Яцек Бабиньски – Легенды русских героев: мрачный кукловод VII (страница 10)

Глава 14. Церемония

В сыром подвальном помещении Готического замка в городе Ремтишталь начиналась церемония Четвертого Некро-Вельта Лиги Умерших. Высокие потолки и стены освещались мерцающим светом факелов. В центре, где купол принимал округлую форму, свисала тяжёлая кованая люстра с несколькими ярусами свечей, создавая угрюмый и монументальный образ круглой пирамиды, нависшей над залом. Тяжёлые двойные ворота, украшенные золотыми рельефами и символикой Четвертого Некро-Вельта, распахнулись с глухим шумом.

У их краёв выстроился легион защитников Некро-Вельта в средневековых доспехах, напоминающих рыцарей-крестоносцев, служивших Риму в XIV веке. Когда двери распахнулись, поток света вырвался из коридора, выложенного красным бархатом, стены которого были украшены портретами великих вождей, среди которых выделялся основатель Третьего Некро-Вельта. На красном ковре, застилавшем пол коридора, толпа народа выглядела мелкими фигурками на фоне этих величий. Они были одеты в тёмно-серые халаты, вышитые золотом и серебром, с капюшонами, имеющими острые окончания. Лица скрывали капюшоны, лишь маленькие глазницы смотрели в мир.

Внутри круглого зала стояли массивные столы, уставленные бокалами с напитками и угощениями, подготовленными организаторами мероприятия. За колоннами, выстроившимися вдоль стен, официанты одновременно открыли сотни бутылок шампанского; под давлением пузырьки вздыбились, выпуская струи искристой жидкости. Оркестр зазвучал, и толпа таинственных людей начала входить в зал, где в центре их ждал самый главный из них – Отто Нихт-Шиссен. Он был облачен в бархатный халат из блестящего материала, напоминающего драгоценный камень, который менял оттенки в тусклом свете факелов. Мелодичные аккорды добавляли ритуальную величественность шагам собирающихся гостей. Один из персонажей в синем халате с бесформенной грудью встал рядом с Отто. Вперёд толпы вышли люди, одетые в халаты, вышитые золотом – это были руководители стран-колоний Четвертого Некро-Мира. За ними следовали высшие чины Союза вампиров и умерших, готовые жертвовать своими странами ради обещаний Ремтишталь и идеалов, породивших их былого командующего – вождя Третьего Некро-Вельта. За спинами чиновников в серебристых халатах застыла толпа, состоявшая из тех, кто не значил для вампиров и умерших почти ничего, но настойчиво стремился попасть в верхние эшелоны власти; их именовали «Странниками».

Отто занял центральное место в зале, рядом с квадратным античным камнем высотой полтора метра, напоминающим подиум под памятник. Этот полированный гранит был сплошь покрыт скульптурами, отражающими эстетические традиции языческих племён викингов из далёкой Скандинавии. Подняв золотой бокал, он приостановил дыхание собравшихся – ни один звук не осмеливался прорваться в этом многоголосом зале. Капюшон соскользнул с его головы, обнажая лысину, на которой виднелась чёрная повязка, скрывающая один глаз. По легенде, Отто недавно потерял управление и упал в пруд на велосипеде, но фактические причины появления его повязки остались неизвестными.

– Это величественный день, мои друзья! – произнёс он, а его голос, как крик орла над пропастью, пронёсся по помещению.

– Сегодня мы достигли значительных успехов! – блеск в его глазах вспыхнул, как огонь, выдавая безумную радость, когда он расплылся в улыбке от уха до уха, стараясь одарить взором собравшихся вокруг себя паломников.

– Главное, мы на правильном пути! Скоро мы достигнем ещё больших результатов! За нас!

– За нас! За нас! – в один голос завопила толпа, наполняя зал гремящими звуками.

Отто обернулся к портрету основателя Третьего Вельта, который, как икона в позолоченной оправе, с суровым взглядом следил за залом. На золотом троне под картиной находился человек в белом халате и капюшоне; по обе стороны от него выстроились люди в красных халатах, с римскими копьями в руках.

Отто поднял амфору, украшенную изысканными разноцветными бриллиантами. Держа её обеими руками над головой, он поклонился и опустился на одно колено:

– Отец! Мы знаем, что ты нас слышишь в этот торжественный и исторический момент!

Собравшиеся начали синхронно повторять за Отто, и сотни голосов с гулким эхом раздались под сводами церемониального зала. Люди в красных капюшонах вышли вперёд, создавая два ровных ряда по обе стороны от тронного места. Из-за колонн, стоящих по обе стороны картины, начали выходить монахи в красных одеяниях. Через каждые пять человек виднелись солдаты Римского легиона в декоративных шлемах Святой Инквизиции, тех самых, в которых конфискаторы пленили новые земли сразу после открытия их Колумбом.

Отто продолжал:

– Ты наше тело, Ты наша мысль, Ты наше дело – Ты дал нам жизнь!

