футболку пришлось одевать обратно. И о чудо! Непостижимым образом она оказалась абсолютно суха. Ну никак не могла промокшая до нитки тряпка высохнуть за те минуты, что пролежала возле штанги. «Не выделившейся ли из меня влагой смазала Катенька мяч, недавно влетевший в мои ворота? Она как раз склонна к оперированию водой» – пришла в голову прозорливая, но несколько запоздалая мысль. Мне что теперь и потеть нельзя?

Появившуюся догадку пришлось срочно отбрасывать в сторону, так как против одной моей защитницы выходило сразу две моих же одноклассницы – настырная Покровская и мстительная Опалова. И на что мне рассчитывать – на «освежающий ветерок» или на «ласковое тёплое поглаживание»?

Ломал голову я зря. Проиграв единоборство с Мариной моя защитница не нашла ничего лучшего, чем зацепить противницу за ногу, и сделала это в пределах нашей штрафной площадки. Результат был ожидаем – свисток, жест судьи рукой на шестиметровую отметку, пенальти. Плюс ещё удаление проштрафившейся барышни на две минуты, словно мы играем в какой-то хоккей.

Пробивать пенальти вызвалась сама пострадавшая, опять отделавшаяся царапинами на пластиковых элементах своей защиты.

Недаром Покровская, как я и предполагал, была самой сильной магичкой нашего класса. Если остальные девчонки начали применять магию только с середины второго тайма, и, судя по виденным мною аурам, почти выдохлись, то эта «редиска16», как я понял, хоть и с перерывами, но пользовалась ею с самого его начала и сохранила значительно больше сил.

16. Нехороший человек. Цитата из кинофильма «Джентльмены удачи».

Поэтому я, внимательно отслеживая все движения девушки, ничего хорошего для себя от разбегающейся для удара одноклассницы не ожидал. И оказался прав – удар, как и большинство у неё сегодня, получился просто на загляденье. Мяч, посланный ударной ногой Марины, как пуля полетел в правый нижний от меня угол ворот. Так и смотрел бы, если б не нужно было его как-то отражать.

Я не приверженец вратарской тактики угадывания направление движения мяча при пенальти до самого удара по нему. Но тут, поддавшись какому-то наитию, ещё до того, как мяч оторвался от кроссовка девушки, сделал маленький шажок в нужную сторону. И даже почти прозрачный золотистый вихрь магического воздействия на воздух, разгоняющий футбольное ядро до немыслимой скорости, мне уже не мог помешать.

В такой уверенности я находился до момента преодоления мячом половины дистанции до моих ворот. А дальше словно включился режим беззвучного замедленного воспроизведения видеоизображения, на котором я с ужасом увидел, как Марина «выстрелила» ещё одним бледно-золотым лучом, после которого её аура полностью обесцветилась. Но не это вогнало меня в панику. А то, что новый магический воздушный импульс толкнул почти прилетевший ко мне мяч в противоположную первоначальному направлению движения сторону.

Клянусь, я не знаю, как смог среагировать и, выбросив в сторону левую руку, вытянутыми пальцами перенаправить полёт мяча в перекладину. Отскочивший от неё мяч был подхвачен капитаном моей команды, которая повела своих девочек в контратаку. В погоню за ними устремились и наши соперницы.

После моего движения и звуки вернулись, и видео перестало тормозить. И никто не заметил, как меня пошатнуло. Причём так, что, если бы не схватился руками за боковую стойку ворот, то точно стукнулся б об неё лбом. А ещё заболела голова. Пока несильно, просто намекая на будущие непередаваемые ощущения. И потекло что-то солёное из носа. Что я быстро постарался вытереть.

Оставшиеся штрафные секунды мы провели глухой обороне. И только благодаря самоотверженности оставшихся в игре девчонок седьмого «А» по защищаемым мною воротам прилетело всего три раза. Причём последний – третий, был самым коварным.

Среди моих одноклассниц, играющих сейчас против меня, две девушки были магами земли.

Одной из них была – Светлана Бельская, опять покинувшая свои ворота и присоединившаяся к нападению в попытке помочь своей команде реализовать численный перевес.

