Ярослава Осокина – Истории Джека. Цикл в 3 книгах (СИ) (страница 39)
– Дверь заговорена. Изнутри ее можно открыть только специальным плетением, я с этим замком хорошо поработал. Ни один из вас его не одолеет. Тут и опытный маг не справится с налету… – Артур пренебрежительно фыркнул, показывая, что ни к магам, ни тем более опытным, он их не относит. – Ну, собственно, где-то здесь мы закончим. Хочу сказать вам спасибо. За то время, которое вы подарили ей. И за то, что веселили…
Это было печально до слез. За той историей, которую рассказал Артур, Энца видела и многое из того, о чем Артур умолчал. Любовь, ставшая тяжким бременем, удушающее чувство долга, страх, ненависть. Сколько лет он жил с этим, боясь за себя и за окружающих, и все равно пряча ее? Смотрел, как она менялась, теряя человеческие черты, забывая и себя, и его?
Печально, и необратимо. Пора бы с этим и правда заканчивать. Все, что нужно, они уже услышали.
Все время пока Артур говорил, Энца медленно подбиралась к ним, и теперь между ней и Айниэль был только невысокий металлический шкаф и упавший за него боком стеллаж. Энца едва заметно качнула головой, надеясь, что Джек уловит это движение, а затем бесшумно взмыла в воздух.
Да, Артур видел их в «деле», с артефактами и прочим, ограниченных неумех, полагающихся на заемную силу амулетов. Поймал их в яме. Видел, как горбана едва не одолела Энцу под водой. С легкостью отводил им глаза, заставляя не обращать внимание на многие вещи, и ловил на «подножки».
Но он никогда не видел их в настоящем бою, и эту карту Энца разыграла почти блестяще. Стремительным арабским сальто перемахнула через преграду, на ходу вызывая пару сабель.
Свистящие воздушные клинки обрушились на Айниэль… но отсекли всего лишь несколько прядей волос: умертвие с немыслимой скоростью скользнуло в сторону. Энца быстро перестроилась, толкнувшись ногами от стены, рванула за ней. От широких взмахов лезвий гладко срезанные куски мебели, попавшей под удар, с грохотом соскальзывали на пол, а в воздух поднимались тучи потревоженной пыли.
Вообще Джек, как и Артур, пропустил тот миг, когда Энца кивнула ему и прыгнула, но едва язык ожег металлический вкус, сообразил мгновенно, что к чему. Артур еще договаривал свои благодарности, а в лицо ему летел стул, который Джек уже давно приглядел.
Может, Джек и не умел плести чары, но вот драться – еще как. Помимо «школы жизни», которую когда-то ему устраивали, он и занятиями по борьбе не пренебрегал, в отличии от многих сокурсников. С их точки зрения, способность махать ногами-руками была бесполезной, если соперника можно припечатать «замиралкой», недолговечным, но удобным плетением, которое человека на пару минут останавливает. Или той же «подножкой», с которой Джек, в отличие от Энцы, хорошо был знаком. На своей шкуре, конечно.
Сейчас он поднырнул под стул, который, чертыхнувшись, отбил Артур, плечом врезался ему в солнечное сплетение и, на краткий миг выбив из него дыхание, инерцией удара впечатал спиной в дверь.
Не давая магу прийти в себя и хорошо понимая, что это будет полным провалом для них с Энцей, Джек схватил его за грудки, лбом врезал по переносице и, чтоб уж наверняка, грязно всадил коленом между ног. Артур всхлипнул, оседая. Джек добавил коленом в лицо, так что голова мага откинулась, с глухим стуком столкнувшись с дверью.
Обмякшее тело Джек отпихнул в сторону. Мужик крепкий, может быстро прийти в себя. Действовать надо еще быстрее.
– Энца! – крикнул он. – Как ты там? Давай к двери!
Девушка молчала, но злой свист-шипение умертвия и непрекращающийся грохот говорили о том, что Энца никак не может достать существо. Вот крысой, пригнувшись к полу, скользнула Айниэль: светлое пятно костюма еще кое-как выделяло ее из полумрака. Тут же надвое развалился круглый табурет, мимо которого она бежала. Энца снова промахнулась.
Выматывает. Знает ведь, что Энца на нуле, и ждать окончания совсем немного. Энца подозревает это, и выкладывается еще больше, ярясь и попусту растрачивая энергию.
Айниэль заулюлюкала откуда-то из угла, с грохотом перевернула стопку стульев и рванула к Джеку, то ли вспомнив, ради чего все затевалось, то ли придумав наилучший способ утихомирить мастера боя.
Рядом с Джеком Энца размахивать своими лезвиями не могла.
Джек был настороже, поэтому легко увернулся от объятий Айниэль, пинком отправив ее в сторону. Выглядела она все хуже: прорезанный во многих местах костюм, встрепанные неровные волосы и белый страшный взгляд. Правой кисти не было: Энца дотянулась-таки, но Айниэль не чувствовала боли.
Энца, запыхавшись, остановилась рядом с Джеком.
– К черту ее, – сказал Джек, – давай дверь открывай.
– Ага, – кивнула Энца.