Толпа с энтузиазмом трижды повторила эти слова. Двое монахов в чёрных халатах вышли по бокам от трона, с жёлтыми звёздами и знаком Вельта на рукавах. За ними следовали ещё двое, одетые также в чёрное: один держал белую ткань, свёрнутую как флаг, а другой с вытянутыми руками нёс на подносе антикварную коробку, украшенную эмблемой Четвёртого Некро-Вельта. Края шкатулки были обшиты металлическими уголками, на которых красовалась символика Нового Некро-Мира.

Они вели девушку в накидке с узорами. У неё были длинные светлые волосы, а на голове венок из свежих цветов придавал ей невинный вид. Монахи встали напротив Отто и женщины в синем халате, обменявшись почтением. Отто любезно ответил и снова обратил взгляд на камень, возле которого стояла женщина. Оркестр сменил ритм, музыка наполнилась эпичностью, вызывая слезы у собравшихся гостей. Каждая нота несла в себе переживания от утрат Третьего Вельта. Присутствующие погрузились в глубокомысленные размышления о трагедиях, которые больше не должны помешать созданию идеального Некро-Мира.

Таинственные люди в чёрном привели девушку к большому камню; один из них приподнял её, помогая сесть. Успокоившись, она встала на камень. Мужчина подошёл к Брунгильде. Она аккуратно подняла капюшон, открыв своё лицо. Короткие светлые волосы обрамляли её шею, а морщинки на лбу рассказывали о пережитых годах. Однако в её глазах по-прежнему горел огонь, притягивающий мужчин.

Её полное имя – Брунгильда фон Зиглинд, что в переводе означает «Чудесная Лгунья». Монах передал ей старинную коробку, которую она осторожно приняла обеими руками. Внутри лежал старинный римский нож с символами Цезаря. Открыв деревянную крышку, монах осторожно обнял коробку, а Брунгильда аккуратно извлекла нож и повернулась к Отто, который одобрительно кивнул и слегка поджал губы в знак поддержки.

Молодая женщина стояла на квадратном постаменте. Тело полностью укрывала белая занавеса, вышитая символами некогда существовавшей Римской Империи. Её дыхание было ровным и спокойным, подчеркивая живую сущность.

Оркестр замолк. Отто сделал глубокий вдох, проводя взглядом по лицам собравшихся, и воскликнул:

– Пусть этот день запомнится всем нам, а жертвы обретут покой и умиротворение!

В этот момент Брунгильда подняла предмет, который держала обеими руками, и приняла решительную позу. Барабаны оркестра забили так, что создали ощущение искр, танцующих в воздухе перед пожаром. Человек, сидящий на золотом троне, встал.

Отто обратился к нему:

– Пусть возродится Четвёртый Некро-Вельт! Пусть живёт Новый Некро-Мир!

Барабаны становились всё быстрее. Брунгильда подняла руки и приготовилась.

– Ну же! – крикнул он.

Девушка, стоящая на камне, подняла руки вверх, и над её головой начала кружить огненная энергия. Нож в руках Брунгильды начал дергаться, плавно поднимаясь в воздух. Он медленно пролетел в центр той энергии, которую создала девушка, возвышающаяся на монументе. Барабаны били неустанно, сливаясь в один могучий гул. Когда римский нож достиг центра энергии, произошла яркая вспышка тёплого света, и собравшиеся на мгновение увидели силуэт богини Кали. Она улыбнулась толпе и вскоре исчезла.

Обессиленная девочка рухнула на камень, а её руки были покрыты шрамами; на теле появились выжженные иероглифы. Из широких трещин в камне начала вытекать тёплая густая жидкость. В это время над сводами зала раздался колокол, звучавший как церковный, но его гул был гораздо громче, заставляя каменные стены дрожать.

Отто подошёл к постаменту и приклонил бокал к месту, откуда стекала багровая струя. Он поймал несколько капель в чашу и с жадностью осушил её, выпивая до дна. Толпа взорвалась аплодисментами, восторг распространился по залу, и гости начали ликующий крик:

– Да здравствует Новый Некро-Мир! Да здравствует Отто!

Посетители начали по очереди подносить свои бокалы, наполняя их. В первой очереди вышли монахи в черных одеяниях, собирая субстанцию для человека, сидящего на троне. Он был слишком стар, чтобы передвигаться самостоятельно. За ними следовали люди в золотых халатах, затем – в серебристых. Для странников, не имеющих значительного статуса, официанты осторожно подливали остатки из серебряной вазочки по каплям, опасаясь, что на всех не хватит.

Брунгильда была охвачена сильными эмоциями. Отто нежно гладил её по шее и шептал что-то на ухо. Пока все веселились и упивались, люди в чёрных халатах вернулись на свои места и встали парами по обе стороны от золотого трона. Главный, сидящий на троне в белом халате, поднял руки, и из-за трона вылетели белые птицы, взмыв к центральной части потолка, где они с треском сгорели в огне сотен свечей, пылающих на средневековой люстре. Белые перья, как дождь, посыпались вниз, олицетворяя великое благословение от самого представителя Создателя. Почётным было поймать падающее белое перо на таком великом празднике.