Но вот опасный удар нанесла вторая – Кайсарова Виолетта. Мяч, посланный её ногой, быстро преодолел расстояние до моих приветливо раскрытых ладоней и, ударившись о перчатки, ожидаемо прервал свой полёт. А вот отделившаяся от него пыль под действием силы инерции движение вперёд продолжила и закончила его в моих глазах.

Хорошо, что меня подстраховали девчонки, выбив оброненный мною мяч на половину поля наших соперниц, едва не забив им гол, и не давая возможности нанести новый удар до тех пор, пока я не смог проморгаться слезящимися глазами.

А потом закончилось штрафное время и нам стало полегче.

За эти минуты все девчонки выжали себя досуха. Одни – пытаясь увеличить разрыв в счёте, другие – всеми силами стараясь не дать этого сделать.

Жаль, что, несмотря на все старания моей команды, сравнять счёт мы так и не смогли. Слишком много было потрачено энергии. А последние секунды девчонки обеих команд из принципа добегали на своих морально-волевых усилиях. Это было видно и по заметно упавшей скорости перемещений, и по выражениям измученных лиц, и по почти полной прозрачности девичьих аур, у которых даже фоновой золотистости почти не было видно, не говоря уже о каких-то стихийных красках.

Со мной ситуация была несколько иная. Физических сил, по моему мнению, я потратил меньше девушек, так как не носился стремглав по всему полю, а ограничился только его половиной. Зато расход нервной энергии превысил все допустимые пределы. И изнеможение моё, бывшее и эмоциональным, и физическим, по своей величине ничем усталости девушек не уступало.

Вдобавок, последние минуты из-за длительного неестественного режима зрения жутко разболелась голова. И хоть кровь носом больше не шла, но пару раз дело доходило до с трудом сдерживаемой тошноты. Но я, видя старания девчонок обеих команд, ни в коем случае не хотел их подвести, испортив потрясающий финал сегодняшнего состязания.

Так что, как только прозвучал финальный свисток, обессиленными на пол повалились не только девушки, но и я, создав впечатление, что из всех нас повытаскивали какие-то стержни, удерживающие до этого наши тела в вертикальном положении.

– Пора победителям выбирать своих скакунов! – прозвучал какой-то далёкий голос Ольги Станиславовны.

– А этот мой17! – ткнула в меня пальцем вскинувшаяся Вячеслава, тут же бессильно уронив руку на пол.

Никогда не думал, что окажусь на месте маркиза де Вард – гвардейца кардинала Ришелье. Как-то больше представлял себя Шарлем Ожье де Бац де Кастельмоор, графом д’Артаньян. А вот, поди ж ты, как оно всё обернулось!

17. Возглас д’Артаньяна, адресованный де Варду в начале драки с гвардейцами кардинала, прервавшими его дуэль с Атосом, Портосом и Арамисом (кинофильм «Д’Артаньян и три мушкетёра»).

«Ага, гасконка, блин! Ты на ноги сначала поднимись!» – подумал я, повернув голову к девчонке, распластавшейся по полу зала, словно выброшенная на берег медуза.

Впрочем, не только Слава изображала стрекающее морское животное. Все девчонки, повалившиеся там, где их застал финальный свисток, тяжело дышали, безучастно глядя в возвышающийся над нами потолок и поблёскивая едва различимыми аурами. И только осознав это зрелище, я сообразил, что эфирное зрение можно уже отключить.

И хоть чувствовал я себя не на много лучше женской части, но оставаться должным юной стервочке мне не хотелось. Мало ли что она потом придумает, чтобы взыскать с меня долг. И папа с мамой мне часто говорили, что долг платежом красен. И с принципом «проиграл – расплатись» я был согласен на все сто процентов. Или вообще не играй. Ведь никто нас не заставлял принимать участие в футбольном поединке. И с его условиями все молчаливо согласились. Ну, а то, что проиграли … Такова, видимо, сегодня воля небес.

С усилием взгромоздившись на подрагивающие от напряжения ноги, стараясь не обращать внимания на долбящегося внутри головы дятла, я доковылял до своей «наездницы». Затем, со скрипом наклонившись, потянул девушку за безвольные руки, со второй попытки закинув их на свои плечи. Крякнув от удвоенного веса, я с большим трудом, но всё же выпрямился, удерживая болтающиеся девичьи кисти перед собой, и с попискивающей командирской тушкой на спине пошкандыбал вокруг футбольной площадки.