Ясна – Книга 2. Преображение (страница 10)
Я пыталась вдохнуть – и не могла.
Дыхание превратилось в рваные судороги.
Сердце – быстрые удары, как крылья птицы, бьющейся о стекло.
В пальцах – покалывание,
в ногах – вата,
в затылке – давление, как гиперсжатая пружина.
Зрение сузилось.
Мир стал тоннелем.
Тоннель – тёмным.
Темнота – живая.
Коллега что-то говорила,
но слова превращались в неразборчивый шум,
как если бы находишься под водой
и кто-то кричит сверху.
Я сделала шаг —
и ноги не послушались.
Пол поплыл.
Стенка коридора накренилась.
Потолок стал ближе, чем должен быть.
Я пробиралась в туалет,
не видя людей, не слыша звуков,
только этот рваный, отчаянный стук сердца:
Заперлась в кабинке.
Села на холодный фаянс.
Прижалась лбом к ладоням.
И тогда паника развернулась полностью.
Тело трясло, как в лихорадке.
Грудная клетка была слишком маленькой для воздуха.
Каждый вдох – боль.
Каждый выдох – страх.
Слёзы хлынули сами —
не струйками, а потоком,
как если бы кто-то открыл внутренний кран.
В голове метались мысли:
Страх не кричал.
Он душил.
Медленно,
холодно,
как если бы огромная рука сжимала мою грудь.
Я пыталась вспомнить практики.
Заземление.
Наблюдателя.
Дыхание огня.
Но мысли были как порванные верёвки —
не связать, не удержать.
Прана – не текла.
Тишина – не слышалась.
Свет – не поднимался.
И вдруг, посреди этого мрака,
на самом дне,
когда тело было готово просто отключиться,
изнутри возник шепот.
Не внешний.
Не мистический.
Не чей-то голос.
Вибрация.
Тонкая, едва ощутимая.