Ярослава Осокина – Истории Джека. Цикл в 3 книгах (СИ) (страница 157)

– У меня запрет на спарринги, – сказала она и, подумав, криво улыбнулась. – Но я бы тоже попробовала…

Не прощаясь, она вышла, по дороге подхватывая Якова под руку.

– А я-то думал, чего ты в ней нашел? – фыркнул Кора.

– Вовсе не это, – сердито сказал Донно и вышел следом.

– Так что, ты думаешь, что все подстроено под тебя? А, Джек? Раньше это называлось «мания величия».

– Раньше это называлась «паранойя». Но нет, это не она. Очевидно же: чем больше кусочков головоломки собирается, тем яснее, что это – кусочки от ширмы. А вот что за ней… И я тут вовсе не центральная фигура – а такая же пешка, как и все.

– Ну и зачем тебе это нужно? Кому же станет лучше от того, что ты докопаешься до правды?

– Хм… наверно, мне? Я люблю разгадывать загадки.

– Ох, и дурак ты, Джек.

– А вы – нет? Решили, небось, что вам все можно.

Джек с трудом вздохнул.

– …Но я рад, что это вы. Я подозревал другого, и хорошо, что он не при чем. Это было бы слишком… больно. Достало все.

– Прямо-таки и рад?

– Да, на тебя-то мне пофиг. Ты слишком набивался в друзья, чтобы тебя можно было считать на самом деле.

– Да, я уж и забыл, каким грубияном ты бываешь. Но ты изменился, Джек. Мне нравилось, какой ты был раньше – когда вы с легкостью брали все препятствия, не подозревая, насколько они были высокими и трудными. А споткнулись оба о маленький камешек.

– Не приплетай ее.

– А почему?

– Потому что не тебе о ней разговаривать. А не боишься, кстати, что она найдет тебя, пока ты со мной болтаешь?

– Ох, да и пусть. Разве от нее может быть какая-то угроза? На человека она никогда в жизни руку не поднимет. Ты едва не убил ее, а она и пальцем не шевельнула.

Джек промолчал, прикрыв глаза. Ту ночь он вспоминать не хотел.

Его собеседник с досадой поцокал языком.

– Хотя времени уже мало, это ты прав. Я всего лишь поговорить с тобой хотел… ну так, посмотреть, догадался ты или нет. Сам понимаешь, что оставлять тебя с этим я уже не могу. Раньше я, может быть, предложил бы сотрудничество… но теперь – ни к чему. Партия сыграна. Лишние фигуры можно удалять.

Джек не ответил: к этому времени плетение расползлось по всему телу, сковав его целиком.

– А ты крепкий. Несмотря на все то, что произошло, еще и сопротивлялся, – с одобрением сказал его собеседник. – Ну что ж, приятно было поговорить.

Ухватив Джека подмышки, маг потащил его в сторону.

Зрение тоже мутилось, и все, что Джек видел – это сереющее небо над собой.

Наступало утро.

Маг ненадолго оставил Джека на асфальте, потом загремел чем-то. Мимо глаз Джека мелькнула красно-зеленая лента парабиологической опасности.

«Мы рядом с прорехой», – понял он. Спустя миг его развернуло, и тело вдруг оказалось в глубокой луже.

Не вода. Дыра в материи. В онемевшее тело возвращались ощущения, но не способность двигаться. Он был легким словно перышко, но поверхность его не держала нисколько.

– Финнбар, молодой дурак, – говорил маг, аккуратно притапливая Джека, – пожалел вас. Надо было, как ведьма требовала, сразу открутить голову мелкой. Пожалел… ну, и его «пожалели». Я, видишь, тоже добрый. Тебя уже не вытащить, но вроде как не больно будет. Хотя гарантировать не могу, сам не проверял.

Беззвучный лед сомкнулся вокруг груди, и Джек перестал дышать. Крепче «замиралки» его сковало пограничье. Не в силах двинуться, он смотрел, как над ним склоняется маг и осторожно, чтобы самому не провалиться, ладонью упирается в лицо Джека, чтобы опустить глубже.

Потом маг обернулся, проворчав:

– Ну, а теперь и девчонка…

И резко вскочил, пропадая из виду.

– Может быть, от усталости, – скрипуче оправдывался Яков. – Ты уж прям так не волнуйся, я ведь и ошибаться могу. Я третий день не сплю почти, голова кругом.

– Все равно, – сказала Энца. – Все равно, давайте сначала найдем его, а потом… ну а потом уже все остальное.

– Та-ак, значит, – пробормотал Яков. – Ну раз «потом» все остальное, то Джеку волноваться не о чем. Я покажу тебе примерный вектор до того места, где я ощущаю его след, и ты уж беги, а мы следом.

Энца коротко кивнула, выслушала указания и рванула вперед, одним махом перелетая через преграды.

Донно и Роберт подошли к Якову одновременно с Саганом.

– А куда это она так понеслась? – удивился парень. – У нас как раз очередь подходит.

– Джек пропал, – сказал Роберт.

– Ну, блин, – расстроился Саган. Покосился на палатку медика… надо было все-таки без очереди лезть, говорил же он Энце, – и поплелся в ту же сторону, куда побежала девушка.

– А куда идти-то? – через плечо спросил он, на всякий случай разминая руки.

Энца вылетела за угол, едва не упав, и на ходу перестраиваясь. Остановилась, будто налетев на стену.

Спиной к ней стоял Ворон. Чуть дальше, у стены дома растекалась уродливой огромной кляксой черная дыра. Металлические колышки с оградительной лентой валялись неподалеку.

Мужчина обернулся и с облегчением сказал:

– Энца!.. Я спугнул его, он побежал в ту сторону.

Девушка автоматом дернулась было туда, куда указал Ворон, но быстро взяла себя в руки.

– Джек… видели Джека? – задыхаясь от бега, выпалила она.

По ладони стекала кровь из снова открывшейся раны на плече. Энцу подташнивало.

– Кто-то напал на него, – отозвался Ворон. – Джек завяз в прорехе, сбегай, позови кого-нибудь, я отойти не могу.

И только тогда Энца заметила несколько длинных светлых прядей, едва видневшихся сквозь глянцево-черную поверхность. Сердце оборвалось.

Кого они спугнули? Кто это сделал?..

И… откуда здесь Ворон?

Энца деревянно сказала, шагая вперед:

– Я сама постою рядом, идите.

– Деточка, без разговоров! Счет на секунды идет, беги за помощью.

– Отойдите от него, – едва слыша свой голос, сказала Энца.

Ворон поморщился.

– Не дури, – напряженно сказал он. – Делай, как я говорю. Иначе он…

Маг резко поднял руку, пальцы сложены жестом «паук», но у Энцы не хватило ни сил, ни умения понять, что за чары он кинул.

Спустя мучительные мгновения две маленькие руки протянулись к нему сквозь мутнеющую толщу. В темных глазах страх.

Это она. Та, что всегда приходит на помощь. Сегодня, правда, с опозданием.

– Джек! Давай руку! Давай руку, дурак!..