И обоих снесло чудовищно сильной ударной волной: Артур пришел в себя.
Энца стояла ближе к нему, и еще кое-как сумела среагировать, выставив перед собой лезвия и расширив их в подобие щитов.
Это не особо помогло, лишь ненамного пригасив удар. Их обоих протащило по полу до противоположной стены. Джек грянулся о бетон спиной, Энца врезалась прямо в него. Пару мгновений он не мог вздохнуть, разевая рот как рыба, выброшенная из воды.
Энца пришла в себя быстрее, но ей в ноги кинулась Айниэль, повалив на пол. Девушка почти извернулась, сбросив умертвие с себя, и та схватила ее рукой за лодыжку, удерживая на месте. От маленькой ледяной ладони, ожегшей кожу, рванула вдруг такая боль, что Энца вскрикнула. Ногу свело судорогой, и в груди неожиданно закончился воздух. Энца обмякла, не в силах двигаться, чувствуя, как из носа пошла кровь. «Она жрет меня», – еще успела она понять, в глазах обморочно запрыгали светляки…
И вдруг все закончилось.
Энца, опираясь на трясущиеся как желе руки, привстала. Джек крепко сжимал Айниэль, захватив ее изувеченную руку и шею одиночным нельсоном, оттаскивая от Энцы. Айниэль сипела, выгибалась, вставая на цыпочки, потом ухватила свободной рукой его за локоть.
– Джек! Держись от нее подальше, она вампир!
– Как будто меня этим можно напугать, – сухо сказал он.
– Я выжму тебя досуха, – прошипела та. – От тебя не останется ничего…
– Уж поверь, меня хватит надолго. Ты, главное, сама не лопни. Что будем с ней делать? Эй, Артур? Я тут ее держу, по нам не бей. А то, знаешь…
– А то – что? – просипел Артур. – Мелкая уже на грани, я вижу ее ауру. А ты тоже… на расстоянии ничего мне не сделаешь.
Новый грубый, но мощный клубок чар полетел в них, и Джек разжал руки, грянувшись о стену: на этот раз боком и головой. Айниэль, принявшая на себя основной удар, покачиваясь, отползла в сторону. Артур, видимо, совершенно не боялся попасть по умертвию: то ли она была настолько неуязвима, то ли ему было не жаль.
В голове звенело, и Джек, собравшись с мыслями, едва смог уйти от следующей волны, нырнув рыбкой в сторону. Лицом въехал в пыльный ящик, отбив руки и плечи о пол.
Где-то завизжала Айниэль, сорванным больным голосом выругался Артур. Затем свистнули в воздухе лезвия и раздался гулкий металлический грохот.
Собирая себя по кускам, Джек встал на ноги, опираясь на тот самый шкаф, через который недавно перелетела Энца. Сама она сейчас лежала у выхода, головой на срезанном ею металлическом овале.
Это может, какой-нибудь маг и не справится с зачарованным замком, опытный он там или нет, а Энца просто вырежет кусок из двери. Странно, что всезнайка Артур об этом не подумал. Джек идиотски захихикал, не в силах сдержаться, потом рванул на себя стеллаж на колесах и толкая его перед собой, кинулся к Артуру.
Маг, еще не совсем пришедший в себя, все же успел ухватиться за металлические тонкие прутья стеллажа, остановить его, но Джек поднажал… Отбил в сторону схватившую его за плечо Айниэль, снова с силой толкнул стеллаж, впечатывая Артура в стену.
Пока они в себя приходили, прыжком добрался до Энцы, сгреб ее в охапку и вылетел в коридор.
– Без нее ты больше ни одну дверь не откроешь, – крикнул вслед Артур. – Они все зачарованы. Думаешь, ты всесилен, Джек?
Джек никогда не страдал ложной скромностью, поэтому он просто ответил:
– Ну да.
Потом он вздохнул – и с выдохом выпустил наружу всю ту силу, что еще оставалась в нем. Ветер легко прикоснулся к его лбу, и стремительным ревущим зверем ринулся в стороны, срывая в коридоре двери. Зазвенели стекла, а входная дверь хлопнула о стену, распахиваясь, и повисла на одной петле.
Джек увидел только свет сначала. Резало глаза. Потом Альбера, который приветливо улыбался, стоя на крыльце.
– Здор
Альбер махнул рукой: мол, чего там.
Какие-то крики.
Джек потряс головой, пытаясь собраться с мыслями. Руки онемели, и он поправил свою ношу, чтобы не упала.
–
Он огляделся, немного привыкнув к солнечному свету. Разве еще день? Ну надо же… почему-то казалось, что ночь давно. Вокруг здания толпа людей. Кричат что-то, руками машут.
–
– Ты держишь ее вверх ногами, – мягко заметил Альбер.
– Кого держу? – удивился Джек.
Посмотрел на руки. Ох черт, Энца. Точнее, тощие ноги в кроссовках, а голова где-то внизу.
Попытался перехватить и перевернуть, едва не уронил.
–
– Иди, – сказал ему Альбер. – Там тебя зовут.
– Ну, бывай… – неловко сказал Джек. – Извини, что помочь не смогли.